вдаль. — На севере, за болотами, леса. Оттуда можно доставлять уголь.
— Ого! Хорошая идея! — Лера тоже устремила взгляд на север. — Я же говорила, что в деревне углежогов жила? Тогда не задумывалась… Они ведь вырубают все, подчистую, а новые деревья не садят. Кругом одни пеньки! Тут даже наступление пустыни не так страшно — вы быстрее сами свои земли погубите!
С языка чуть не сорвалось, что такое бездумное обезлесивание уже бывало на Земле, в той же Европе в Средние века, в России в девятнадцатом, но Лера взяла себя в руки и сдержанно добавила:
— Если так продолжить, наступит голод.
Пока она говорила, Маркус теребил манжет рубашки, то загибая его и обнажая запястье, то расправляя обратно, и стоило только ей замолчать, тут же подхватил:
— Я записал все источники дохода Верховных магов. В основном это патенты и сертификаты на заклинания, но у двоих, ван Шетта и ван Затия, помимо прочего есть обширные лесные угодья на востоке. Возможно даже, что именно это их основной ресурс. Они снабжают деревом и углем всю Республику, понимаешь?
Лера вздохнула:
— Понимаю… — Зря только распиналась. Маркус даже не слушал ее, у него одна месть на уме. — Ладно… Двое с лесом, один с артефактами скольжения, осталось еще шестеро… А потом они все вместе примутся за нас, и не оставят даже мокрого места.
— Мокрого места?
— Ну, лужицы крови.
Лера осеклась, вспомнив вдруг казнь. Там наверняка было много крови… Она повела плечами и с напускным энтузиазмом спросила:
— Так что там у остальных шести?
— Много что… Ничего нет только у Каладара.
Маркус до белизны сжал кулаки. Точно, как раз Каладар-то и настоял на казни… Не зная, что сказать, Лера пробормотала:
— Ну да, если у человека ничего нет, то ничего и не отнимешь.
— Кроме жизни, — мрачно обронил Маркус.
— Эй! — забывшись, Лера шагнула к нему и сердито дернула за рукав. — Ты говорил, что обойдешься без убийств! Без могил!.. Давай, привлеки воображение! Этот Каладар — Верховный. Как так? У всех патенты, сертификаты, земли, а у него ничего?
Маркус задумчиво посмотрел на Леру сверху вниз, затем перевел взгляд на ее пальцы, все еще цепляющиеся за его одежду и, когда она отдернула руку, сказал:
— У него сила и Магический контроль. Сможешь их отобрать?
* * *
Лера чувствовала себя глупо. Вот с чего ей пришло в голову, что она должна следить за ходом строительства? Ладно бы она инженером каким была или полжизни в аквапарке провела. Так ведь нет! Лингвист-заочник, ни разу за свои двадцать лет не побывавший на водных горках. А те впечатления, которыми она так щедро делилась с Маркусом и дэром Вастесом, просто-напросто почерпнуты из фильмов и видеороликов. В общем, специалист из нее аховый.
Масла в огонь подливал и местный инженер, дэр Прудентиус — маг, но не из патрициев, — которого дэр Вастес отрекомендовал как лучшего в городе архитектуса.
— Возомнила о себе, — цедил этот высокий горбоносый дядька. — Ни силы, ни знаний, а советуйся с ней. Такая насоветует, пожалуй… Не горка, а прогулочная дорожка получится.
Это он припоминал небольшой спор, затеянный Лерой еще перед началом строительства, когда Маркус и дэр Вастес чуть не хором обратились друг к другу с предложением сделать горку круче, мол, нужен риск, опасность, чтобы студенты и маги могли проявить себя, мол, только так аттракцион будет уметь успех. Дэр Вастес даже новые чертежи принес.
Лера, то того скромно стоявшая позади Маркуса, шагнула вперед:
— Можно взглянуть?
Дэр Вастес еще вчера, когда Лера проворно начертила горку в трех видах и в аксонометрии, да еще и в масштабе, да с размерами, да в разрезе, стал поглядывать на нее благосклонно и потому сейчас без малейших колебаний кивнул «инженеру»:
— Покажите лие. Возможно, она даст хороший совет. А вы лиа, раз уж здесь, ни на шаг не отходите от дэра Прудентиуса.
Сначала Лера подумала, что держит чертеж вверх ногами или боком, но покрутив его (под презрительное фырканье «инженера»), поняла: ошибки нет, просто горки чуть ли не отвесны, и лишь ближе к трамплину траектория движения смягчается.
В ладонях закололо. Лера ощутила, как они вспотели, мельком подумала, что оставит на бумаге отпечатки, но мысль эта не вызвала даже мимолетной досады. В голове пульсировали пугающие образы: бешеный разгон, момент полета… подкинет высоко!.. Затем падение и удар о воду. Внутренности отобьет так, что ни вдохнуть, ни выдохнуть. Или руки-ноги переломает. Или шею… Что б их! Она вовсе не этого хотела! Что, если студентки не станут рисковать здоровьем и предпочтут игры? Не дуры же они в конце-то концов!
Тряхнув чертежом, она вскинула голову:
— Никто не станет тут кататься! Это самоубийство!
Дэр Вастес удивленно задрал брови:
— Самоубийство? — Он хохотнул: — Для таких как ты — возможно. Настоящим же магам понравится.
— Но магов меньшинство! И девушки… — Лера с намеком посмотрела на Маркуса. — Девушки вряд ли захотят искушать судьбу.
Маркус, кажется, понял ее беспокойство, но тут дэр Вастес сухо отчеканил:
— Озеро мое, строю я, так что мне и решать.
Он кивнул «инженеру», и тот с довольной ухмылкой забрал у Леры чертеж. К счастью, Маркус вмешался и одну нормальную горку все же оставили.
Так что, да, «инженера» понять можно. Навязали какую-то непонятную девицу, сказали, что с вопросами по конструкции можно обращаться к ней, но отчего, почему, не объяснили. А Лера с объяснениями и не лезла. Все же по конструктивной части ей и до древних-то римлян как до Земли пешком, куда уж тут до магов с их заклинаниями. Поэтому она пропускала ворчание мимо ушей, а все внимание уделяла строительству.
Строили, кстати, из глины с соломой, как и хотел Маркус. Дэр Вастес нанял добрую сотню рабочих и не меньше десятка магов. Рабочие снимали дерн со склона, вырубали ступени и укладывали горки слоями из глиняно-соломенной смеси, маги же эти слои высушивали. Получалось крепко.
Лера, хвостиком ходившая за «инженером», его помощником и посыльным, лично постучала по высушенному участку. Рабочие вокруг долбили, крушили, кричали — невозможно было что-то расслышать, однако костяшки пальцев ощутили твердость керамики, и воображение дорисовало звук, чистый, звонкий. Санька наверняка сказал бы: «Пробка! Подарок из Африки».
Наконец, когда глиняно-соломенные языки приобрели отчетливые силуэты горок, а Лера оглохла от шума, «инженер» решил, что можно перекурить.
