Инны, нас бы на улицу вышвырнули.
После нашего с Мишей поцелуя в бассейне, который был снят со всех возможных ракурсов на камеры отдыхающих, я окончательно поняла, что произошло ну уж слишком много всего.
Мне определённо нужно было взять паузу и всё хорошенько обдумать. Но трудновато это делать, когда в твоей голове проигрывается сцена поцелуя снова и снова.
Должна признать: это был прекрасный поцелуй. Такой… романтичный, прямо как в кино.
Но жизнь – это не фильм. Новогодние праздники подходят к концу, так что нам надо решить, что теперь делать с нежданными чувствами.
Надев толстый махровый халат, который выдают всем здешним гостям, я вышла из ванной комнаты. Валька с воплем «Ну наконец-то!» ринулась туда в то же мгновение, чуть не сбив меня с ног по дороге.
Неужели я так долго была в душе? Бросила взгляд на настенные часы. Средняя стрелка неумолимо приближалась к утренним часам.
Ох уж мне эти новогодние праздники! Режиму дня конец.
С опаской посмотрела на дверь. Стыдно признаться, но после поцелуя я… просто сбежала. Сослалась на то, что замерзла, вся вымокла и вообще – чуть не утонула! И поспешила на поиски Вити.
Когда я, воплощая собой Водяного, с которого вода льётся, появилась в зале, Витя сам меня очень быстро нашёл и отправил в эту комнату. Я ожидала, что Миша в очередной раз сам меня догонит – к хорошему быстро привыкаешь.
Но на этот раз он оставил меня в покое, видимо, решил дать мне всё обдумать. Это он зря. Мне в голову только одна ерунда лезет, когда остаюсь наедине с собой.
Ладно, всё-таки, надо мне его поискать и поговорить с ним начистоту. Так и спрошу: «Ты чувствуешь то же, что и я? Сердце сильнее бьётся и чувство, будто сто лет тебя знаю, хотя мы знакомы всего ничего. У тебя также?»
Звучит, как прекрасный план. Я тяжело вздохнула. Подумала, что не против для начала одеться, но моя одежда была насквозь мокрая после неожиданного купания. Так что пришлось отправляться на поиски Миши прямо в халате и дурацких тонких тапочках.
Я вышла из комнаты и пошлёпала по коридору, надеясь, что Миша сам возникнет у меня на пути. Но чуда не произошло. Побродив туда-сюда, я решила спуститься на первый этаж. Заглянула в зал: свет был выключен, только сдувающиеся шарики уныло поблёскивали. Гости, уставшие от бесконечного Нового года, уже разбрелись, и теперь зал представлял собой печальное зрелище.
Бездумно побрела в другом направлении и наткнулась на кухню. Оттуда были слышны голоса, которые я сразу узнала. Надо было войти туда сразу, а не подслушивать, но я не удержалась. Шагнула в тень и замерла рядом с аркой, ведущей туда.
– Не верю, что эта деревенская девчонка просто взялась из ниоткуда, – говорила Инна. – Наверняка она всё подстроила, чтобы Мишке запудрить мозги.
– Да не думай ты о ней, – ответил Инне Витя и, судя по звукам, отпил из своей кружки. – Для него она просто экзотика, вот он и повёлся. Думаешь, он сможет жить в деревне? Или, может, её с собой в город заберёт? Уверен, она даже не в курсе, что такое «микроволновка». В общем, с какой стороны ни глянь, а пары из них не получится.
– Ну и что же мне делать? Так ему и сказать?
– Я бы посоветовал вообще не вмешиваться. Дай ему наиграться с этой девчонкой, поймет тогда, кто ему подходит по-настоящему.
Я почувствовала, как подступает злость. Говорят обо мне с такой… пренебрежительностью. Называют деревенской девчонкой. Конечно, откуда им знать, что я, вообще-то, в городе живу, а в деревню на Новый год только приехала?
Стоп. Так Миша же тоже этого не знает! Я ведь сама притворялась деревенской простушкой, надеясь тем самым усыпить бдительность «мошенника»!
Ну, это всё равно не отменяет того факта, что я простая студенточка, живущая от стипендии до стипендии плюс небольшая подработка, а он – завидный холостяк с приличным состоянием.
А если я и правда для него лишь развлечение? Экзотика? Нет, не хочу в это верить! Миша ведь… совсем не такой. Он не такой, как этот Витя или Инна.
Я развернулась и, не скрываясь, громко шлёпая тапочками, направилась в обратном направлении. Найду Мишу и прямо у него всё спрошу! Устала я уже от этих недомолвок.
Решительно свернула за угол, направляясь в сторону лестницы, и… впечаталась в чью-то грудь.
– Алёна? – раздался знакомый чуть хриплый голой, от которого сердце бьётся сильнее и голова кругом. – А я искал тебя. Валя сказала, что ты бесследно исчезла из комнаты. Я уж подумал, что ты среди ночи решила отправиться домой…
– Ага, в одном халате, – попыталась скрыть неловкость за шуткой я, отстраняясь от Миши.
– Знаешь, я бы не удивился, – покачал головой тот.
– Ясно, считаешь меня чокнутой.
– Ну, мне всегда нравились необычные девушки.
– Как оригинально, – поморщилась я. – Это должно было произвести на меня впечатление?
– Для впечатления я готовил поцелуй в бассейне. Но что-то впечатлённой ты не выглядишь.
Хорошо, что в коридоре царила полутьма. Иначе меня бы с головой выдали пылающие щёки.
– Миш, слушай, насчёт этого, – я сделала паузу, собираясь с духом. – Ты… что ты думаешь насчёт того, что будет дальше? Насчёт нас?
– Оу, – удивился он. – Извини, просто это первый раз, когда ты решила спросить, прежде чем убегать.
Я закатила глаза и скрестила на груди.
– Алёна Викторовна, мы похитили моё сердце, – улыбнулся Миша игриво. – Так что мошенницей вы оказались, что немного неожиданно. Но я всё равно хотел бы узнать вас получше. Что скажешь?
– Как ты себе это представляешь? – спросила я, прогоняя смущение. Его слова были такими приятными, что я бы растаяла, если не подслушанный разговор Вити и Инны. Он никак не давал мне покоя. – В смысле… Ты городской житель. А я – деревенская девушка.
Я решила блефовать. Он-то уверен, что я восемь классов закончила и сижу в деревне круглый гол, пасу коз. Посмотрим, на что он готов ради «похитительницы своего сердца».
– Ну, ты могла бы поехать со мной…
– А если я не хочу? Я, может, люблю своих коз и курочек, и огород тоже люблю. И вообще: чем я буду заниматься? И как же Матильда?
– Твоя коза?
– Она самая. Будет же по мне скучать… – я изобразила печаль.
– Матильда… Ну ладно. Возьмём козу с собой.
Я аж рот открыла от удивления.
– Чего?
– И кур возьми, только давай уж парочку, а не весь курятник, – продолжил Миша.
Он выглядел весьма серьёзным.
