звон металла о металл, раскаты, похожие на гром, и пронзительные крики. Воздух становился горячим и тяжелым, он пах горелой плотью, озоном и чем-то сладковато-приторным.
— Это не просто бой — проговорил Инвок, его голос в чате звучал напряженно. — Я чувствую… две враждующие силы. Абсолютно противоположные — Свет и Тьму. Но обе… искажены и пропитаны яростью и безумием.
Ника поморщилась, словно от дурного запаха.
— Инферно — сказала она с отвращением. — Я чувствую его смрад, но Инвок прав, тут есть что-то другое… что-то, что ненавидит Инферно и Свет так же сильно, как и все живое.
Винтовая лестница, казалось, уходила в бесконечность. Мы спускались уже минут двадцать, и звуки битвы становились все громче и отчетливее. К рёву и звону добавились взрывы, треск, похожий на раскалывающиеся деревья, и какие-то шипящие звуки.
— Старший, а ты уверен, что нам туда? — спросил Рачок, когда особенно громкий взрыв заставил задрожать стены лестничного колодца.
Я посмотрел на компас. Капля света внутри него больше не дергалась хаотично, как в битве с Ульем-Мозгом, оно четко указывала вниз, туда, где нас ждал источник всего этого безумия.
— Деваться некуда — ответил я. — Компас ведет именно туда. Значит, следующее испытание там.
Наконец, после еще одного витка спирали, впереди забрезжил свет. Это было мерцающее, пульсирующее зарево, окрашенное в красные и золотистые тона.
Мы вышли на небольшой каменный уступ и… замерли.
Перед нами раскинулась картина из самого жестокого кошмара. Гигантская пещера размером с небольшой город превращена в поле вечной битвы. В воздухе то и дело вспыхивали пространственные разломы — рваные дыры в реальности, из которых, словно из прорванных канализационных труб, выплескивались все новые и новые существа.
И эти существа немедленно вступали в бой друг с другом.
С одной стороны сражались «Опаленные Серафимы». Это были не сияющие ангелы из религиозных книг — их некогда белые крылья обуглились и дымились, доспехи покрылись вмятинами и копотью, а глаза горели холодным, фанатичным огнем. В их руках пылали мечи из чистого света, которыми они кромсали все живое без разбора.
Им противостояли «Инфернальные Демоны-Берсерки» — мускулистые твари с рогами, копытами и шипастой кожей. Они размахивали огромными зазубренными топорами и секирами, охваченые пламенем. Их рев заглушал даже звон серафимских клинков.
Но и это было не все. Между двумя армиями носились «Элементали Хаоса» — сгустки чистой, нестабильной энергии, которые взрывались при любом контакте, и какие-то искаженные многоногие твари, которых я не мог классифицировать никак.
— Святые угли… — выдохнул Зеленюк, глядя на все это месиво. — Что это за место?
Я активировал «Продвинутую Оценку» и попытался оценить происходящее. Информация приходила обрывочная:
Зона Пространственной Нестабильности
Причина: Множественные разломы между измерениями
Эффект: Случайное появление существ из враждующих планов бытия. Высокая вероятность попадания под случайную атаку.
— Да это самая настоящая свалка — понял я, наблюдая, как очередная группа серафимов дерется с парой демонов размером с небольшой дом. — Похоже, сюда стекается мусор из разных враждующих миров. Мы словно мыши попавшие на поле битвы слонов.
В этот момент прямо над нашими головами столкнулись серафим и демон-берсерк. Их бой длился считанные секунды — демон отрубил серафиму крыло, но тот в ответ пронзил его светящимся мечом. Сцепившись в смертельной хватке, они начали падать… прямо на нас.
— НАЗАД! — заорал я.
Мы инстинктивно отпрыгнули обратно в туннель за секунду до того, как две огромные туши с оглушительным грохотом врезались в каменный уступ, разлетаясь на куски и осыпая все вокруг градом камней и ошметков опаленной плоти.
Когда пыль осела, я выглянул наружу. От уступа осталась только половина.
Я понял главное правило этого места: видимо нас никто не собирался атаковать целенаправленно. Мы были слишком мелки и незначительны для этих титанов, но нас могло убить случайным, шальным ударом, если мы не будем осторожны.
Я достал «Компас». В этом хаосе он снова изменил поведение. Его свет пульсировал в определенном ритме, который учащался, когда рядом вспыхивала энергия, и затихал, когда образовывалось временное «окно» безопасности.
— Понятно — пробормотал я. — Значит вот как надо действовать… это словно детектор хаоса.
— Слушайте все! — скомандовал я, убирая компас обратно в карман. — Забудьте о том, что происходит в самой битве. Не думайте о луте, о фрагах, о том, сколько здесь можно наскрести добычи. Сейчас наша единственная задача — выжить и продвигаться вперед.
Воздух вокруг нас был пропитан запахом горелой серы, раскаленного металла и чего-то сладковато-приторного — видимо божественной крови серафимов. Будь я человеком, то почувствовал бы, как каждый вдох обжигал легкие, словно мы дышали дымом из адской топки.
— Нам нет смысла сражаться — продолжил я, глядя на лица команды. — Надо бежать, прятаться и использовать их войну как прикрытие. Главное — добраться до конца уровня.
— И как предлагаешь это делать? — спросил Рачок, сглатывая комок в горле. Его голос был напряженным. С опаской он глядел на бушующий внизу мальстрем из крыльев, когтей и пылающих мечей, где каждую секунду умирали существа, которые поодиночке могли бы стереть нас в порошок.
— Инвок, Ника — на вас защита — быстро распределил я роли, чувствуя, как время утекает сквозь пальцы. — Ставьте краткосрочные, но мощные барьеры только для того, чтобы пережить случайные удары, но не держите их долго, иначе вся энергия уйдет вникуда. Создали щит, пробежали, сняли — действуйте четко.
— Принял — кивнул Инвок, его лицо было спокойным, но я видел напряжение в уголках его глаз.
— Рачок, а ты — наши глаза — повернулся я к нему. — Смотри вверх и по сторонам. Твоя задача — предупреждать о падающих телах, шальных атаках, обломках. Любая мелочь может нас убить и поэтому ты должен это предотвратить.
Рачок выпрямился, его тревожность сменилась профессиональной сосредоточенностью.
— Зеленюк, если путь завален обломками или трупами — твоя очередь действовать — обратился я к хобгоблину. — Быстро и без церемоний расчищаешь дорогу, словно таран!
Зеленюк мрачно усмехнулся, поглаживая рукоять гладкую поверхность щита. Его зеленая кожа лоснилась от пота, но в глазах горел азарт.
— А я веду по компасу — закончил я. — Двигаемся только в «тихие» моменты. Все следят за моими командами. Малейшее промедление и рассинхрон действий — и нас размажет какой-нибудь случайный удар. Вопросы?
Команда молча покачала головами. Даже Зеленюк, который обычно не мог пройти мимо потенциальной добычи, понимал: попытка пограбить здесь трупы равнялась самоубийству. Хотя я видел, как его взгляд то и дело скользил по валяющимся повсюду обломкам божественного оружия.
Мы начали наш безумный спуск в сердце хаоса.
Я шел первым, держа компас перед собой
