Когда-то давно Джордж влюбился в одну женщину. Ему было тогда девятнадцать, а свои гомосексуальные наклонности он считал проявлением бурной фантазии. Ту женщину звали Лана. Иногда, напившись, Джордж рассказывал Мэнди о ней. Он ее просто боготворил. По его мнению, они идеально друг другу подходили. Ближе, чем Лана, Джорджу была только Мэнди. Джордж показывал Мэнди фотографии. Да, Лана была обворожительна. Она чем-то напоминала Халли Берри, но глаза у нее были зеленые. Необычную внешность она унаследовала от предков, среди которых были жители острова Барбадос и ирландцы. Они с Джорджем познакомились в студенческие годы, быстро стали лучшими друзьями, а потом и полюбили друг друга. По всей видимости, в постели им было неплохо, но для Джорджа важнее была эмоциональная близость. Они с Ланой продолжали общаться.
Лана всегда чувствовала, что Джорджу чего-то не хватало. Когда они полюбили друг друга, им обоим казалось, что, если не обращать внимания на это «что-то», оно исчезнет само по себе. Но однажды Джордж со своей «бурной фантазией» повстречал на модном показе Доминика. Доминик рассказал им с девочками за обедом о своем новом друге сердца. В его рассказах Джордж узнавал себя. На него нахлынуло чувство вины. В тот вечер они всей компанией отправились в ближайший паб. Джордж несколько перебрал и в какой-то момент обнаружил, что изливает душу Доминику, которого едва знает. Возможно, от этого ему стало легче.
Вернувшись к себе, Джордж долго плакал. Если он будет следовать своей природе, то потеряет все, что так любит. Где же справедливость? Его охватило смятение, сердце разрывалось на части, но Джорджу пришлось признаться самому себе в существовании неких особенностей, которые просто не позволят ему продолжать отношения с Ланой. Он сознавал, что ему придется вступить на тяжелый и полный сложностей путь, но на этом пути он останется верен самому себе. Он вернулся в их квартирку в северной части Лондона и смотрел на мирно спящую Лану. Он нежно погладил ее волосы, а когда она проснулась, они занялись любовью. По иронии судьбы, это был лучший секс за все время их отношений. Ни он, ни она никогда не забудут той ночи. А потом они заглянули друг другу в глаза, и между ними состоялся непростой разговор, требовавший от обоих большой смелости. Лана была удивительной. Теперь она поняла, чего же в нем не хватает. Она настолько сильно любила Джорджа, настолько готова была принять его таким, какой он есть, что полностью поддержала его решение быть до конца откровенным перед ней и перед самим собой. Она улыбнулась, откинула его русые волосы на лоб и нежно прошептала:
— По крайней мере, мы никогда не расстанемся насовсем. Между нами навсегда сохранятся по-своему близкие отношения.
Джордж уткнулся лицом ей в шею и разрыдался от такой зрелости суждений у столь юной женщины. Он признавал ее правоту: в каком-то смысле, связь между ними останется навсегда. Но то, что их отношения никогда не будут полноценными, вызывало в нем печаль и озлобленность.
При взгляде на Мэнди неприятные чувства из прошлого возвращались.
— Может, лучше поедем? — предложил он со вздохом.
Мэнди поставила свою драгоценную фотографию обратно на каминную полочку, взяла ключи и подхвата Джорджа под руку.
«С Новым годом!!!» Зазвенели фужеры с шампанским. Старинные друзья радостно поздравляли друг друга. Мэнди всех обнимала и целовала. Ася рассылала воздушные поцелуи, чтобы не оставлять у всех на щеках следов от своей ярко-алой губной помады. Джордж щипал всех за задницы, а подвыпившая Дина со всеми обнималась и рассказывала, что кому уготовили звезды на грядущий год.
— Предсказательница ты наша, — с нежностью сказал Джордж, укутывая шею шарфом и ставя на стол бокал с шампанским, — пора нам немного прогуляться и выпустить на волю бутылку. Эй, пошли! — Его голос перекрывал гул голосов и живую музыку. — Только оденьтесь потеплее, а то там холодно.
Девушки похватали пальто со спинок итальянских стульев ручной работы с кожаной обивкой. Они встретились в ресторане «Gaucho», что на самом берегу реки в Ричмонде, и остались очень довольны выбором заведения. Через огромные окна, выходящие на реку, было прекрасно видно праздничный салют. И салют был выше всяких похвал.
— Так, все записали свои новогодние желания? — спросил Джордж, беря со стола пустую бутылку из-под Шампанского «Laurent-Perrier».
— Да-а! — хором откликнулись девушки, выскакивая на улицу.
Джордж скатал их записки в трубочку, протолкнул их в горлышко и изо всех сил надавил на пробку, закупоривая бутылку.
— Ну ладно, девочки, — сказал он, отступая на два шага назад, — пусть в наступающем сбудутся все наши мечты, и чтобы у всех было побольше сказочного секса! — С этими словами он зашвырнул бутылку в реку под довольные крики и аплодисменты «его» девушек. Всем хотелось надеяться, что желания сбудутся. Мэнди провожала взглядом уплывающую бутылку и думала о том, что она загадала. В ее записке говорилось:
«Хочу, чтобы этот год принес мне и всем моим любимым здоровье, богатство и счастье, но больше всего мне хочется сделать правильный выбор и следовать своей судьбе.
Спасибо.
Мэнди».
Она подумала о Джейке. Они собирались пообедать вместе между Рождеством и Новым годом, но Элен преподнесла ему неожиданный подарок: двухнедельную поездку на горнолыжный курорт. Здорово? Вообще-то не очень. Он должен был вернуться 10 января, но Мэнди делала вид, что ей уже все равно. Дел у нее было по горло, так что времени на то, чтобы тосковать по нему, просто не оставалось. Но вот уже три дня, как он уехал, а от него еще не пришло ни одной эсэмэски. Да ладно, кого она пытается обмануть? Она безумно по нему скучала и уже успела от этого устать, а все ведь только начиналось. Она стояла на берегу реки, смотрела на отблески в воде, и ей уже почти хотелось его разлюбить. Может, так станет легче.
Ничего хорошего в роли любовницы нет. Но в одном Ася была права: чтобы быть любовницей, нужно быть жесткой, сильной и совершенно независимой. В повседневных отношениях, возможно, все так и было, но неужели можно так себя вести по отношению к близкому человеку? Мэнди хотелось думать, что она может стать кем угодно, но, возможно, она вовсе не создана для этого. Только время рассудит.
9
Пойман на горячем
Мэнди очень вовремя завернула на заправку у себя на Кингс-роуд. Стоило ей остановить машину возле заправочной колонки, как мотор Фигги заглох — бензина не осталось ни капли. Мэнди возблагодарила небеса. Машина ведь могла заглохнуть и прямо посреди Кингс-роуд. Возникла бы гигантская пробка. Она стала искать кошелек, чтобы залить Фигги полный бак и ехать дальше по шоссе АЗ в гости к маме, Оливии и девочкам. Робби уехал на пару дней в командировку в Данию, так что у них получался девичник. Приглашение застало Мэнди несколько врасплох. Проникновенное и исполненное теплоты сообщение от Оливии глубоко тронуло Мэнди.
