Все люди одинаковые. Жаждут скандальных сенсаций, чтобы украдкой поразвлечься, порадоваться чужой беде. Поэтому не мудрено, что сообщаемые вскользь хорошие новости не вызывают интереса.
Средства массовой информации и общественность, якобы объятые праведным гневом, возмущаются погрязшим в коррупции политиком или злодеяниями серийного убийцы, но ведь на это можно взглянуть и с другой стороны. Может, люди просто завидуют им, не будучи сами способными на столь ужасные поступки? Может, потому и поднимают гвалт, орут во все горло, требуя самого сурового наказания для преступников, а заодно и поливая грязью их семьи? А потом веселятся, глядя на дело рук своих. Такова психология толпы. Чем не суд Линча во времена освоения Запада?
Однако в последнее время даже самые мрачные новости перестали быть интересными. За сотни лет СМИ научились любую сенсацию подгонять под определенный стереотип, этакий шаблон выработали.
Сообщат, например, о какой-нибудь чудовищной семейной трагедии. И тут же перекраивают ее под душещипательную семейную мелодраму. Словом, под телесериал подгоняют. Каждому из реальных участников трагедии дают определенную роль в этом сериале и заставляют их играть по своему сценарию.
Поэтому и заголовки новостей стали однотипными:
«Семейная драма в жизни — трагичнее любого телесериала!»
«Момент истины! Частная жизнь политиков, знакомых всем по роману „Черный парламент“! Снимается электронный сериал для просмотра на компьютере».
«Это жизнь или сериал? Ставшая игрушкой в руках изменчивой судьбы домработница, родом с Марса, трепещет под тяжестью содеянного ею преступления» (Телекомпания Млечный Путь планирует создание сериала по мотивам этой драмы).
Вот такие дела.
После новостей показали довольно скучную трехмерную мультяшку.
Потом на экране появилась картинка. Я подумал, опять мультик, но оказалось — реклама косметической фирмы.
«Послушай, Белоснежка. У тебя в последнее время такая белая, гладкая кожа. Ты, верно, пользуешься какой-то особой косметикой?»
«А ты, Чернушка, все такая же черная. Чтобы кожа выглядела молодой и белоснежной, применяют молочко для тела. Но выбирать его следует в зависимости от типа кожи. Так почему ты почернела? Прямо на обгорелый труп негра похожа. Хи-хи-хи».
«Да вот, не заметила утечку радиации из трубы с атомным топливом для ванной. Вот и почернела вся».
«Такое бывает. Раз дело в этом...»
«Уже несколько сот лет, — подумал я, — Чернушка задает один и тот же вопрос одной и той же подруге, но в результате не стала ни капельки белее. Впрочем, и сами-то мы недалеко ушли от этой девицы, словно страдающей базедовой болезнью».
— Ну как? Не слышали о каком-нибудь интересном местечке?
Этот вопрос уже нескольким десяткам поколений заменяет приветствие. Но попробуй задай встречный вопрос: а что вас, собственно, интересует? Окажется, что собеседник, как правило, и сам не знает, что ему нужно. Оттого СМИ и выдумали свое «Туристическое обозрение». Однако же эти обозреватели заботятся исключительно о собственной популярности, поэтому рекламируют только то, что заведомо интересно абсолютно всем. Как-то начинающий обозреватель рассказал по телевизору об одном страшном районе в городских трущобах Венеры, где тебя на каждом шагу подстерегают проститутки, грабители и убийцы. После этого Женская туристическая ассоциация объявила ему бойкот и беднягу просто стерли в порошок. С тех пор обозреватели стали рекомендовать лишь те места, которые не могут вызвать недовольство женского пола. Хотя, с другой стороны, кто же во второй раз поедет в такой скучный тур? Потому и требуют — покажите нам что-нибудь поинтереснее. Да где ж их возьмешь, интересные маршруты для всех без исключения? И вот работники туристической индустрии бросились искусственно переделывать и перестраивать самые заурядные места, а потом всячески их рекламировать. В результате все стало одинаковым — куда ни поедешь. По этой причине вместо приветствия и произносят как заклинание: «Ну как? Не слышали о каком-нибудь интересном местечке?»
Замначальника тронул меня за плечо и показал на иллюминатор:
— Прилетели.
Внизу мелькали окраины Сайгона. Я увидел огромную высотку с взлетно-посадочными пеналами на крыше. Ага, это, должно быть, и есть космопорт.— Вон в том здании находится «Намтур» — сообщил замначальника.
— «Намтур»? А что это такое?
— Вьетнамское туристическое бюро. Сокращенно — «Намтур».
Корабль сел на крышу этой высотки, мы вышли и направились в офис «Намтура». Там нам сказали, что через пять минут в дельту реки Меконг отправляется бронированный экскурсионный автобус. Мы с замом бросились к лифту, спустились на первый этаж, и, выйдя на автостоянку, сели в автобус.
Кресла в нем были, как в старинных автобусах, на пятьдесят-шестьдесят пассажиров. Сверху его защищало полуцилиндрическое покрытие из прозрачного бронепластика повышенной прочности — так что ничего не случится, даже если в автобус угодит бомба. Рядом с каждым сиденьем был репродуктор, усиливающий звуки извне, и другие штуковины.
Пассажиров оказалось семеро. Пожилая белая супружеская пара — судя по всему, из провинции, двое одетых по последней ботанической моде стильных молодых парней, господин средних лет с шикарными усами, ну и мы с замом. При виде моего наряда, состоявшего из одной набедренной повязки, у всех округлились глаза.
В автобус вошли негр водитель и девушка гид, совершенная красотка.
— Господа, благодарим вас за то, что вы воспользовались услугами экскурсионного автобуса Вьетнамского туристического бюро, — заворковала гид.
Мы проехали пригороды Сайгона, мимо скоростной магистрали для аэроавто.
— Итак, мы направляемся к месту великой битвы, от которой сотрясаются земля и небеса. Мы едем в дельту реки Меконг, где разыгрывается грандиозное шоу — прославленная на весь мир локальная Вьетнамская война. Позвольте представиться. Меня зовут Мэри Торагодзэн[40]. Я буду вашим гидом.
— Давай, сестренка, — двое парней от радости аж подпрыгнули на своих местах. — Ты круче всякой войны!
Такие вот изголодавшиеся по женскому полу молодчики были во все времена. Они едут не достопримечательности смотреть, а охотиться за хорошенькими девушками.
— Итак, кровавая бойня, которая вскоре предстанет вашим глазам, продолжается уже много столетий. Эта земля по праву гордится своей проникнутой духом старины войной — культурным наследием Вьетнама.
— Ас чего, собственно, началась война? — спросил господин средних лет, сделав серьезную мину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
