Обычного человека после применения боевого заклинания размазало бы по стене тонким слоем. Но лорд Конор за долю секунды начертил в воздухе отражающий знак, от чего заклятие рассыпалось, никому не причинив вреда.
— Не предполагал, что в итоге в гроб меня вгонит та, которая должна защищать, — съязвил он.
— Вы что — маг? — выдохнула ошеломленная Вертрана.
*** 25 ***
— Должен был им стать… — непонятно ответил лорд Конор.
Поймал ее недоуменный взгляд и добавил:
— Легче показать.
И принялся расстегивать рубашку.
Вертрана натянула одеяло до самой шеи, вцепилась в него обеими руками. Вот так это и случится? Сейчас? Мей говорила, это не больно… Но, наверное, только с тем, кого любишь… Нет, так нельзя. Если этот мерзавец подойдет ближе хоть на шаг, Вертрана просто шарахнет его молнией. И будь что будет!
Господин Ростран успел расстегнуть три верхних пуговицы, когда заметил в ее взгляде отчаяние. Остановился. Покачал головой.
— Девушки любят сильно преувеличивать значение этого примитивного акта. Считаешь, я только о том и думаю, как с тобой переспать?
Вертрана не ответила, продолжая настороженно следить за ним глазами. Лорд Конор, усмехнувшись, расправился с оставшимися пуговицами.
— Лишать невинности рыдающую девственницу - сомнительное удовольствие. Я бы, пожалуй, даже доплатил, чтобы отказаться от этой чести.
Верта заморгала, не зная, оскорбиться ей или обрадоваться. Лорд Конор между тем расстегнул манжеты и снял рубашку. Подошел ближе, так, чтобы отсветы огня в камине падали на его тело. Вертрана никогда не видела обнаженного мужского торса и с трудом представляла, каким он должен быть, но рельефные мышцы смотрелись, пожалуй, даже красиво. Верта прикусила губу, разглядывая подтянутый живот и вспоминая, невесть зачем, о том, как сильно билось сердце в груди господина Ространа в тот день, когда она спасала его от яда россара.
— Не туда смотришь, — ухмыльнулся лорд Конор и указал пальцем на плечо.
Под правой ключицей располагалась странная татуировка. Приглядевшись, Вертрана поняла, что это нерушимая печать, сломать которую не под силу даже магическому совету. Черный круг, перечеркнутый молнией. Этот знак и раньше встречался Верте в книгах о магах-отступниках, каким-то образом нарушивших правила Гильдии. Таких карали сурово и навсегда.
— Вам запечатали магию… — догадалась она. — Укокошили кого-то из своих же?
Лорд Конор сокрушенно покачал головой.
— М-да… Можно вывезти девушку из деревни, но нельзя вывести деревню из девушки…
Вертрана вспыхнула. Водился за ней такой грешок — в стрессовой ситуации привитые манеры слетали с нее, как шелуха. Она превращалась в девчушку-сорвиголову, беззаботную дочь башмачника.
— Так верните меня назад! — оскорбилась Вертрана. — Пока не испортили…
— О боги, кого я привел в дом!
Лорд Конор с изумлением разглядывал свое приобретение, как разглядывают дикого зверька. Потер лоб.
— Впрочем, я с самого начала понимал, что просто не будет…
Он сел на постель, едва не отдавив Вертране ноги, которые она немедленно поджала и для верности обняла колени.
— Начнем с начала. Магию мне действительно запечатали, еще когда я учился на последнем курсе Академии, диплома я так и не получил.
— Но я ведь видела, как вы отразили мое заклинание!
— Кое-какая магия сохранилась, но на троечку, годная только на балаганные фокусы. Прежде у меня была десятка, я был первым на факультете боевой магии…
— Думаю, лишили вас за дело! — высказала дерзкое предположение Вертрана.
Лорд Конор усмехнулся.
— Да. Но я ни о чем не жалею.
Он замолчал. Верта молчала тоже и, избегая смотреть на обнаженное мужское тело, пялилась в огонь.
— Значит, так, Вертрана, — решительно произнес господин Ростран. — Не стану ходить вокруг да около, скажу прямо: меня пытаются убить.
Верта распахнула глаза и набрала в грудь воздуха, собираясь засыпать лорда вопросами: «Кто? За что? Почему?»
Лорд Конор поднял ладонь, останавливая поток слов.
