из школы поздно. Если это действительно так, то вам надо будет выяснить, не происходило ли в этом районе чего-то подозрительного в течение достаточно длительного времени. И я полагаю, что кто-то мог вести наблюдение не только за школой, но и за домом этой семьи.
– Мы начнем опрашивать жителей немедленно. Спасибо, Конни. Я ценю вашу помощь.
– Обращайтесь, – улыбнулась Конни. – И мне жаль, что я посчитала вас похожим на героев романов.
– Ничего вам не жаль. – Барда уже шагал прочь. – Сержант, – крикнул он. – Я хочу, чтобы в воздух сейчас же подняли вертолет и начали искать темную машину, серую или синюю, которая выехала из этого района или припаркована с номерами, заляпанными грязью. Я хочу, чтобы этот малый не сомневался в том, что мы его ищем.
Глава 12
Мэгги стояла у двери. В эти глазки можно что-то увидеть, только если смотреть снаружи. Это ужасно. Достаточно скверно уже и то, что она заперта, а от мысли о том, что за ней к тому же еще и следят, девочке становится еще гаже.
Как только похититель закрыл за ней дверь, с лестницы донесся грохот и, кажется, его крик. Мэгги попыталась медленно повернуть круглую дверную ручку, затаив дыхание и надеясь на чудо. Затем постаралась не дать своему разочарованию превратиться в плач и переключила внимание на эту темную квартиру. В дальнем конце коридора виднелась тонкая полоска света, просачивающегося в щель под дверью. Мэгги не любила темноту. Нет, темнота напрягала ее не так сильно, как вид крови, но все же. Ей хотелось добраться до этого света, отыскать безопасное место.
Мэгги уже представляла себе, как использует какую-нибудь штуку в качестве оружия, как найдет телефон, как вылезет из окна. Но этот тип – извращенец, а не идиот. Он знал достаточно про Кармен, чтобы заставить ее, Мэгги, ненадолго поверить ему и вступить в разговор. Он следил за ней и знал, что Кармен часто опаздывает. И он был в парке в тот день.
Интересно, как он нашел ее? Не с помощью Интернета, это точно. Ведь соцсети – это мусор, фигня. Другое дело видео на «Ютубе», иногда их можно использовать для выполнения домашних заданий по точным и естественным наукам, и там бывают по-настоящему смешные вещи. Нет, она бы не попалась на удочку какого-нибудь старого засранца, выдающего себя за четырнадцатилетнего парня, который ищет себе подружку. Ей хватает ума не распространяться о себе в Интернете.
Что же ей теперь делать? До Мэгги донесся тихий кашель. Это в той комнате, что расположена в конце коридора. Девочка попятилась к двери, чувствуя, как у нее сдавило горло. Есть два возможных варианта. Либо этот мерзкий тип привез ее к кому-то ради такой цели, о которой лучше не думать, либо там заперт еще кто-то, кто-то вроде нее, и этот человек напуган. Если ее все-таки привезли сюда на потребу кому-то, то ее ждут, и она не сможет долго избегать встречи.
Касаясь рукой стены, чтобы не споткнуться и не упасть, Мэгги с опаской двинулась в сторону света. Краска под ее пальцами была сырой и осыпалась, ковровая дорожка под ногами, похоже, была старой, липкой. Но хуже всего был запах. В почти полной темноте, в которой нечего нельзя было разглядеть, этот запах был всем, и чем ближе она подбиралась к комнате, тем он становился сильнее.
Это определенно был запах человеческого говна. Да, для этого существовало и приличное слово, но, похоже, большой словарный запас Мэгги, объявил забастовку. Но не ее воображение. Оно рисовало ей картину какого-то мутанта, получеловека-полузверя, сидящего на длинной цепи и готовящегося наброситься на нее, едва она откроет дверь. Может, этот зверь хочет, чтобы она освободила его. А может, ему необходимо убивать, и сначала он захочет ее помучить, а потом убьет и съест. Лучше не тянуть, сказала себе Мэгги. Чему быть, того не миновать. Она не станет ползти еле-еле, как какой-нибудь глупый слизняк.
Мэгги издала боевой клич, как у амазонок или у Уильяма Уоллеса в фильме «Отважное сердце». И, подняв руку, чтобы разить врага и пасть в бою, бросилась вперед. Пинком распахнув дверь, девочка ворвалась в комнату; глаза ее были прищурены, зубы оскалены – она хотела достойно встретить тот ужас, что ждал ее внутри.
Мэгги не сразу смогла увидеть это существо. Под железной рамой кровати скорчилась женщина, она дрожала, уткнувшись лицом в подушку, голая и смердящая из-за говна, покрывающего ее ноги и пол вокруг. Мэгги не хотелось признаваться себе самой, что, несмотря на весь ее страх, в ней теплилась слабая надежда на то, что здесь окажется кто-нибудь взрослый. Не гнусный, не злой, а такой, который позаботится о ней. Но ее ждало разочарование.
– Здесь есть кто-нибудь, кто поможет мне? – спросила Мэгги. – Я не знаю, где я нахожусь.
В этой квартире имеются и другие комнаты. Может быть, где-то здесь есть и настоящий взрослый.
При звуке голоса женщина подняла голову. Это хорошо – значит, она еще способна слышать и понимать. Женщина посмотрела на Мэгги, отвела глаза, сдвинула брови, затем посмотрела опять.
Мэгги сделала маленький шажок в ее сторону, и женщина тут же попыталась забиться в самый дальний угол под кроватью.
– Я не причиню вам вреда, – сказала Мэгги, и ей показалось странным, что у нее вырвались такие слова, слова взрослого человека.
Женщина не сводила глаз с открытого дверного проема.
– Этого мужчины тут нет. Он запер меня и ушел. Тут есть только мы, да? – продолжала говорить Мэгги.
Женщина уставилась на нее, затем опустила взгляд на свои ноги. И заплакала. Мэгги захотелось сделать то же самое. Еще полчаса назад она стояла на школьной парковке и гадала, что будет есть на ужин. А теперь она заточена в темном незнакомом месте вместе с какой-то женщиной, полностью утратившей контроль над собой.
– Меня зовут Мэгги, – сказала девочка. – А вас?
Ответом ей стали еще более громкие рыдания.
Мэгги наклонилась и протянула женщине руку. Та смотрела на нее из-под подушки. Куча на полу не только воняла, но и излучала ощутимое тепло. Стало быть, эта женщина утратила контроль над собой и обделалась, когда услышала, как открывается дверь. По-видимому, она подумала, что сейчас сюда войдет тот тип. Вот это переплет. Если даже эта взрослая женщина не может одолеть его и так боится того, что он может с ней сделать, то как же она сама, Мэгги, сможет все это пережить?
Надо раздобыть что-нибудь такое, что можно
