в получасе хода от цели. Лейтенант Морган нервно постукивал пальцами по приборной панели, изучая показания навигационных систем.
— Сэр, — обратился он к адмиралу, — приборы показывают странные отклонения. Компас ведёт себя… нестабильно.
Хью подошёл к штурманскому столу. Голографическая карта действительно демонстрировала аномалию — стрелка компаса медленно дрожала, отклоняясь то влево, то вправо от истинного курса.
— Возможная причина?
— Неизвестна, сэр. Подводные аномалии иногда влияют на приборы, но не в таких масштабах. И не в этом районе.
— Проверьте остальные приборы навигации.
Морган склонился над другой консолью, его лицо мрачнело с каждой секундой.
— Здесь тоже что-то странное, адмирал. Сигнал… словно что-то его глушит.
Хью нахмурился. За тридцать лет службы он не припоминал ничего подобного. Даже в самых сильных штормах навигационные системы Десмондов работали безупречно.
— Свяжитесь с «Удильщиками». Пусть доложат о состоянии своих систем.
Ответ пришёл через несколько минут, и он не добавил оптимизма:
— Адмирал, капитан подводного крейсера «Немезида» докладывает аналогичные проблемы. Сонары дают противоречивые данные, навигационные системы работают с перебоями.
Хью молча изучал горизонт. Море впереди выглядело спокойным, небо было ясным, ветер — умеренным. Никаких признаков шторма или других природных аномалий.
— Продолжаем курс, — решил он. — Но удвойте визуальное наблюдение. И пусть все корабли будут готовы к экстренному манёвру.
А затем появился туман. Внезапно, словно кто-то опустил на океан гигантский серый занавес. За считанные минуты видимость сократилась с нескольких километров до нескольких метров. Плотная пелена окутала флотилию так густо, что с мостика «Непобедимого» не было видно даже носовой части корабля.
— Что за чертовщина? — то и дело бормотали матросы, вглядываясь в серую стену.
Хью тоже никогда не видел ничего подобного. Туман был не просто густым, он казался почти осязаемым, словно состоял не из водяных капель, а из какой-то более плотной субстанции. Воздух стал тяжёлым, и дышать стало труднее.
— Доклад о состоянии приборов! — приказал адмирал.
— Радары не работают! — отозвался офицер связи. — Сонары молчат! Компасы вращаются как сумасшедшие!
Хью подошёл к иллюминатору и попытался разглядеть что-либо в плотной пелене. Но туман был настолько густым, что даже мощные прожекторы корабля освещали лишь серую стену в паре метров от стекла.
— Остановить двигатели, — приказал он. — Сигнал всем кораблям: полная остановка, поддерживать связь голосом.
Это было единственное разумное решение. В таких условиях продолжать движение означало риск столкновения с собственными кораблями.
— «Яростный» отвечает! — крикнул радист. — Капитан докладывает, у него те же проблемы!
— «Морской Ястреб» на связи! Приборы сошли с ума!
— «Железная Буря» подтверждает — полная слепота!
Один за другим отвечали корабли флотилии. Картина везде была одинаковой: полный отказ навигационных систем, нулевая видимость, невозможность определить своё местоположение.
Часы тянулись мучительно медленно. Хью приказал включить все звуковые маяки и поддерживать постоянную голосовую связь между кораблями. Это было единственным способом убедиться, что флотилия не рассеялась в плотной пелене.
— Адмирал, — обратился к нему Морган, — я попытался составить примерную карту наших перемещений по звуковым сигналам. Результат… странный.
— Покажите.
Штурман развернул на столе лист бумаги с нарисованной от руки схемой. На ней были отмечены предполагаемые позиции кораблей и их перемещения за последние четыре часа.
— Судя по данным, сэр, мы движемся по кругу. Каждый раз, когда пытаемся задать новый курс, через некоторое время оказываемся примерно в той же точке.
Хью изучил схему. Действительно, траектория движения флотилии напоминала спираль, которая неизбежно возвращалась к исходной точке.
— Это невозможно, — пробормотал он. — Даже в густом тумане, при условии поддержания постоянного курса…
— Именно, сэр. Но факты упрямы. Мы словно попали в какую-то… ловушку.
Хью почувствовал холодок в спине. За всю карьеру ему доводилось сталкиваться с морскими бурями, пиратами, даже с морскими чудовищами. Но это было что-то совершенно иное. Нечто, что выходило за рамки привычного понимания природных явлений.
— Свяжитесь с «Удильщиками», — приказал он. — Пусть попытаются нырнуть глубже, выйти из зоны действия этого
… чего бы это ни было.
Ответ пришёл через полчаса:
— Адмирал, капитан «Немезиды» докладывает — туман распространяется и под водой. На глубине двухсот метров видимость такая же нулевая. Приборы не работают.
Хью стиснул кулаки от досады. Важнейшая миссия, доверенная ему Великим Князем на грани провала.
Первого провала в его жизни. И как только это могло произойти?
Глава 14
После того, как мы закончили с последними платформами, то всей компанией вернулись в ближайший город Сирен, где нас как всегда встретили со всем гостеприимством и всем королевским составом.
На встречу прибыла даже королева Мерисса, которая обычно проживала в другом городе. Правда не сразу, а на следующий день. Но так было даже лучше.
Ольга, Симон и Каро с Виктором успели поспать. Я же через разведчиков следил, чтобы на месте крушения платформ не осталось ни одного живого свидетеля.
Ну а теперь, мы все собрались в местном дворце, и его тронный зал оказался очередным воплощением подводного великолепия.
Высокие сводчатые потолки, выточенные из цельного коралла, переливались всеми оттенками морской волны, а вдоль стен тянулись колонны, напоминающие гигантские раковины. Между ними струились настоящие водопады, создававшие мягкое журчание, которое служило фоном для нашего пира.
Длинный стол, за которым мы расположились, был настоящим произведением искусства, его столешница была вырезана из перламутра гигантского моллюска, а ножки представляли собой изящно переплетённые щупальца осьминогов. Стулья, на которых мы сидели, напоминали раковины наутилуса, но были удивительно удобными благодаря мягким подушкам из морских губок.
— Макс, ты просто не представляешь, как это было забавно! — смеялась принцесса Нэрис, её глаза сверкали от возбуждения. — Их адмирал орал в рацию так, что мы его слышали даже под водой!
Принц Азурион тут же нахмурился и строго посмотрел на сестру:
— Нэрис, принцессы не используют слово «орал». Говори «повышал голос» или «громко говорил».
— Ох, Азурион, ну ты и зануда! — фыркнула его сестра, театрально закатив глаза. — Он именно что орал! Как торговец рыбой на рынке!
Королева Мерисса мелодично рассмеялась, поправляя диадему из жемчуга на своих волосах:
— Конечно, сын мой, ты абсолютно прав в своих замечаниях. Но я уверена, что Максимилиан и его спутники не станут обсуждать неподобающее поведение Нэрис при ком-то ещё.
Я улыбнулся, отложив в сторону вилку из полированного коралла:
— Ваше величество, в кругу друзей можно не думать об этикете. Наоборот, в цене именно искренность. Так что не стоит беспокоиться понапрасну.
Нэрис на удивление быстро впитывала современные устои и манеры, словно и не было веков, когда Сирены закрывались от всего мира. Возможно, в этом помогал её бунтарский нрав.
И хорошо, что королева Мерисса тоже понимала, что в этом нет ничего
