перемычку – вот и все дела.
«Вы нам сделаете?» – «Поможете?» – «Вы такой умный!» – заныли мы втроем одновременно.
– Ладно-ладно, приносите свою коробульку, сделаю, – поддался куратор. – Но мое имя в изобретении будет идти первым, согласны?
– Согласны-согласны, – тут же закивала Марша. – А если ничего не выйдет, то вообще только ваше и оставим.
И мы втроем, преданно смотря на магистра, улыбнулись так широко, как только умели.
– А не слишком ли я вас распустил? – задумался Милтон, – Так, все, пшли вон, хватит с вас на сегодня моего гениального общества, самому мало.
Вечером перед сном я разглядывала свое новое расписание. Его временно изменили.
Из-за опасности нового прорыва некоторые магистры воздуха и земли были направлены в патрулирующие группы, да и сам дагон ректор по полдня проводил в окрестностях побережья, возглавляя одну из таких групп. Кажется, выброс ожидался нехилый: кто-нибудь из даконообразных, как удалось выяснить из обрывков услышанных разговоров, при патрулировании обязательно там присутствовал, а значит, и они всерьез обеспокоились.
Я надеялась грешным делом, что из-за всех этих дополнительных хлопот Ливейский наши с ним занятия отменит... ну или перенесет хотя бы. Но, нет, кажется, чувство долга для драконов превыше всего. И как результат: вот они – стоят в расписании как миленькие, три для подряд... Я вздохнула. Перспектива «нормально поговорить» с ящером пугала меня, пожалуй, даже больше, чем обычные наши тренировки. Там я хотя бы понимаю, чего от него ждать.
Одно утешение: если я переживу эти три дня, дальше будет значительно легче: под конец недели запланирована вечеринка в Эстине, а еще через день я уеду на выходные в Рейсталь и дагона Алирийского увидеть смогу: папа написал, что возьмет меня на встречу с ним. Вот и проведем сравнительных анализ двух ящерицеобразных.
***
Разумеется, то, что ты не прочь бы оттянуть, наступает очень быстро. Так и с очередным драконьим уроком. В один далеко не прекрасный вечер, кое-как поужинав, я отправилась в главный корпус в ректорский кабинет. Так как никакой физической активности не предполагалось, я даже переодеваться не стала – как была в своем обычном платье, так и пошла, только мантию мышиную в комнате оставила. Поднимаясь по главной лестнице, ощущала себя мятежницей, идущей на эшафот.
Ящер Ливейский бродил где-то по своим драконьим делам, и я осталась ждать в приемной вместе с госпожой Окли, которая бодро и весело собиралась домой.
Когда ждать мне уже надоело и я решила позорно сбежать, оставив на столе дагона записку, он наконец почтил нас своим присутствием. И я порадовалась, что не умею свистеть. Иначе точно бы присвистнула.
Кажется, сюда Гилард пожаловал прямо с побережья. Во-всяком случае одет он был вполне в боевом драконьем стиле: вместо обычных начищенных до блеска туфель высокие сапоги, сюртук все в тех же черно-багровых тонах, но другого покроя с утяжеленными, чем-то похожими на металлические, вставками на плечах и локтях, на руках черные защитные перчатки, поверх которых сверкали тонкие, но – палец готова дать на отсечение – мощные кольца-артефакты с желтыми камнями. Смотрелось это все... да эффектно смотрелось, что уж там.
Дракон вежливо попрощался с госпожой Окли, кивнул мне и приглашающе распахнул дверь в свой кабинет.
– Присаживайтесь, – указал он рукой на кресло для посетителей.
Сам же первым делом избавился от колец, убрав их в специальную шкатулку, потом снял перчатки, бросил их на подоконник, посмотрел в окно и лишь затем повернулся ко мне.
– Как ваши дела, Диона? – почему-то этот самый обычный вопрос в его исполнении вверг меня в ступор.
– Прекрасно, – ответила вежливо, – а ваши?
– Несколько хуже, надо признать, – отозвался ящер слегка глуховато.
– Вы выглядите устало, – заметила я, – может, отложим наши занятия?
– Нет, – чуть дернул он уголком рта, – именно сейчас этого делать не стоит.
И не успела я спросить «почему» сразу сменил тему:
– Что вы знаете о драконах? – и посмотрел внимательно.
– Почти ничего, – призналась я, и начала перечислять: – Ну, вы умеете превращаться в зверей...
– Драконы – не звери, – тут же поправил меня ящер, который не зверь, как выяснилось. – В нас очень много человеческого, и прежде всего, мы именно люди.
– … которые умеют превращаться в животных, – может это слово ему больше понравится?
Он покачал головой .
– Эти, как вы их называете «животные» на самом деле являются воплощением одной из магических стихий, с который мы связаны. Поэтому и уровень магии в нас значительно выше, и чувствуем мы ее лучше остальных.
– А пространственная магия? – тут же заинтересовалась я.
– Приятный побочный эффект, – слегка обозначил улыбку Гилард. – Вы видели когда-нибудь, как происходит оборот?
Видела несколько раз. Мгновенно он происходит: вот летит сверкающий на солнце ящер – вжух! – и на землю сходит мужик в полной амуниции. Будто один через переход вылетел, а другой оттуда выпрыгнул.
– ...мы существуем как бы в двух реальностях одновременно, – продолжал рушить картину моего мира ректор. – Когда одна из ипостасей находится в обычном мире, вторая попадает в эдакий пространственный карман.
– Подождите, – замахала я руками, – получается, каждый из вас ходит все время с пространственным чемоданом, в который засунули дракона?
– Не совсем. Нельзя одновременно быть здесь и извлечь дракона из чемодана, – кажется, моя аналогия его изрядно повеселила. Во всяком случае на мгновение его напряженном лице мелькнула самая настоящая улыбка. Нет, надо срочно запретить всем драконам так улыбаться. – Но суть вы уловили верно.
– А что происходит с человеческой ипостасью, когда дракон гуляет тут, а в чемодане сидите вы?
– Примерно то же самое, что в глубоком сне, полагаю, – отдых и восстановление. Есть еще одна деталь, которая чрезвычайно важна ...и для вас, Ди, в том числе.
Тут я сразу напряглась.
– Эмоционально-магический фон. Чем выше уровень магии, тем сильнее эмоции влияют на проявление магических способностей.
Это я знала. Именно поэтому сильных магов первым делом учат самоконтролю. Иначе, стоит им рассердиться – всем вокруг придет конец.
– У драконов он значительно выше, чем у обычных людей.
Я с сомнением покосилась на стоящий передо мной экземпляр. Строгий, собранный, невозмутимый
На пылкого безумца явно не тянет.
– В своем изначальном виде эмоционально-магический фон драконов на обычных людей действует... неблагоприятно, особенно на ...противоположный пол.
