Кроме того, прослеживается связь данной группы даже с разведслужбами Саудовской Аравии. Согласитесь, довольно специфическая квалификация.
Но кроме этих групп нужны были еще и обычные боевики — здесь стоит напомнить, что на протяжении многих лет в странах Балтии и Польше проходили военизированную подготовку украинские радикалы самого различного толка. Руководили обучением представители западных спецслужб и натовские инструкторы. Основная структура прибалтийских и польских лагерей была ориентирована на подготовку командиров, так сказать, среднего звена, будущих руководителей «полевых» боевых подразделений радикалов. Подготовка рядовых боевиков, будущей пехоты майдана, проводилась по большей части в западных регионах Украины.
Следующая немаловажная составляющая будущего вооруженного переворота — частные военные компании (ЧВК). Представители ЧВК стали появляться на майдане уже в декабре 2013 года. Большинство прикрывались документами украинских частных охранных предприятий и имели на руках украинские паспорта, хотя украинцами их назвать тяжело. Они формально взяли на себя функцию охраны «мирных» манифестантов, а на самом деле — боевой подготовки сотен майдана.
Некоторые специалисты из ЧВК позже стали депутатами Верховной рады. Так сказать, за боевые заслуги на майдане.
Основываясь на имеющейся у нашей группы следователей информации, можно представить наиболее вероятную картину преступления.
Как было уже сказано, основными организаторами была группа специалистов с богатым опытом подобных акций еще со времен распада СССР. Данные специалисты — по большей части выходцы из стран Балтии, тесно связанные со спецслужбами некоторых западных стран.
По нашему мнению, в операции было задействовано несколько групп профессиональных стрелков, которые наверняка не были связанны друг с другом. Есть основание полагать, что их национальная принадлежность тоже разная. Это подкрепляется появившейся позже информацией из открытых источников.
В задачу этих групп входило только выполнение самой стрельбы — они скрытно прибывали на место дислокации без оружия и после выполнения задания так же скрытно отходили.
Оружие на место преступления доставлялось с помощью руководителей вооруженных подразделений майдана, которые пользовались депутатской неприкосновенностью и могли достаточно скрытно пронести любое оружие.
Напомню, что отношение к обороне майдана тогда имели и Парубий, и Пашинский, и Аваков. Так, зафиксированный на видео эпизод с «винтовкой Пашинского» кроме прямого доказательства причастности самого Пашинского к этим трагическим событиям позволяет понять и механизмы вероятной доставки оружия для стрелков.
Напомню, что на видео, выложенном в Интернете, видно, что Пашинский и его люди провозят оружие через майданные кордоны, но куда интереснее то, что происходило до этого. А до этого данная машина долгое время стояла буквально на линии огня между протестующими и правоохранителями. Возле нее можно постоянно наблюдать одних и тех же людей, которые явно выжидают. По всей видимости, их задачей было скрытно доставить оружие на крыши прилегающих домов, которые, к слову, уже контролировались радикалами, но поскольку автомобиль находился в самой гуще противостояния, велика вероятность, что он будет сожжен. Тем более что рядом уже горели автомобили МВД.
Скорее всего, из-за этого и было принято решение пока вывести оттуда автомобиль. Так вот, в общей революционной неразберихе и случился этот казус с «винтовкой Пашинского». Кстати, никаких дознаний или следственных действий по поводу этого не было произведено, что только подтверждает вышесказанное.
Итак, способ доставки оружия был отработан. Контролируя множество зданий вокруг майдана, идеально подходящих для ведения стрельбы, комендантам и военным руководителям подготовить для стрелков нужную позицию особой сложности не представляло.
По опыту прошлых расстрелов можно сделать вывод, что самые главные выстрелы среди массы других (к этому мы вернемся чуть позже) делаются всегда сверху. Стрельба с верхних этажей или крыш дезориентирует жертв, которые не могут с достаточной точностью определить, откуда ведется огонь. Это в свою очередь вызывает больше паники и хаоса в толпе митингующих и провоцирует ее на агрессию против видимого противника, то есть полиции.
