я не имела ни малейшего представления, где правитель Преисподней оставил меня. Здесь не было ничего, кроме острых камней. Самый незначительный шажок сопровождался болью в ступнях.
Я боялась сделать лишнее движение. Не было никакого источника света. Только непроглядная темнота везде. Независимо от того, смотрела ли я себе под ноги, в небо или по сторонам.
– Здесь есть кто-нибудь? – спросила я шепотом, кутаясь в простыню от ледяных порывов, впивающихся в кожу маленькими иголочками. Кто бы мог подумать, что в Преисподней может быть холодно? И не просто холодно, а морозно. – Я знаю, что вы здесь, – говорила подрагивающим голосом. – Асмодей приказал вам присматривать за мной. Что это за место? Я ничего не вижу. Тут безопасно? – спросила и ждала. Мне бы было достаточно двух-трех слов в ответ. – Ясно, – пробормотала я после длительного ожидания. Присела и принялась руками искать ровную поверхность. Было страшно упасть. Я не видела, но на уровне ощущений понимала, что нахожусь на вершине или на выступе горы. Кроме шершавой твердой поверхности встречались кустарники и травинки, словно из камня. Мне удалось нащупать более-менее ровный участок.
– Еще пять ваших шагов, и вы сорветесь, госпожа, – предупредил меня голос.
Я усмехнулась.
– Хм. Может, я так и задумала, – фыркнула, трясясь от холода и страха. – Убьюсь, и мучениям конец. Понятно же, что мне не выбраться из вашего мира, пока демоны не наиграются со мной. А их игры очень похожи на игры кошки с мышкой.
Голос молчал.
Да и плевать. Приближать собственную смерть у меня в планах не было. Я буду до последнего бороться за жизнь. Осталось дождаться рассвета.
Я села на землю, накрылась с головой простыней, стараясь максимально сохранить тепло. Как только появятся первые лучи светила Преисподней, найду способ спуститься. Что буду делать дальше, я не знала.
– А если я замерзну насмерть? – спросила я, когда уже перестала чувствовать ступни и пальцы на руках. Говорила я шепотом. Не желая привлечь местную фауну своими криками. – За это тебя накажут?
И опять тишина.
Ясно одно: тот, кого оставили присматривать, Асмодея боялся куда больше, чем меня. Да и что я могла сделать, только умереть всем назло?
Когда горизонт стал едва заметно сереть, я не чувствовала холода, мое тело окаменело не хуже всего, что находилось вокруг. Если бы мне сейчас сказали встать, то я вряд ли бы смогла.
– Анна! – крик Асмодея заставил мое сердце биться в несколько раз быстрее. Как я и думала, конечности меня не слушались. Я лишь подняла взгляд на демона. Очень злого демона. Его грудь, руки и лицо были покрыты жижей, напоминавшей кровь. Только очень темной. – Счастливый конец может быть только для одного из нас, – сказал он, дергая меня и заставляя взвыть от боли. – Для меня.
Я вновь очутилась в воздухе, только сейчас правитель Преисподней перехватил меня, словно мешок с картошкой, прижав к боку и держа так, лишь бы ноша не выскользнула.
Я не могла говорить, только стонать.
И я была права. Несколько часов назад демон оставил меня на выступе скалы, а сейчас поднимался в фиолетово-серое небо. Я не видела, что творилось на земле, но уже могла различить силуэты отдельных деревьев.
– Асмодей!
Я узнала мужской голос.
Сеар.
– Если с ней что-то случится, ты подпишешь себе смертный приговор! – выкрикнул он.
Правитель Преисподней не отвечал, набирал и набирал высоту, а я висела безвольной куклой, моля вселенную о спасении.
– Внук! – к крикам Сеара примешался второй голос, громкий, уверенный и… довольный. – Ты не рад нашей встрече? – спросил он с насмешкой. И я увидела его владельца. Он возник из ниоткуда, мешая Асмодею.
Тот завис в воздухе, работая размашистыми крыльями, то чуть поднимаясь в воздух, то опускаясь.
– Прошу прощения, Анна, – сказал правитель Преисподней, смотря себе за спину, – но они не оставили выбора, – договорил и отпустил меня.
Волосы хлестко били по лицу и шее. Спину, грудь, руки и ноги жгло от холода. Я забыла о стыде, отпустила простыню, хватала пальцами воздух, в ужасе гадая, сколько секунд еще останусь жива. От страха я не могла кричать, плотно сжав зубы и каждое мгновение ожидая смертельного удара.
В голове не было ничего, кроме мысли: “Как же я ненавижу демонов!” Всесильных, красивых, уверенных в своем превосходстве. Всей душой, всеми клеточками тела. Они ставили себя выше всех. Манипуляторы! Вот так просто разыграли со мной несколько партий. Лишили простой человеческой жизни. Превратили в свою игрушку. И сломали.
“Прости”, – произнесла я мысленно, извиняясь перед мамой. Ведь из-за моей глупости и желания нравиться тому, кому не нравилась я, она живет с одним из слуг Сеара. Если и это не было ложью, как все его речи. Возможно, мама все это время провела в поисках, сходила с ума, потеряв дочь. Зато я пришла на вручение диплома с Коноваловым… Идиотка.
Слезы жгли глаза, сквозь них, как сквозь пелену, я видела крылатые фигуры двух демонов, сражающихся друг с другом. Гул в ушах нарастал. К шуму ветра примешались звуки рычания, хруста и ударов. Я словно летела в жернова и была благодарна, что не видела происходящего подо мной.
Я закрыла глаза. Что-то полоснуло по плечу, в голове мелькнуло, что все… но не было удара, не было боли, рывок, жар чужого тела и чья-то стальная хватка, удерживающая меня, как в коконе. Кислород покинул легкие, я обмякла и провалилась в забытье.
– Нужна вода, мази и чистая ткань, – мужской голос прервал беспамятство. Он говорил что-то еще, но не удавалось уловить.
Меня словно раскачивали на жутких качелях, то поднимали, то резко опускали, отчего голова нестерпимо кружилась, а к горлу подступала тошнота. Но я определенно была жива. Боль доказывала это.
– Промывай, – приказал голос, и по плечу полилось что-то теплое. Тело тут же отозвалось дрожью. – Потерпи, Анна. Всего минуту. И я согрею тебя.
Я попыталась что-то ответить. Губы и язык не слушались. Как и веки.
– Быстрее! – голос демона звучал зло. Демона, не человека. Гулкий, потусторонний, обволакивающий. Люди так не говорят.
– М-м-м, – застонала я, когда тепло сменилось жаром. Но он продлился недолго, забрав боль в руке.
– Помоги накрыть ее.
Все это время находилась в чьих-то объятиях. От них шло тепло. А еще демон пах дымом и… кровью.
Меня чуть приподняли и завернули во что-то мягкое, приятное.
– Господин, дайте ей Адского пламени. Оно поможет быстрее восстановиться, – предложил женский голос.
И его я узнала. Марика! Это была она!
Неужели демон, что спас меня, – Сеар?!
Предатель!
Ненавижу!
– Асмодей уже использовал его. Выжигал яд.
