Утром 7 июня после мощной артиллерийской подготовки и ударов авиации войска 11-й армии перешли в наступление. Ценой больших потерь они 18 июня вышли к Северной бухте, Инкерману и Сапун-горе. 30 июня им удалось прорваться на Корабельную сторону, где шли упорные бои за Малахов курган. Вечером остатки войск Севастопольского оборонительного района по приказу Ставки ВГК стали отходить из Севастополя к бухтам Камышевая, Казачья и на мыс Херсонес, где до 4 июля продолжали боевые действия, а в районе Херсонеса – до 9 июля. Часть защитников Севастополя была эвакуирована, а часть прорвалась в горы к партизанам.
Фон Манштейн, овладев Севастополем, испытывал подлинную гордость за свои войска. Весь Крым был теперь в их руках. Командующий 11-й армией показал, что он способен решать крупные задачи, имевшие важное военное и политическое значение. 1 июля в штаб поступила телеграмма следующего содержания:
«Командующему Крымской армией генерал-полковнику фон Манштейну
С благодарностью отмечая Ваши особые заслуги в победоносно проведенных боях в Крыму, увенчавшихся разгромом противника в керченском сражении и захватом мощной Севастопольской крепости, славящейся своими естественными препятствиями и искусственными укреплениями, я присваиваю Вам чин генерал-фельдмаршала. Присвоением Вам этого чина и учреждением специального знака для всех участников крымских боев я перед всем немецким народом отдаю дань героическим подвигам сражающихся под Вашим командованием войск. Адольф Гитлер».[140]
Итак, фон Манштейн получил первым маршальский жезл, опередив Конева, с которым ему еще предстояло сразиться…
Дела у генерала Конева шли не слишком гладко. 30 июля 1942 г. войска левого крыла Калининского фронта приступили к проведению Ржевско-Сычевской наступательной операции с целью совместно с правым крылом Западного фронта ликвидировать сильно укрепленный ржевско-вяземский выступ[141], овладеть Ржевом и Зубцовым и выйти к рекам Волга и Вазуза. Войска 9-й, 4-й полевых и 3-й танковой армий оказывали упорное сопротивление, решительно пресекая все попытки советских войск выйти к железной дороге Ржев – Вязьма. Во второй половине августа войска 30-й и 29-й армий Калининского фронта ценой больших потерь сумели выйти на подступы к Ржеву, но овладеть им не смогли. 23 августа соединения 31-й армии при помощи войск 29-й армии освободили Зубцов, а 20-я армия – Карманово. На этом наступательные возможности войск Калининского и Западного фронтов были исчерпаны, и они перешли к обороне.
Основным итогом Ржевско-Сычевской наступательной операции явилось то, что советские войска продвинулись всего на 30—45 км, ликвидировали плацдарм противника на левом берегу Волги в районе Ржева, сковали крупные силы группы армий «Центр» и вынудили противника перебросить в район операции 12 дивизий с других участков советско-германского фронта. По данным энциклопедии «Великая Отечественная война 1941—1945», 16 вражеских дивизий потеряли 50—80% личного состава, а в каждой из танковых дивизий из 150—160 боевых машин осталось не боле 20—30. Потери войск Калининского и Западного фронтов составили 193,7 тыс. человек, в том числе почти 51,5 тыс. безвозвратно.[142]
После завершения Ржевско-Сычевской операции генерал армии Жуков 26 августа постановлением СНК СССР был назначен заместителем Верховного Главнокомандующего с освобождением его от должности командующего войсками Западного фронта. Его сменил на этом посту генерал Конев…
Гитлер, вдохновленный успехами фон Манштейна, решил использовать его опыт штурма и захвата такого сильно укрепленного города, как Севастополь, для решения задачи по окружению Ленинграда, а в последующем при необходимости и овладения им. 12 августа 1942 г. фон Манштейну было приказано перебросить войска 11-й армии (штабы 54-го и 30-го армейских корпусов, 24, 132, 170-я пехотные и 28-я горнострелковая дивизии) под Ленинград. 27 августа переброска войск была завершена. Они заняли часть полосы обороны 18-й армии, обращенную на север, в то время как за 18-й армией оставалась восточная часть фронта по Волхову. Фон Манштейну были подчинены 12 дивизий, в том числе испанская «Голубая дивизия», одна танковая и одна горнострелковая дивизии, а также бригада СС. Из этих сил две дивизии действовали на Невском участке и две – на Ораниенбаумском, так что для наступления на Ленинград оставалось девять с половиной дивизий.
