удивилась я. Прошло ведь совсем немного времени…
– Нет, просто я и сам неплохо представляю себе, что творится у меня во дворце, – с наигранно заговорщическим видом он склонился к моему уху.
– Может быть, вы следите за мной? – я удивленно приподняла бровь.
– Кхм… Боюсь, ты не сможешь похвастаться такой честью, – неопределенно ответил он. – Что ты хотела, девушка из болотного края?
– У нас не так уж много болот, слухи преувеличены, – нашлась я, подумав, что настоящая баронесса Киорот захотела бы защитить свою родину. – Простите, я не посмела бы просить о встрече. Но это очень важно. Лишь вы знаете все тонкости и можете ответить на вопрос. Я должна узнать, как мои охранники. Они дрались ради меня.
– Твои охранники? – Король приподнял уголок рта и бровь, то ли усмехаясь, то ли улыбаясь. – Те воинственные парни, что перебили всех нападающих, пока мои люди спешили на выручку? Эти бравые ребята сами несколько пострадали и сейчас находятся… в лазарете. Жить будут, – закончил Эрмиор. – Но навестить их сердобольной баронессе я не позволю. Иначе как ты объяснишь свое появление в лазарете?
Я облегченно вздохнула. Какое счастье… Парни живы. Один камень с плеч.
Ладно. Жаль, что не смогу их увидеть, но лучше так, чем вообще не знать.
– Только вот их бравое усердие было чересчур, – продолжил король. – Ведь теперь мы не можем допросить нападавших и узнать имя заказчика… А некромантия, знаешь ли, не наш профиль.
– Благодарю, ваше величество… – тихо и искренне сказала я. – Вы ответили на мой вопрос…
Эрмиор неожиданно резко посмотрел на меня, так же, как вчера смотрел на стражников у секретных ворот – словно разрезал взглядом.
– А теперь ты ответь на мой, маленькая баронесса, – таким же режущим тоном произнес он, и я непроизвольно поежилась. Вот это был тот самый опасный король Эрмиор, гроза недружественных стран. Такой, как я впервые увидела его на экране. – Как ты связана с крассо Дамаром и его людьми?
У меня перехватило дыхание сильнее, чем если бы Эрмиор вдруг взял меня за горло. Сейчас он вообще не притрагивался ко мне, но взглядом заставлял смотреть себе в лицо. И попробуй я соврать… откуда-то точно знала, что он сразу почувствует ложь. Я и так хожу по лезвию ножа с этим магом всякий раз, как говорю ему… не совсем правду.
А еще в тот момент я поняла, что если совру ему, то это не просто опасно для жизни и благополучия, ведь Эрмиор может из заботливого, хоть и насмешливого мужчины превратиться в холодного монарха, который, небрежно махнув рукой, велит кинуть меня в подземные застенки. И не только это. Если я совру ему, то навсегда потеряю возможность говорить с ним вот так наедине. С интересной игрой насмешек, полуулыбок, пикировкой столь же приятной, сколь и ехидной.
– Мои охранники сознались в том, что служат крассо Дамару? – как можно спокойнее спросила я. Хотелось знать, откуда у его величества информация.
– Конечно. Они понимают, где окажутся, если скажут хоть слово неправды, – усмехнулся король жестко. – А ты понимаешь, маленькая баронесса? – он неожиданно цепко взял меня за подбородок и заглянул в глаза. Не больно, но как будто обездвижил все мое тело.
– В тюрьме, ваше величество?
– Как минимум, – краем губ улыбнулся он. – Я не люблю обманщиков, хоть и уважаю сильных игроков. – Эрмиор продолжал держать меня за подбородок, взглядом изучая лицо. – Итак, парней дал тебе крассо Дамар, чтобы помочь вовремя добраться до Гаутдира? Так? С чего это вдруг этот змей больших финансов стал помогать красси Дали с болот в Малите?
– Отпустите мой подбородок, пожалуйста, ваше величество, – я чуть понизила голос, как учили, легонько провела языком по губам, придала себе беззащитно-женственное выражение… Не помешает. На мгновение мне показалось, что Эрмиор сглотнул, глядя на меня. – Мне больно, и будет легче рассказать вам все, если мы где-нибудь сядем.
– Ладно, Мариа. – Эрмиор медленно отвел руку, словно боялся, что как только отпустит меня, я, как дикая испуганная зверушка, кинусь в сторону.
Но вместо этого я потерла подбородок, словно невзначай коснулась пальцем увлажненных губ, потом растерянно провела рукой по открытой шее… «Если не уверена, что мужчина замечает сильные стороны твоей внешности, просто покажи ему, – учила Вероника. – Например, так, рукой… Незаметно». Не помешает показать Эрмиору, если вдруг он еще чего-нибудь не разглядел, это перенастроит его на более романтический лад.
Впрочем, я понимала, что, как и с Дамаром, это может иметь лишь смягчающий эффект. Не более…
– Прости, если я сделал тебе больно, – совершенно неожиданно сказал король. И усмехнулся. – Я ведь говорил, что всегда найдется тот, кто сделает тебе больно. И не говорил, что это буду не я. Пойдем. – Он взял меня под локоть, провел еще несколько шагов по коридору. Завел в небольшую светлую комнату непонятного назначения: здесь была лишь каменная скамья, укрытая бархатным покрывалом, и два стула.
Эрмиор усадил меня на скамью, сам сел рядом.
– Слушаю, – сказал он резко и снова впился взглядом в мое лицо.
Глава 14
Откровения
– С крассо Дамаром я познакомилась, когда ехала из Малиты, – начала я. – Он следовал в Гаутдир и, узнав о моих планах, сразу предложил ехать вместе…
Дальше я рассказала все как было. Как Дамар пригласил меня на обед, предложил сотрудничество, как шантажировал… с трудом мне удалось обойти вопрос с фальшивыми деньгами, но коснуться бегства от дядюшки-жениха… Как сообщил мне о досрочном окончании приема на отбор и обещал помочь.
Мучила ли меня совесть, что я заложила Дамара и его организацию? Нет. Ни капли. Я испытывала к нему личную благодарность за помощь. Но сам факт зарождения мирового финансового правительства в этом мире мне совершенно не нравился. Я не присягала им на верность…
К тому же о зарождающемся правительстве Эрмиор явно знал или догадывался и без меня. И если выбирать между двумя этими силами, правитель, даже хватающий меня за подбородок и жестко иронизирующий, был куда симпатичнее. В нем я не чувствовала той гнили, что ощущала от интриг организации, к которой принадлежал Дамар.
Эрмиор выслушал очень серьезно, внимательно меня разглядывая. Наконец я замолчала. Опустила взгляд, потом подняла.
– Я не видела другого выхода, ваше величество, – добавила я. – И я верю, что вы не станете использовать мою откровенность против меня.
– Что ж… Может быть, ты выложила мне не все тайны свой души, но не сказала ни слова неправды, – заключил король, сложил руки на груди, искоса глядя на меня. – Надо же… – В уголке его
