– Это не кто-нибудь... Иногда власть сама худший обидчик.
Повернувшись к Лили, Эйнджел выхватила значок у нее из рук. Уставившись на него покрасневшими от слез глазами, она неожиданно так грязно выругалась, что Рейчел ойкнула, а Лили усмехнулась.
– Ему это не сойдет с рук просто так! – поклялась Эйнджел.
– Кому? – хором спросили ее спутницы.
– Реду Гаррету! Он хочет заполучить прииск, но, клянусь Богом, ему придется сначала убить меня!
Казалось, даже Лили испугалась этих слов Эйнджел.
– Милая, но я ведь не говорила, что...
– Какая разница, откуда мне это известно. На сколько я понимаю, тебе ни к чему ругаться с Гарретом. И я не жду помощи ни от тебя, ни от Рейчел. Я все сделаю сама!
Внезапно Эйнджел вспомнила о шахте. Встревожено посмотрев в сторону открытого ствола, она увидела, что там все было как прежде. Похоже, в шахте никто не успел побывать.
– Ну, что мы будем делать теперь? – обеспокоено спросила Рейчел.
– Я остаюсь здесь, – сказала Эйнджел. – Ни чего со мной не случится, если я проведу одну ночь под открытым небом.
– Со мной тоже, – отозвалась Лили, беря в руки ружье, висевшее у седла.
Поколебавшись секунду, Рейчел тоже пошла к по возке за своим пистолетом.
– Вдруг он мне еще понадобится? – мрачно произнесла она, помогая Эйнджел и Лили устроить лагерь для ночлега.
Глава 8
Где-то среди деревьев глухо гукнула рогатая сова. Эйнджел натянула на себя одеяло и повернулась на другой бок, пытаясь улечься поудобнее. Ей в спину вонзился камень, другой – в бедро. Эйнджел окончательно проснулась, не понимая, что именно ее разбудило.
Сонно оглядываясь вокруг в белесом свете полной луны, она внезапно оцепенела от страха, бросив взгляд на край луга.
В нескольких шагах от нее мирно спала Рейчел. Нести караул первой вызвалась Лили, но она спала, прислонясь спиной к огромному валуну. От деревьев отделилась темная тень и медленно двинулась к Лили.
– Лили, проснись! – замерев, зашептала Эйнджел.
Огромная черная фигура остановилась, прислушиваясь, и Эйнджел вся моментально взмокла от страха. Это был отнюдь не зверь.
Ружье Лили лежало рядом с ней у валуна, на расстоянии добрых десяти футов от Эйнджел. Посмотрев на ружье и крадущуюся к нему тень, она решила рискнуть добраться до него первой.
Надо было что-то делать. Обе ее спутницы крепко спали, и ей не удалось бы разбудить их, не привлекая внимания человека. Эйнджел с трудом заставила свое оцепеневшее тело подчиняться командам разума. Прикрываясь одеялами, она медленно поползла по холодной земле, время от времени останавливаясь, чтобы посмотреть на крадущуюся с другой стороны тень.
Еще несколько футов, и она схватит ружье. Но человек тоже не терял времени, он был совсем близко от ружья. Эйнджел не знала, заметил он ее или нет, так как она была почти полностью скрыта валуном. Вот был бы сюрприз, если этим мужчиной, а Эйнджел уже не сомневалась, что это мужчина, окажется Ред Гаррет.
Осторожно протянув руку, она ухватилась за ружье, и тут Лили проснулась. Ловким кошачьим движением она выхватила у Эйнджел ружье и спросонья направила на нее.
– Не в меня! – закричала хриплым от ужаса голосом Эйнджел. – В него!
И она отчаянно замахала руками в сторону мужчины отнюдь не хилого сложения. Лили шарахнулась назад, но слишком поздно. Огромный кулак нанес ей удар в челюсть, и певица почти без чувств упала на спину.
– Рейчел! – завопила Эйнджел.
Изуродованное шрамами лицо нападавшего, освещенное светом бледной луны, расплылось в ухмылке при виде беспомощной Эйнджел. Освободившись от одеял, она бросилась бежать от него со всех ног. Позади нее слышались приглушенные проклятия и тяжелый топот ног. Эйнджел забыла обо всем на свете, кроме одного – спасти свою жизнь!
Зловонное дыхание неотвратимо приближалось, и вот уже мужчина схватил ее за волосы, резко дернув назад голову. Эйнджел пронзительно закричала от страшной боли, но бандит тут же закрыл ей рот ладонью и принялся душить ее. В глазах потемнело, но тут раздался страшный грохот. Эйнджел упала на землю, больно ударившись локтями. Задыхаясь, она едва успела откатиться в сторону от падавшего на нее грузного тела.
Несколько секунд Эйнджел лежала неподвижно на земле, тяжело дыша и приходя в себя. Наконец, держась руками за шею, она встала на колени и увидела перед собой дрожавшую Рейчел. Ее руки мертвой хваткой сжимали пистолет отца. Широко раскрытыми от ужаса глазами она уставилась на неподвижное тело бандита.
Застонав, зашевелилась Лили.
– Спасибо, Сорвиголова! – прохрипела наконец Эйнджел.
Рейчел взглянула на убитого и вздрогнула от отвращения.
– Рейчел, ты спасла жизнь и мне, и Лили, – утешала ее Эйнджел. – Этот отъявленный бандит убил бы нас всех! Я так рада, что ты оказалась рядом!
– Но... но я же убила человека, – стуча зубами, выговорила Рейчел.
– Ну же, не будь нюней! – оборвала ее Лили. – Если бы не ты, он бы с превеликой радостью закопал нас здесь всех троих! – Она говорила резко, но убедительно. – Кажется, он за нами следил...
– Мне тоже кажется, что за нами следили, – ото звалась Эйнджел.
При свете дня она хорошо разглядела убитого бандита, и его лицо показалось ей странно знакомым. Глядя на уродливые шрамы, она вдруг вспомнила, где видела его! Это был тот самый человек, с которым был Холт в день, когда она впервые встретила его у салуна, в Чистом Ручье.
Аили тоже знала его. Этого человека звали Джек Олсен. Она заверила, что такого отъявленного бандита мог нанять кто угодно, предложивший сходное вознаграждение за такое грязное дело. Лили не чувствовала ни малейшего раскаяния или угрызений со вести, когда они втроем оттащили тело в лес и похоронили его на опушке.
– Вот так, – сказала она, утоптав землю вокруг могилы. – А то звери могут выкопать его, и тогда не оберешься неприятностей.
Рейчел подошла к могиле и стала обкладывать ее камнями.
– Даже преступник заслуживает христианского захоронения, – прошептала она со слезами в голосе.
Лили хмыкнула раздраженно и отошла в сторону. Эйнджел последовала за ней и догнала уже у самой повозки.
– Не могу поверить, что это та самая девушка, у которой хватило смелости спустить вчера ночью курок своего пистолета! – недоуменно покачивая головой, сказала Лили.
– У каждого есть слабое место, – сказала Эйнджел. – Даже у тебя.
– У меня? – засмеялась Лили. – И какое же?
– Холт.
Лили не стала отрицать и принялась седлать кобылу. Ткнув кулаком в живот лошади, чтобы та выдохнула, она с силой затянула подпругу.
– Дурочка, – пробормотала она наконец, – ни чего ты не знаешь ни о Холте, ни обо мне. Так что не советую распускать язык.