Фон Манштейн, изучив обстановку, принял решение массированным артиллерийским огнем и ударами авиации разрушить оборону советских войск, а затем силами трех корпусов прорвать ее южнее Ленинграда и выйти к южной окраине города. После этого намечалось повернуть два корпуса на восток, чтобы с ходу внезапно форсировать Неву юго-восточнее Ленинграда. Они должны были уничтожить советские войска, оборонявшиеся между рекой и Ладожским озером, перерезать пути подвоза через Ладожское озеро и вплотную охватить Ленинград кольцом также и с востока.
Планы фон Манштейна сорвали войска Волховского фронта, которые предприняли наступление с целью прорыва блокады Ленинграда в районе шлиссельбургско-синявинского выступа, образовавшегося в результате выхода немецких войск к южному побережью Ладожского озера в сентябре 1941 г.
«Но, к сожалению, в то время никто из нас не знал, – вспоминал К. А. Мерецков, командовавший в то время Волховским фронтом, – что немецкое командование готовило в те же дни операцию по окончательному овладению Ленинградом, перебросило для усиления своей группы армий «Север» значительную часть войск из Крыма и дополнительно сосредоточило на подступах к блокированному городу крупные силы артиллерии и авиации, возложив общее руководство операцией на генерал-фельдмаршала Манштейна. Всего этого мы не знали и находились в неведении относительно мероприятий противника… Впрочем, противник, в свою очередь, ничего не знал о подготовке нашего наступления. Следует признать, что обе стороны сумели осуществить подготовку операций скрытно, с широкими мерами маскировки и искусной дезинформацией».[143]
27 августа войска 8-й армии Волховского фронта, перейдя в наступление, форсировали Черную речку и к исходу следующего дня вышли на подступы к Синявину. Вечером 4 сентября фон Манштейну позвонил Гитлер. Он заявил, что необходимо немедленное вмешательство в обстановку на волховском участке, чтобы избежать катастрофы. Фон Манштейну предстояло немедленно взять на себя командование этим участком фронта и энергичными мерами восстановить положение.
Фон Манштейн быстро сориентировался в обстановке и решительными мерами, используя имеющиеся под руками силы 11-й армии, остановил советские войска. После этого он нанес по ним удар с юга 30-м армейским корпусом и с севера – 26-м армейским корпусом. Им в результате тяжелых боев удалось к 25 сентября окружить 4-й и 6-й гвардейские стрелковые корпуса, 2-ю ударную и 8-ю армии. В плен было захвачено 12 370 человек, уничтожено или захвачено в качестве трофеев 193 орудия и 244 танка[144]. 30 сентября окруженные части предприняли отчаянную попытку прорвать окружение. После отражения этих атак соединения 11-й армии окончательно сжали клещи, соединившись на берегах Черной речки. На ее западном берегу остались части 2-й ударной армии (всего 7722 человека) и 8-й армии (4259 человек). За линию фронта отведено из 2-й ударной армии – 4684 и из 8-й армии – 2610 человек. Потери отходивших с западного берега Черной речки частей 2-й ударной и 8-й армий с 27 по 30 сентября составили 4687 человек убитыми и пропавшими без вести.[145]
Войска 11-й армии, успешно справившись с задачей по восстановлению положения на восточном участке 18-й армии, понесли значительные потери и израсходовали значительную часть боеприпасов, предназначавшихся для наступления на Ленинград. Фон Манштейн вынужден был констатировать, что «о скором проведении наступления не могло быть и речи».[146]
25 октября фон Манштейн был вызван в Винницу, в Ставку фюрера, чтобы получить маршальский жезл. Гитлер сообщил ему, что штаб 11-й армии будет переведен в состав группы армий «Центр» в район Витебска, где имелись признаки предстоявшего в ближайшее время крупного наступления противника.
31 октября штаб 11-й армии прибыл в район Витебска. В пути фон Манштейн узнал, что 29 октября погиб в бою его старший сын Геро, 19-й летний лейтенант 51-го мотострелкового полка 18-й дивизии. Не успел фон Манштейн как следует обосноваться на новом месте, как 20 ноября ему было приказано возглавить группу армий «Дон». Это было высокое признание полководческого мастерства фон Манштейна. В его подчинение передавались немецкие 4-я танковая, 6-я полевая и румынская 3-я армии. Группа армий «Дон», согласно приказу Главного командования Сухопутных войск, должна была «остановить наступление противника и вернуть утерянные с начала наступления противника позиции». Речь шла о контрнаступлении советских войск под Сталинградом. Но об этом позже, а сейчас вернемся к Коневу, тем более что ему предстояло своими действиями способствовать успешному развитию данного контрнаступления.
