старостой.
– В вашей деревне скрывается маг. Нам это известно! Поэтому попрошу вас не усложнять ситуацию!
Дедушка старейшина даже ухом не повел:
– Нет здесь никакого мага. Вы напали на ложный след, сир.
Главарь презрительно сощурил взгляд и подпустил своего вороного коня прямо к старику:
– Ты готов поклясться жизнью, что чародея здесь нет?
– Да, – был ответ.
Рыцарь, если, конечно, бессовестного человека можно так назвать, извлек меч из ножен и замахнулся. Староста не шевелился. Он верил в справедливость. Ему казалось, что угроза выдуманная. Но это было не так. Кривая гримаса, смешанная с улыбкой, исказила лицо главаря, и он вонзил меч в сердце старику. Тот поперхнулся кровью. Женщины начали стонать. Мужчины снимать шапки. Какой-то мальчик опорожнил содержимое желудка на дорогу.
– Кто следующий будет нас обманывать? – убийца пустил коня мимо людей. Солдаты сопровождения как будто одобряли его действия. Некоторые из них даже улыбались, глядя на своего командира.
– Мы действительно неповинны сир! – выпалил мальчик, который только вчера ухаживал за Нэссой.
Его мать сразу завопила:
– Герон!
Но она опоздала. Меч раскроил голову ребенка, как орех. Женщина заголосила, обливаясь слезами…
В это момент Нэсса отчаянно сжимала кулаки, из последних сил сдерживая себя. Она помнила, что говорили ей жители деревни: «Пусть даже нас всех убьют – ты должна жить. Никогда не показывай магию незнакомцам». «Никаких молний», – вспомнила она наказ матери.
Между тем рыцарь продолжал допрос. Его солдаты привели монаха Культа света. Рон узнал старика, лечившего Нэссу.
– Здесь живет маленькая красноглазая девочка! – воскликнул он. – Горе тем, кто перечит богам и идет против святого учения! Порождение хаоса не должно жить рядом с людьми! Покайтесь, и боги простят ваши прегрешения!
Кузнец, который оставался молчаливым до этого момента, не выдержал напряжения. Он вышел из общего строя и с вызовом подошел к рыцарю, оказавшись рядом с аббатом. Капитан гордо наклонился в седле, желая услышать правду. Монах же поднял руки вверх и прокричал:
– Покайся, и будет тебе мир!
Женщина всё ещё плакала, обнимая умершего ребенка. Кузнец обернулся. Он поклонился деревенским в пояс. Следующим движением он обрушил удар кулака в висок аббата. Тот отлетел с такой силой, что повалил рыцарского коня по дороге. Больше ему не суждено было подняться. Солдаты налетели на кузнеца с копьями и мечами. Он дрался до последнего. Когда три лезвия проткнули его сердце, он всё ещё стоял. Перед смертью он столкнул головами двоих воинов и обоих лишил жизни, а затем упал, как подпиленный дуб.
Терпение рыцаря вышло из-под контроля. Нервно хватаясь за черный ус, он поднялся с земли, плюхнулся на коня и зашипел со звериной злобой:
– Монах говорил, что вы укрываете мага молний. Я бы простил вас, будь это огненный или водный гаденыш, но не могу оставить ЭТО дело. Никогда прежде люди так не скрывали магов! Похоже, вы и правда, укрываете того, кого под страхом смерти запрещено укрывать!
Люди молчали. Нэсса заплакала. Рыцарь приказал:
– Привести Клэрис Руэй. Несколько мужчин подались вперед. Девочка видела их сжатые кулаки. Последовал приказ главаря. – Этих убить!
Нэсса хотела отвернуться, но не могла. Один за другим все мужчины были лишены жизни. Это было ужасно…
Вскоре привели маму. Красивую, худую, но непреклонную.
– Скажи нам, где твое дитя и мы пощадим этих людей, – произнес рыцарь. На этот раз он слез с коня и обошел женщину по кругу. – Я не играю в игры. Либо ребенок, либо их жизни.
Слезы текли по лицу малышки. Она понимала, что нельзя ничего делать, и в то же время знала, что должно произойти.
– Никаких молний, – сказала мама.
Рыцарь подумал, что она издевается над ним. Он сломал ей руку, а затем приказал умертвить всех деревенских детей на её глазах.
– Никаких молний! – простонала девочка из своего подвала. Её никто не слышал. Трупы не видели её лицо и не чувствовали её душевных мук. Но Рон чувствовал. В этот момент он скорбел вместе с ней.
Она не могла больше сдерживаться. Кажется, ещё немного и она потеряет сознание. В таком возрасте нельзя видеть столько страданий…
Рыцарь достал нож и вонзил прямо в шею мамы. Старухи и женщины заплакали, он захохотал. Солдаты нерешительно переминались с ноги на ногу. Нэсса не выдержала. Её духовная сила вышла из-под контроля. Миллионы молний вырвались на свободу, а сознание оставило девочку…
В мгновение ока деревня перестала существовать. Исчезло всё. Дома, скот, люди, рыцари, скарб, провизия, железо, камень. Как будто поселение стерли черным углем. Вокруг Нэссы остался только угольно-черный кратер пепла…
Палец девочки отдернулся от мага холода. Видение прекратилось. Они молча смотрели друг на друга. Рон тяжело выдохнул:
– Тебе не стоит искать у меня помощи. Меня преследует каждый маг на Светлых землях.
– А мне всё равно! – всхлипнула малышка, вытирая рукой заплаканное лицо. – Не можешь помочь, тогда научи меня магии.
– Я? Учитель для мага молний? – Рон усмехнулся.
«Самый опасный и холодный маг – учитель для светлой легенды, приносящей на землю добро и мир».
– Я последний человек, который может тебя учить. Тебе нужен хороший, добрый наставник, который воспитает тебя так, чтобы ты стала надеждой для людей.
Нэсса отрицательно помотала головой и показала пальцем в сторону трупов:
– Такие учителя мне не нужны…
Маг холода ничего не сказал. Он только поправил сумку и повернулся спиной к девочке. Ему и самому хотелось знать: остались ли на земле достойные маги?
Ларс Арнольский
Длинный уступ возвышался над водой словно трон, а журчащая впадина реки синим ковром стелилась по неровным ступенькам, перемешивая брызги и отражения в игривый поток чистых волн. Ларс лежал на краю холма, стараясь не замечать молчаливых гвардейцев за своей спиной. Ветер шептался с рекой и задевал пятки молодого принца. Руки грелись о каменную гладь, впитавшую теплоту неба. А глаза радовались виду и беспечно смотрели на мягкие облака.
В знойной высоте парил сокол, зорко охраняя солнечный покой. «Вот кому в жизни повезло», – ухмыльнулся Ларс и проследил за легким крылом свободной птицы. «Хорошо, наверное, смотреть на всё с небесной высоты и восхищаться величием природы. Не надо строить крепости, создавать замки, думать о войне и спорить. Просто купаешься в синеве и наблюдаешь, как никчемные люди убивают друг друга, находя всё новые причины для того, чтобы пролить кровь».
Облако закрыло солнце и на улице стало прохладно. Горы потемнели, а река Каос зажурчала сильней.
Что-то странное, заунывное, умоляющее слышалось в стенании бурного потока. Казалось, что вода скулит и зовет на помощь. Ларс
