взгляд, а когда я указываю ей глазами на выход в торговый зал, хлопает себя по лбу.
— Дай угадаю, ты не горишь желанием с ним встречаться? — уточняет она громким шепотом.
Я отчаянно мотаю головой. Девушки как раз заканчивают с мерками и сматывают ленты.
— Подскажите, а можно ли позвать госпожу Элоизу, — обращаюсь я к одной из них с белом ажурном чепце, из-под которого выправилась светлая прядь. — Я хотела бы задать ей один вопрос.
— Так вы это, госпожа, выйдите, она вам все и расскажет, — наивно отвечает она.
— Нет-нет, там мужчина, а у нас о-о-о-чень щекотливый вопрос, — заговорщицки улыбается Иллидия. — Позовите, пожалуйста.
Девушка поджимает губы, прищуривается, но все же выходит и что-то бубнит швее. После этого следует молчание и голос Элоизы:
— Ваша Мудрость, позвольте отлучиться ненадолго. Там очень стеснительные барышни, — доносится хмык со стороны Сайтона, но он не возражает: все же мастерская швеи — женская территория. — Я скоро буду.
Вместе со стуком каблучков и шорохом юбок платья в комнату входит Элоиза и бросает довольный взгляд на записанные аккуратным почерком мерки.
— Я вижу, все получилось, — восторженно начинает суетиться швея. — Кстати, там…
Она оглядывается и показывает пальцем на торговый зал.
— Да-да, я уже услышала, — останавливаю ее я почти шепотом. — Но я планировала сделать сюрприз мужу в виде нового потрясающего наряда для бала. Если я сейчас выйду через парадный вход, то он непременно обо всем догадается.
Швея делает заговорщицкий вид, кивает и прикладывает палец ко рту, показывая, что поняла намек.
— Я еще когда вас в газете увидела, поняла, какая вы замечательная! — она ловко лавирует между столов, заваленных тканью и нитками и машет рукой, чтобы мы следовали за ней. — Красивая, уверенная в себе. И самая лучшая пара для нашего Правителя! Если он только подумает от вас отказаться, ух!!!
Эта угроза и то, как швея потрясла кулаком, выглядело так забавно, что я даже умилилась. Надо же, я, оказывается, даже приобрела свою горстку поклонниц среди народа. Наверное, если бы у меня действительно было будущее c Сайтоном, это было бы неплохой базой для общения с подданными.
Мысли об этом тяжелым грузом падают в душу и расходятся волнами, отдающими горечью. Мы с Сайтоном не прекрасная пара и никогда ею уже не будем. А все из-за одной ошибки… Хотя ошибки ли? Рука сама ложится на живот и поглаживает его. Нет. Все правильно. Все так, как и должно быть.
Швея в полумраке коридора сняла большой амбарный замок и открыла деревянную обшарпанную дверь, выпуская нас на свежий воздух улицы. Ну как, свежий, настолько, насколько свежим может быть воздух подворотни.
— Извините, леди, но тут только один путь, — немного замялась Элоиза. — Вам нужно пройти немного прямо, там за выходом из таверны будет проход на центральную улицу.
— Благодарю вас, — Иллидия протискивается вперед и случайно наступает в лужу, расплескивая в стороны брызги грязи.
Швея закрывает обеими руками рот и испуганно смотрит на реакцию ведьмы, практически даже не дыша.
— Госпожа, позвольте я все исправлю, вычищу ваше платье! — выпаливает, когда отмирает.
Но Иллидия смеется и отмахивается:
— Ох, Элоиза, это такая ерунда, — она достает из кармана маленький артефакт, прикладывает к юбке, щелкает им, и вся грязь мгновенно исчезает. — Держите, вам, наверняка, понадобится.
Швея с раскрытым ртом смотрит на нас, берет артефакт и обещает, что наши заказы будут готовы быстрее, чем все остальные.
Мы идем по узкому проулку, пахнущему чем-то… Не особо ароматным. Что-то протухшее, заплесневевшее и приправленное полусгнившим. Я сначала пытаюсь прикрывать нос рукавом, но понимаю, что амбрэ просачивается через все доступные щели.
Меня начинает подташнивать, в какой-то момент даже кажется, что вот-вот согнусь пополам и добавлю еще немного к этим «ароматам», но потом вспоминаю про артефакт с запахом бергамота. Активирую его. Не сказать, что становится прям совсем хорошо, но хотя бы терпимо.
Уже не уверена, что наш побег стоил всего этого. Может, стоило просто переждать? Ну, ушел бы он, мы бы вышли, незаметно вернулись в академию… Спокойнее было бы. Ну, или нет.
Стараюсь не думать, на чем пару раз поскользнулась и во что могла вляпаться на стене, когда ловила равновесие. Солнечные лучи еле-еле огибают крыши зданий по обеим сторонам проулка, достигая земли лишь в исключительных местах.
Наконец, доходим до задней двери таверны, за которой, как нам сказали, выход на центральную улицу.
— Еще немного, Эйви, почти вышли, — Иллидия только успевает похлопать ободряюще меня по руке, глядя на мое несчастное выражение лица, как из нужного нам поворота появляются трое мужчин.
Все высокие, но сутулые, в поношенной одежде. Он них несет еще сильнее. Смесь перегара с вонью немытых тел заставляют меня не только остановиться, но и отшатнуться.
Самый широкий из них расплывается в беззубой улыбке:
— А что здесь столь прекрасные дамы забыли? — подрастягивая слова говорит он. — Женихов? Так вот мы.
— Простите, уважаемые, но у нас дела, — говорит Иллидия, и мы пытаемся обогнуть троицу.
— Сейчас ваши дела — наши дела, — подхватывает другой, пониже и с шрамом во всю щеку. — А ваши тела — наши тела. А, ребят?
И тут я четко осознаю, что побег точно не стоил того.
Глава 34. Истинная
Мужчины рассредотачиваются и окружают нас. Резко подскакивает пульс, а мысли мечутся в голове. Что делать? Как бы я хотела хоть чуть боевой магии!
— Лучше пропустите нас, — уверенно заявляет Иллидия. — Проклянем — мало не покажется!
Я вцепляюсь пальцами в юбку, пытаясь придумать хоть какое-то проклятие, которое может нам помочь. Как назло, ничего в голову не приходит.
Тот, что со шрамом делает шаг ко мне, а я на автомате выпаливаю:
— Да чтоб у тебя ноги заплетались! — и отпрыгиваю в сторону, потому что когда он пытается сдвинуться, нога цепляется за ногу и начинает заваливаться на меня.
У меня получилось! Обалдеть!
Иллидия тоже собирается что-то сказать, но ее перебивает беззубый:
— Заткните им рты! — он кидается вперед и сбивает с ног Иллидию, не давая произнести ей проклятье.
Мужчина со шрамом, не поднимаясь, группируется и прыгает, зажимая рот Иллидии. На меня сзади налетает третий и кладет мне на губы свою грязную противно воняющую ладонь. Я что-то мычу, пытаюсь его укусить и пнуть ногой одновременно, но ничего не выходит.
Пока я бессмысленно трепыхаюсь в его руках, а на меня надвигается беззубый, Иллидия дотягивается до кармана, достает оттуда голубой кристалл и с силой разбивает его о землю. От этого места тут же начинает расползаться ледяная корка.