Работу групп основных стрелков прикрывали несколько групп непрофессиональных стрелков, набранных из радикалов майдана. Один из них даже дал интервью корреспонденту ВВС. Их задача — быть тройной страховкой и прикрытием для основных исполнителей, о существовании которых они, вероятнее всего, даже не догадывались.
Для стрельбы им выдавалось самое разнообразное оружие — от охотничьих карабинов до автоматов, но в любом случае это было не снайперское оружие. Основная цель — чтобы они оставили как можно больше следов боеприпасов, которые бы походили на те, что используются правоохранителями. При «правильной» постановке задачи их можно списать на боеприпасы «преступного режима» (отсюда россказни о неучтенных автоматах «Беркута» и прочая чушь, рассчитанная на профанов).
Вторая функция — это «размазать» время отстрела для того, чтобы основные исполнители могли незаметно уйти с позиций.
И главная функция — в случае раскрытия они должны были взять на себя вину, то есть классические козлы отпущения. Две из трех они уже успешно выполнили, ну а главную функцию им еще предстоит выполнить, если дело дойдет до открытых судебных разбирательств.
Хотя, на мой взгляд, более реальный вариант — уничтожение их как отработанного материала.
Я думаю, что ликвидация уже началась, а эти строки ее лишь ускорят. Мы будем внимательно отслеживать все происходящее вокруг этих лиц. И готовы им оказать содействие (обеспечить безопасность), если они к нам обратятся и согласятся помочь объективному расследованию этих трагических событий.
Такие преступления, как вы понимаете, всегда очень хорошо оплачиваются. И нам известны факты крупных денежных трансакций на счета зарубежных банков за несколько дней до кровавых событий на майдане. Кроме того, я обладаю точной информацией, что по тем же счетам прошел второй транш уже после событий 20 февраля.
Рискну предположить, что это могли быть суммы оплаты исполнителям за расстрелы в Киеве.
Однако наша следственная работа еще не закончена. Преступления, подобные расстрелам на майдане, как мы знаем по историческому опыту, очень тщательно готовятся и еще тщательнее скрываются, поэтому нас могут ждать еще самые неожиданные повороты. Но могу уверить моих читателей, что правда рано или поздно все равно будет раскрыта. И виновные обязательно предстанут перед судом.
Для меня это дело чести.
ГЛАВА 5. Почему не был разогнан майдан? Взгляд на историю противостояния в Киеве
Эта статья Виталия Захарченко была опубликована 03.04.2015 в «Независимой газете».
Этот вопрос мне задавали не раз и не два. Пожалуй, ни одно мое интервью в СМИ или просто доверительная беседа с кем-либо не обходится без вопроса: «Почему же все-таки не дали команду разогнать майдан?» Я много раз на него отвечал, приводил факты, различные доводы и аргументы. Но все равно объяснение выглядело неполным и оставляло некий простор для вольных интерпретаций и умозрительных допущений.
Сегодня, по прошествии достаточного времени, я хотел бы дать исчерпывающий (насколько это вообще возможно) ответ, который, впрочем, отражает исключительно мое видение тех событий, как руководителя МВД Украины.
Первое, о чем стоит сказать. Вооруженный переворот на Украине готовился давно, системно и должен был случиться к выборам президента в 2015 году. Однако зарубежные кураторы решили воспользоваться удобным поводом — неподписанием договора об ассоциации Украины с ЕС — и форсировали события.
Подготовка к перевороту проходила по нескольким направлениям. Это и боевики для силового захвата власти, и информационная поддержка переворота в виде различных СМИ, и разнообразные общественные организации. Была ли у нас эта информация? Безусловно. Министерство обладало обширными данными о планах финансово-промышленных групп, о действиях многочисленных западных неправительственных фондов, о работе всяческих лагерей подготовки боевиков под благовидными формами (такие, как сборы «пластунов», патриотические и спортивные лагеря и пр.). Но здесь стоит напомнить, что данные вопросы национальной безопасности находились не в нашей компетенции, а в ведении СБУ (Службы безопасности Украины) и РНБО (Совета национальной безопасности и обороны).
Вся имеющаяся у МВД информация регулярно передавалась именно туда. Более того, я неоднократно лично докладывал на заседаниях РНБО о тех мерах, которые необходимо было бы принять, чтобы не допустить трагического сценария.
