сомнения. А ты не сомневайся! Я видела это своими глазами, а они у меня между прочем несколько острее твоих. При этом я не только видела, но и чувствовала, как животное выздоравливало. В этом мой дар, – продолжала Мела.
– Дар? У тебя тоже он не один? – удивилась я.
– Да. У меня есть своеобразное зрение. С его помощью я могу видеть здоровье живых существ. Правда, для этого нужно медицинское образование, которого у меня нет, но когда это все кончится, я обязательно пойду учиться! – гордо проговорила Мела.
– Здорово! А Ловену ты тоже видела? – спросила я. Мне было тяжело об этом вспоминать. Хотя о каких воспоминаниях может идти речь, когда это было только этой ночью. Сердце у меня до сих пор болит.
– Да я не просто видела ее. Я специально наблюдала, контролировала процесс излечения. У тебя удивительная способность. Я просто не представляю, почему остальные до сих пор тебе не поверили, хотя видели тоже самое!
– И что? Она теперь здорова? То есть полностью здорова? – встрепенулась я. Ее маленькие испуганные глазки вновь встали перед моим взором.
– Сейчас да, – достаточно спокойно ответила она, – И я думаю, что и с мамой у тебя все получится! Тебе просто нужно попробовать! Представляешь, что будет с ними, когда ты вылечишь свою маму, и она сможет ходить? – восторженно говорила Мела, будто это уже случилось.
– Здорово бы было! Я бы утерла нашим скептикам нос! Только вот поехать туда одна я не могу. Кому я оставлю Ловену? Да и не пустят меня к ним.
– Глупости! Во-первых, у Ловены есть отец. Ты можешь спокойно оставить дочку ему. Во-вторых, ты там уже была ранее, когда все вспомнила. А в-третьих, я могу пойти с тобой, – махала она на меня рукой. Мне лишь оставалось согласиться с ее доводами и принять помощь.
Мела легла спать. Вечером же, когда все немного отошли от бурной ночки и малоприятного утра, мы с Мелой решили отпроситься погулять в Берлин.
– Я очень рада, что все здесь. Мне бы хотелось спросить вашего совета и разрешения, – начала я. Нет, я не боялась, просто опасалась их негативной реакции, заранее подготовив несколько веских аргументов.
– Мы слушаем, – тихо проговорил Питер. Каким бы рассудительным и справедливым он не был, он любил Эшли какой бы она ни была. Ему тоже тяжело далось это решение, а возможно, что и сложнее всех.
– Я хотела бы съездить к маме. В качестве спутника ко мне вызвалась Мела, – кратко проговорила я.
– Но Вира, мы только начали нормально тренироваться, готовить тебя. Это не серьезно! – возмутился Жозен. Учитывая, что в предыдущий раз он был не против, меня его реакция несколько удивила.
– Я уверяю вас, что от пары дней ничего не случиться. Я очень соскучилась. Тем более, что в прошлый раз я так и не смогла нормально познакомиться с маленьким братом, да и вообще пообщаться с ними. Мне это очень нужно! – говорила я, заглядывая в глаза каждому. Были только двое, кому мне не удалось взглянуть в глаза. Просто Джанет и Питер смотрели в пол или в пространство сквозь нас. В их грустных глазах ничего нельзя было увидеть кроме скорби.
– Я все понимаю, но… – начал Жозен, но я его перебила.
– Вы можете пока потренировать Зака. Вы сами сказали, что у него уникальная способность, так развивайте ее. Она может сослужить добрую службу в намечающемся бою.
– Она права, – снова заговорил Питер, – Ей нужна пусть и небольшая, но эмоциональная разрядка. Только вот я думаю, что Габриель с Ловеной больше подойдут в качестве спутников. Наконец-то бабушка познакомится с внучкой и наоборот. Да и поиграть ей будет с кем, там же есть еще один малыш.
– Только вот Вира не рассматривает такой вариант, – обижено произнес Габриель.
– Нет, что ты! Это было бы замечательно. Получились бы настоящие семейные выходные. Только вот я не совсем в себе уверенна. Тогда все-таки со мной был Джо. Его запах… – виноватым тоном говорила я.
– А я думаю, что ты вполне готова выдержать и не такое! Ты сильная и мы в тебя верим! – проговорил Питер и впервые за весь вечер поднял глаза. На его лице мелькнула грустная улыбка. Разговор был окончен.
Мела некоторое время сетовала, что ей не удалось выбраться из этого дома. Уж слишком угнетала ее обстановка. Но ничего не поделаешь.
– Не переживай! Ты можешь перенестись к нам астрально, – утешала я ее.
– Это не то! Для такого путешествия мне требуется много сил. Я вот сейчас так сильно хочу спать, что готова вырубиться прямо на полуслове. А еще мне очень нужно на охоту!
– Ты бы отдохнула немного. Вот тебе как раз пара дней, чтобы набраться сил, настаивала я. Мела лишь кивала.
Мы с Габриелем сходили на охоту. В качестве меры предосторожности я наелась до отвала, чтобы не возникало и малейшей жажды.
Самолетом мы прилетели в Берлин. Ловена хорошо перенесла полет. Я же получала несказанное удовольствие от того, что здесь были только мы и никого больше. На пару дней мы стали обычной нормальной семьей, без всяких возвышенных разговоров о предназначении «Великих дев» и всем подобном.
Счастье, это когда смысл твоей жизни мило посапывает носиком у тебя на руках, а любовь всей твоей жизни, нежно держит тебя за руку, улыбаясь и иногда что-то подшептывая.
Все тот же Берлин, все те же улицы и дома, все тот же подъезд. Мы подошли к двери. Несколько секунд я не решалась нажать на дверной замок, вслушиваясь в звуки за дверью. Габриель не торопил меня. Я настраивалась. Он верил, что если я спокойно пережила перелет в огромном самолете, среди большого количества людей, то находиться рядом с мамой и ее новой семьей, для меня не будет большим испытанием. Он просто не знал, что я еду сюда не только для простой встречи матери с
