карандаш, потом на искривленное скепсисом лицо Загина.
— Надо провести осмотр у склада с боеприпасами, у операторской и еще где-нибудь, — заговорил Купчик. — База может быть заминирована. Бабкина в любом случае не найдут — сбежал он или убит, а мы теряем время.
— За дело! — согласилась Александра.
Они вышли из канцелярии. Шумел мелкий дождь. Между деревьев и домиков висел белой дымкой душный туман. Купчик направился к операторской и главному пульту, Загин — к складу боеприпасов. Александра стала, напрягая внимание, обходить канцелярию. Если здесь ничего нет, она осмотрит ближние домики.
Где-то за поселком звучали голоса офицеров, прочесывавших округу в поисках Бабкина или его тела.
Правильно рассудил Ваня — что бы ни случилось с Бабкиным, его не найдут. Если он сбежал, то уже далеко, если затаился — офицеры так шумят, что их слышно за версту. А если убит, убийца постарался скрыть труп. Как жаль, что нет собачки. О чем думают в управлении? Собака многое бы упростила.
Александра обошла канцелярию вокруг. Ничего подозрительного на глаза не попалось. Вдали, у домика Степушкина, маячил Вепрев. Охраняет узника, бедняга, мокнет под дождем. Бессмысленный постовой.
Где же теперь искать? Что, вокруг каждого домика смотреть? А смысл их взрывать? Если задуман теракт, мины должны быть установлены у функциональных зданий базы. Она снова посмотрела на здание канцелярии. Небольшой балок, обшитый доской. Если база заминирована, она заминирована не сегодня, потому явных следов закладки взрывчатки уже найти невозможно. Но взрыв будет, пока все офицеры находятся на территории поселка, значит, этой ночью. Завтра Александра отпустит операторов на объекты. Если все сложится хорошо.
По периметру балок был обложен скатом из почвы и мха. Дождь лил которые сутки, но благодаря этому валику вода скатывалась дальше, не образуя луж перед самим домиком.
Александра нагнулась над мхом, вырвала кусок. Земля.
Она быстро обошла канцелярию вокруг. В одном месте мох казался не таким плотным. Она нагнулась, легко отвалила в сторону пласт.
У самого основания стены пиявкой прилепился аккуратный шмат пластида с двумя взрывателями и датчиком. Это была простейшая мина, собранная на скорую руку.
«Однако», — ошеломленно подумала Александра.
Она потрогала пальцами пластид. Такую взрывчатку легко обезвредить — надо вытащить из пластида взрыватели, и все. Такие мины используют при терактах и диверсиях: прилепил, отошел подальше и нажал кнопку. Здесь преступник заминировал базу, но быстро произвести взрыв возможности не имел. Кто бы он ни был, этот злодей, подрыв базы он уже не сможет произвести — следователи лишат его такого удовольствия.
Александра вытащила взрыватели из пластида, отбросила их вместе с датчиком в сторону… Лихорадочно осмотрев оставшийся валик из мха, ничего не нашла. Конечно, взрыв и так получился бы сильнее некуда. Она отодрала пластид от стены, посмотрела на взрыватели.
Сзади грохнули два хлопка.
Александра нервно вздрогнула. Это был Загин. Он держал в руке четыре взрывателя. Петр вырвал проводки взрывателей из датчиков, и они сработали, как пистоны.
— Две мины! — торжественно заявил он.
— И у меня одна. — Александра показала ему пластид. — А взрыватели зря испортил. Мой отключать от датчика не будем. Когда он хлопнет, поймем, что послан сигнал, что преступник все-таки пошел на уничтожение базы.
— Что ты собираешься предпринять?
— Вернутся офицеры, покажу им мины и скажу, что Бабкин заминировал базу. Если убийца среди офицеров, он уже не будет пытаться дать сигнал минам, которых нет. Если же мой взрыватель хлопнет, значит, Бабкин жив, и это он во всем виноват. А теперь, Петя, осмотри остальные строения. А Ваня пусть займется Степушкиным. Для Вани Степушкин виновен, вот пусть и покрутит его как следует. Мало ли.
— Слушаюсь, начальник, — улыбнулся Петя. — А дело-то пошло, Александра Сергеевна.
— Не радуйся. Впереди ночь. — Александра вздохнула. — Я уже чертовски устала, а самое опасное, думаю, впереди.
— Конечно, впереди. Куча голодных мужиков и отсутствие ужина! Завхоз не вовремя сбежал. Или его не вовремя убили!
— Не надо черного юмора. Иди выполняй!
— Слушаюсь. — Петя приложил руку к непокрытой голове, всучил Александре испорченные взрыватели и пластид и пошел прочь.
Александра подобрала с земли взрыватели от «своей» мины, вздохнув (бог знает, что ждет впереди!), направилась в канцелярию. Ваня Купчик издали помахал ей рукой. Александра остановилась.
— У меня улов! — показал испорченные взрыватели Ваня. — Две мины. Не ожидал такого урожая, честно признаюсь!
— Ваня, я уже не удивляюсь. Здесь, в этом гиблом месте, возможно все. Я Петю отправила искать еще мины, если они есть, а ты, будь добр, займись основательно Степушкиным.
Ваня передал Александре пластид и взрыватели.
— Что с ним делать?
— Что хочешь, но вытряси из него как можно больше. Как говорится — он твой. Выходка с автоматами меня разозлила. Нас не хотят принимать всерьез. Мины, убийства бесконечные… Пора распутывать это дело.
— Мудрые слова. Когда будет ужин, не забудь предупредить меня и моего подопечного.
— Тебя забыть могу, а задержанного пытать голодом противозаконно, — пошутила Александра.
— А как можно пытать? — оживился Купчик.
Александра нахмурилась: не любила она таких тем, даже в шутливой форме.
— Никак нельзя. Не задавай глупых вопросов.
— Как же я из него правду вытрясу? — показательно растерялся Ваня, состроив забавную гримасу.
Вот клоун!
— Это останется твоим секретом. — Александра хитро прищурилась. — Но если он будет на тебя жаловаться, я ему не поверю.
— Мужской разговор!
Купчик пошел к домику Степушкина. Александре показалось, что у него поднялось настроение. Тут такое творится, а ему — чем хуже, тем интереснее. Ребенок. Взрослый ребенок!
Купчик бодренько заговорил с майором Вепревым. Жестикулируя, он пытался быть убедительным, указывая на близлежащие домики и на Александру, потом отпустил Вепрева с поста. Вепрев кивнул (он и правда хотел отдохнуть), перекинул автомат через плечо, пошел прочь.
Правильно, пусть отдохнет. Ему сегодня пришлось помаяться на ногах. То офицеров в беседке караулил, то канцелярию, то Степушкина. Сумасшедший день.
Александру удивило, что, несмотря на череду неприятностей, чувствовала она себя уверенно. Да, устала, да, утомилась, но была спокойна, не взвинчена переживаниями. Как робот, фиксировала