— Но это не настолько важно, как дело, для которого ты мне нужна. Я и так слишком долго ждал, надо завершить все до того, как настойчивый недоброжелатель исполнит задуманное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Долго ждали? — переспросила Вертрана.
И тут ее осенило. Лорд Конор пришел в Институт именно за ней, он с самого начала знал, какая способность откроется у Вертраны, а значит…
— Вам нужен был аквамарин! Вы хотите изменить что-то в прошлом! Верно? А те девушки… — Вертрана вспомнила о своих несчастных предшественницах и покрылась мурашками с ног до головы. — Они тоже были аквамаринами!
— Да. Они тоже были аквамаринами.
— И они погибли! Вы… Вы погубили их!
Вертрану пробрала дрожь. Ни камин, ни одеяло, в которое она закуталась по самые уши, не спасали от озноба. Лицо лорда Конора затвердело.
— Мы вернемся к этому в конце разговора.
— Я не хочу с вами разговаривать! Я… Я вас ненавижу!
Выпалила и закрыла ладонью рот. «Вот ты, Вертрана, и договорилась до порки…»
У лорда Конора дернулся уголок рта, пальцы скомкали простынь в горсти.
— Ненавидишь? Что ты знаешь о ненависти, девчонка… Впрочем, мне все равно. Можешь ненавидеть.
Вертрана с ужасом смотрела на его отрешенное лицо, ожидая, что господин Ростран сейчас опомнится, озвереет и кинется на непокорную магиссу с кулаками.
— Мне действительно плевать! — резко повторил он. — У меня в душе все давно выгорело. Выгорело… Пусто! Осталось одно дело. И я не отступлю.
«Я не отступлю. Те самые слова…»
Будучи на практике в больнице, Вертрана не единожды встречала тяжело больных людей, которые держались за жизнь одним только усилием воли, потому что у них оставалось важное незаконченное дело. У лорда Конора был сейчас точно такой взгляд, как у них.
— Какое… дело? — тихо спросила она.
*** 26 ***
— Изменить одно событие в прошлом…
— Это невозможно! — воскликнула Вертрана, хотя и догадывалась, что речь пойдет о чем-то подобном. — Я пробовала много-много раз!..
— Это возможно, если оборвать нить события у самого истока… Главное, вычислить нужный момент, это как раз сложнее всего. Но прежде, чем я объясню, задам один вопрос. Согласна ли ты, мисти Вертрана, заключить со мной сделку? Ты вернешься в прошлое и изменишь одно событие. Совсем незначительное, которое, однако, натворит много бед в будущем. Подробнее расскажу, если ты согласишься. После этого ты получишь свободу. Я куплю тебе дом, новое имя. Ты ни в чем не будешь нуждаться.
Вертрана застыла, не веря своим ушам. Разве не об этом она мечтала долгие годы? Свобода, новое имя, никаких обязательств… Очень заманчиво, если бы не одно «но»!
— Твои прежние помощницы, насколько я понимаю, согласились? — хрипло спросила она. — Что же, ты их не обманул — они обрели долгожданную свободу! Или они не соглашались, но ты их заставил?
— Против воли ничего не выйдет! И да — они согласились. Дело настолько легкое, что я просто не понимаю, как что-то могло пойти не так… В первый раз, когда погибла Синтия, я подумал о нелепой случайности, каком-то глупом несчастном случае. Во второй раз, когда Джулия умерла на моих руках…
Голос лорда Конора сорвался, он сжал скулы, негодуя на свою слабость.
— Когда умерла Джулия, я понял, что и здесь замешан, вероятно, мой таинственный враг.
— За что он мстит вам? — прошептала Вертрана.
— Ума не приложу. Теряюсь в догадках… Впрочем, моя жизнь давно пошла под откос, и неведомый враг с некоторых пор кажется мне рукой судьбы. Закономерный итог моей никчемной жизни…
Мужчина, сидящий рядом с ней в алых всполохах огня, сейчас не выглядел опасным. Его язвительность и грубость скрывали дыру в душе. Если все внутри выгорело, то единственная защита — ирония и злость. Да, похоже, он давно разучился сочувствовать и любить, но себя он любил еще меньше остальных.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Если я соглашусь — я тоже умру…
— Нет, Вертрана. Если ты согласишься и что-то пойдет не так — умру я.
