— Я не могу этого вспомнить…
— А где ты родилась?
— Я ничего не помню о том времени.
Казалось, что Карин даже не слышал ее.
— А как называли тебя твои родители в детстве? В какую игру ты больше всего любила играть? Как звали твою сестру и сколько ей было лет, когда она умерла? А твоих дядю и тетю? В какую Землю и когда они переехали?
— Я ничего этого не помню! — изо всех сил крикнула Адхара.
Старик шагнул вперед, касаясь перекладин клетки:
— Тогда почему у тебя ее лицо? Как ты осмелилась прийти сюда и с ее лицом показаться на глаза не кому-нибудь, а нам?
Старика трясло от переполнявшего его гнева. Адхару охватил ужас от того, что Недремлющие сделали и с ней, и со всеми этими людьми.
Девушка перевела свой взгляд на Карина в надежде найти в нем немного сочувствия.
— Я — Элина, — уверенно заявила Адхара, придвинувшись к решетке. — После ее смерти каким-то неведомым мне жутким способом ужасные люди вновь оживили ее тело. Прошу вас, — взмолилась девушка со всей искренностью, на какую только была способна, — дайте мне возможность все начать сначала! Если вы поможете мне вспомнить, я уверена, что Элина сможет вернуться к вам!
Старик с отвращением посмотрел на Адхару, а его сын опустил глаза, словно был не в состоянии выдержать ее взгляд.
— Как ты смеешь… — произнес, наконец, Карин дрожащим голосом. — Как ты смеешь говорить мне это, говорить о ней, ты, настоящее чудовище с ее лицом!
Адхара опустила голову, ее глаза наполнились слезами.
— Если бы на то была моя воля или воля моих близких — мы бы убили тебя, — добавил он. — Элина мертва. Она не заслуживала такой ужасной участи. Но Верховная Жрица требует тебя к себе, и мы вынуждены подчиниться. Завтра тебя увезут, и все будет кончено. Я искренне надеюсь, что ты заслуживаешь того конца, который уготовила тебе судьба. — С этими словами он пошел прочь, увлекая за собой отца.
Встававшее за забором лагеря солнце окрашивало небо в кроваво-красный цвет. Адхара почувствовала, как у нее перехватило дыхание. И это было отнюдь не из-за терзавшей ее неизвестной болезни, а из-за охвативших ее ужасных предчувствий.
Не успела Адхара проснуться, как к ней вернулись все ее терзания и тревоги. После встречи с Карином и его отцом девушка в растерянности еще долго не могла уснуть, и ее единственным желанием было поскорее забыть обо всем случившемся.
Адхара с трудом поднялась, подавляя беспокойство. Однако, кроме этих ужасных воспоминаний, девушку одолевало еще и смутное предчувствие грозившей ей опасности.
В этот самый момент раздался пронзительный крик. Адхара узнала его в одно мгновение, и у нее перехватило дыхание. Девушка видела, как к ней стремительно приближалось существо, очень похожее на змею. Открыв свою пасть, оно приготовилось к нападению. И в одно мгновение все вокруг потонуло в ослепительном облаке. Послышались крики обезумевших людей и скрежет скрещенных клинков. Вокруг бушевал огонь.
Внезапное нападение.
Во тьме ночи Адхара узнала изящные тела эльфов. Что-то шевельнулось в ее груди: быть может, это был зов битвы или просто инстинкт самосохранения. Но она точно знала, что больше не могла оставаться в клетке.
Встав на носки, Адхара попыталась руками сломать перекладины решетки. Но они не поддались. Девушка видела тяжело раненного человека, он полз в ее сторону, пытаясь спастись. Однако было уже слишком поздно, и, сжимая в руках ржавый меч, человек замертво рухнул всего в нескольких шагах от клетки. Если бы только ей удалось освободиться, она вполне бы смогла обойтись и таким оружием!
Затем Адхара увидела, как неподалеку от клетки упал куст, срезанный пламенем виверны. Это был ее последний шанс, иного выхода не оставалось.
С большим трудом Адхаре удалось просунуть обе руки между перекладинами до локтей. Затем девушка потянулась больной ладонью к веткам: ради свободы лучше уж принести в жертву больную руку. Касаясь пальцами куста, Адхара чувствовала, как от невыносимого жара пламени чуть не лопнула кожа. Ценой нечеловеческих усилий она ухватилась за ветку, и после нескольких попыток куст наконец поддался. Рукой, потерявшей всякую чувствительность, девушке удалось придвинуть его к одной из стенок клетки. Свернувшись в клубок в одном из ее углов, Адхара смотрела за тем, как пламя делало свое дело.
Когда настал подходящий момент, она принялась неистово пинать горящие перекладины. Девушке достаточно было ударить пять-шесть раз, и деревянный карцер взорвался мириадами искр. Адхара ликовала. Она бросилась к мертвому телу и схватила меч. Оружие оказалось в плачевном состоянии, но это уже не имело никакого значения. Вцепившись в меч обеими руками, Адхара бросилась в самую гущу схватки. Ее телом управляла отчаянная ярость, которую до сего момента девушка носила в себе. А вокруг валялись десятки трупов. Но Адхара не смотрела на них. Она наверняка могла бы найти среди них знакомые лица тех, кто принял ее в этом лагере, и, конечно, тех, кто потом, осудив и отвергнув, прогонял прочь. Но ей было не до того.
В пылу сражения Адхара забыла обо всем и о себе самой. И вдруг, словно приступ резкой боли, ее сразило воспоминание об Амине. Принцесса наверняка оказалась зажатой в тисках этого ада. Нужно непременно найти и спасти девочку.
— Амина! — крикнула Адхара.
Мрак, огонь, запах крови и смерть. Вот она, война в своем истинном и неприглядном виде. Адхара чувствовала, что уже была с ней прежде знакома, и ее тошнило от этого зрелища.
— Амина!
Первая резкая боль в груди: девушка машинально прижала руку к сердцу.
Нет, не сейчас! — с отчаянием подумала она и продолжала идти вперед, судорожно сжимая в руке рукоять меча.
— Амина!
Адхара увидела, как что-то показалось среди языков пламени. Ей с каждым разом становилось все труднее дышать.
— Амина, где ты? — взывала девушка с надеждой в голосе. Силуэт мало-помалу становился все отчетливее до тех пор, пока наконец не возникло тело худощавого юноши с широкими плечами воина и с огромным мечом в руках.
Нет.
Он шагнул навстречу девушке: лезвие его меча оставляло на земле свой кровавый след.
Сердце Адхары бешено забилось. Эту фигуру было невозможно ни с кем спутать. Один только ее вид вызывал в душе девушки целую бездну страданий и нежности, надежды и отчаяния.
Она узнала эти зеленые глаза, эти чуть взлохмаченные, собранные в косичку волосы, эти легкие доспехи из черной кожи, покрывавшие тело юноши. Ну конечно Амхал! И все тот же неизменный потерянный взгляд.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
