повернулся, и со всей силы ткнул торцом палки в живот подбежавшему разбойнику незуми.
Фиолетовые цветы опали с груди Тоши, увядая на лету. Кику не наделила их никакой особой магией, помимо внешней имитации оживших бутонов.
- Убить их. – Монотонный голос Урамон даже не прозвучал громче, произнося смертный приговор. В сущности, он звучал так, будто ей было скучно. Ее действия, тем не менее, противоречили ее тону, когда она быстро пересекла песочный сад в сторону боковой двери.
Тоши ухмыльнулся. Он знал, куда вела эта дверь. Он не решался дать Урамон достаточно времени, чтобы добраться до ее тайной комнаты в подвале, но, сначала, он должен был помочь своим мстителям очистить комнату.
Давненько он не видел Кику и Мозго в действии. Сейчас, в гуще потасовки с резачами Урамон, он вспомнил, почему было так важно окружить себя людьми, способными сражаться.
Мозго-Грыз впечатлил его особенно сильно, хоть и лишь потому, что незуми в одиночку редко представлял собой серьезную угрозу. Но Мозго был главарем, лидером своего племени, и он заслужил этот пост, будучи сильнее и беспощаднее других крыс. Все они дрались грязно, но Мозго сражался с особой дикостью, вырывая глаза своими мерзкими, зазубренными когтями, нанося удары в пах своими острыми пальцами на ногах, выдирая куски плоти из других незуми своими черными, колотыми зубами.
Шестеро против одного было слишком много даже для сильнейших из крысиных воинов, поэтому Тоши скользнул в суматоху и вонзил джитту в спину крысе, схватившей хвост Мозго-Грыза. Быстрым движением он вынул из крысиного тела свое оружие и провел его окровавленным острием по морде второго нападавшего незуми. Тоши свободной рукой удерживал ржавый клинок грызуна, быстро завершив канджи «чума» на его крысином лице.
Как только символ был закончен, пораженный крыс начал задыхаться и рвать когтями собственное горло. Толстые черные нарывы покрыли его морду. Когда он раскрыл пасть, пытаясь вдохнуть воздух, Тоши увидел подобные гнойники на его языке и во всей полости рта. Его живот раздуло, глаза закатились, и он рухнул на пол. По пути, он столкнулся еще с двумя своими собратьями незуми, и, вскоре, они также уже извивались в агонии на полу, покрытые чернеющими нарывами и гнойниками. Спустя пару секунд, их дерганья прекратились.
Тоши был впечатлен. Кровь незуми была особенно эффективна для подобного заклинания, но он не ожидал подобной реакции.
Оставшиеся крысы снова и снова набрасывались на Мозго. Хоть он был лишь немного крупнее их, их удары не причиняли ему никакого видимого вреда. Казалось, Мозго был единственным, кто наносил повреждения, и вскоре, весь клубок из визжащих, кусающихся крыс был покрыт кровью, клоками вырванной шерсти и выбитыми зубами. Последний незуми Урамон выронил свою дубину и рухнул на колени, умоляя Мозго о пощаде. Мозго-Грыз ударил его своей палкой в висок и пнул в горло, когда тот упал на пол.
Тоши взглянул на Кику. Она вернула свой топор и стояла среди небольшой кучки трупов, в груди каждого из которых пустил корни фиолетовый цветок. Еще восьмеро Урамоновских резачей окружало ее, но никто из них не решался напасть, увидев, на что она была способна.
- Мозго, - сказал Тоши. – Вам с Кику придется дальше справляться самим. Я иду за боссом.
- Мне его помощь не нужна! – Кику сломала нос охраннику плоской стороной своего топора, затем присела и отрубила переднюю часть его ступни. Резач заорал, и Кику сунула камелию ему в рот. Она развернула его и пригнулась за ним в тот момент, когда два топора охранников с хрустом вонзились в его тело.
- Помоги ей все равно, - обратился Тоши к незуми. – Только не подходи слишком близко.
Мозго-Грыз не выглядел убежденным, но все же кивнул.
Тоши сосредоточился, чувствуя шрам на руке. Внутренним зрением он увидел Мёдзин Объятий Ночи, и воззвал к ее силе. Однако, вместо того, чтобы растаять, он накопил полученную магию и бросился к боковой двери Урамон. Он пробежал прямо через черный песок, разрушая его умиротворенные изгибы и линии, пиная камни с пути и перенося песок на лакированный деревянный пол.
Ударом ноги он на всей скорости вышиб дверь. За ней располагалась лестница, спускающаяся в темный, тихий подвал.
Темный и тихий, подумал Тоши. Прекрасно. Он улыбнулся, и отпустил мысли, принимая благословение мёдзин.
Прежде чем его тело полностью исчезло, Тоши прыгнул над темнеющей лестницей и поплыл, словно призрак, пока не растворился из вида.
* * * * *
Урамон двигалась очень быстро для человека ее возраста. Она никогда не бала воином, но была упорна и достаточно умна, чтобы контролировать свой угол нелегального общества Такенумы в тени башни Даймё. Она не только выживала вопреки частому давлению со стороны го-йо и распространению Войны Ками, но и процветала благодаря этому.
Проходя сквозь темные закутки подземелья своего особняка, Урамон в уме проводила расчеты. Она собрала достаточно охранников, чтобы сдержать Тоши, но не Тоши и Кику. К этому времени, они, вероятно, уже убили или обезвредили всех резачей и незуми в ее зале для медитаций.
Тем не менее, к этому времени, наверняка уже разлетелись слухи, что на босс совершено покушение, и ее более могучие телохранители и наемники, должно быть уже ворвались к ним, чтобы отработать свои миски риса. Все, что ей требовалось, это держаться подальше от опасности, пока остальная охрана особняка завершит приказ убить Тоши. Она надеялась, что Кику выживет, ибо тогда йюши будет обязана Урамон своей жизнью. Ее спокойные старейшины не одобрили бы поведения своей лучшей ученицы, и, конечно, скорее, изгонят ее, нежели станут развивать конфликт с Урамон. Ее тонкие губы покрылись морщинами, когда она попыталась улыбнуться. Она наслаждалась мыслями о том, как гордость Кику будет разрывать йюши на части все те годы, что потребуются для возмещения ущерба этой ночи.
Урамон остановилась, вслушиваясь и вглядываясь в тусклый свет позади нее. Удовлетворившись, она нащупала тайный рычаг на стене. Рядом с рычагом находилась небольшая выемка. Урамон сжала кулак и вставила в выемку свое кольцо, идеально вошедшее в отверстие, затем потянула рычаг на себя.
Секция стены беззвучно опустилась, исчезнув в полу. Урамон метнулась внутрь и потянула за такой же рычаг. Стена поднялась, запечатав вход.
Об этом тайном проходе не знал никто, кроме нее, в нем она держала одну из мощнейших своих ценностей. Архитекторы, сконструировавшие этот тайник, равно, как и рабочие, которые его соорудили и поместили в него ее ценность, были мертвы. Эта часть особняка содержалась в кромешной тьме, и
