есть, пока не получит еще одно имя. Он целится в своего отца еще пять раз, пока не получает еще пять имен: Уградева (ужасный бог), Маха-дева (великий бог), Рудра, Ишана (Господь) и Ашани (молния) 12, всего восемь имен. Каждое из имен включает в себя космическую реальность, или область, такую как солнце, луна, вода и огонь.
Какая пища способна поддерживать это алчное существо с тысячей глаз и тысячей ног, если не весь мир? Голод только что родившегося Рудры — это голод существования. Он целится в Отца и не позволяет ему уйти, пока не получает восемь имен. Он держит его в своей власти, пока не «поест пищи, которой желает, принимая формы, которые желает»13, и получает имя за именем. Только когда его пребывающая постоянно сила получила подтверждение во всех этих именах, он ослабил свою хватку. Он получил свою идентичность и питание. Он был неумолим в своей жажде поглощения, превращения в свое собственное бытие, принятия в себя творения целиком. Это пища, которой он живет и которую, как Агни, поглощает. Теперь он утвердился в этом мире — своей субстанции и пище. Он — Космический Человек, Пуруша: «Пуруша один есть целый мир, и прошлое, и будущее; он также владыка бессмертия, когда он поднимается вверх... через пищу»14. Новорожденный бог принимает в себя весь мир. Он включает в себя всю землю и превосходит ее15.
Рождение «того бога» от Праджапати, предсказанное в Раудра-брахмане, произошло более чем одним способом. Неизвестный аскет Братья, ведомый изнутри богом, побудил Господа Порождения осознать то золото, семя в своем теле; он подвиг Господа Порождения, который затем испустил это золото. Оно превратилось в существо со знаком во лбу. Существо с отметкой во лбу растет своей внутренней силой и аскетизмом и становится тем, что предзнаменовало его «родимое пятно», третий глаз, — Великим Богом Рудрой, Господом, единым и единственным Вратьей, Экавратьей, Братьей in excelsis1 2. Неизвестный Братья заставил его проявиться посредством ума и тела Господа Порождения. Путем органической алхимии in divinis e Рудра, Господь, Ишана, был рожден от Праджапати. Сияющее золото из Прад-жапати стало Ишаной, Господом. Экавратья сразу взял лук Индры в знак того, что сила Индры, царя богов, перешла к нему. Экавратья со «знаком» во лбу столь же грозен, как Рудра, появившийся из золотой чаши Праджапати.
Если Праджапати Кау шитаки-брахманы являет несколько женственную природу, неся золотую чашу с семенем, пролитым его сыновьями, Праджапати в книге Вратьи в Атхарваведе — создатель с чисто мужскими чертами, чье семя есть непреходящее золотое сияние 16. Хираньягарбха, «золотой зародыш», порождает своей собственной энергией. Рождение Махадевы, Великого Бога, произошло путем автаркии (самоудовлетворения) Господа Порождения. Женский элемент не играет никакой роли в этом рождении, равно как и в варианте, поведанном в Шатапатха-брахмане. Когда Праджапати истощил себя в творении,все боги, кроме Манью— Ярости, искрящейся, как Огонь, — оставили его 17. Манью, творческое неистовство, и тапас, творческий жар, являясь степенями и аспектами творческого огня, близки друг другу, подобно тому, как близки Манью и Кама, творческое желание 18. Это степени и аспекты творческого огня. Праджапати заплакал. Его слезы упали на Манью, и Манью стал Рудрой с тысячей голов, тысячей глаз, сотней колчанов, натянутым луком и готовыми вылететь стрелами 19. Бог Гнева, который остался с Праджапати, — это творческое неистовство Праджапати. Бог Манью был оплодотворен горячими слезами Господа Порождения и стал тысячеглавым, тысячеглазым Рудрой — подобно Пуруше, действующей причине Универсума, — но у него была еще и сотня колчанов. Они принадлежат Рудре как яростному стрелку Шарве, вызванному к жизни слезами Господа Порождения, который оплодотворил свое собственное неистовство. Это еще один способ рождения Рудры от Господа Порождения.
Именно Рудра-Агни создал это космическое проявление. Огненная генеалогия космического стоколчанного Рудры начинается с Агни-Рудры, приготовившего семя для Отца. В Отце еще пылала сексуальная страсть, когда огненная стрела Рудры превратила ее в гнев. Гнев был возбужден в Праджапати Рудрой. Горячие слезы Праджапати упали на Манью, и Манью был рожден как истинное «я» Рудры. Он стал Рудрой. Боги боялись его.
Рудра, рожденный как космический гигант из золотой чаши Праджапати, от золота в Творце, или от Манью (Гнева), остается тем же стрелком, что и на изначальной сцене. Охотничьи угодья Рудры как Пуруши, Космического человека, — это весь мир. Женщина, не играя роли ни в рождении из Манью, ни в рождении Господа как Экавратьи, участвует только в рождении из золотой чаши: сыновья Праджапати пролили семя при взгляде на свою прекрасную сестру Зарю, дочь Праджапати. От этого семени в золотой чаше, которую держал Праджапати, родился Рудра.
Богам, боявшимся Рудры-Манью, Праджапати посоветовал предложить ему пищу, умилостивить его. Они предложили ему четыреста двадцать пять подношений жертвоприношения Шатарудрии20 и умилостивили его огромным подношением и грандиозной литанией21. Рождение Рудры-Манью22 — это жертвенное космическое событие, соответствующее рождению прожорливого голодного космического стрелка Каушитаки-брахманы23. Жертвоприношения — это пища, которой живут боги. Человек обеспечивает пищу; жертвуя, он освящается. Когда Рудра (Манью), новорожденное дитя Праджапати, возжаждал пищи, он, голодный, воспылал на огне алтаря, что был теперь завершен. Агни стал Рудрой. Боги сделали его бессмертным24.
Боги не были бессмертными изначально. Бессмертие они обрели, испив Сомы, эликсира бессмертия. Они зависели от человека, от Сомы и от жертвоприношений.
Рудра пожелал стать бессмертным, подобно другим богам. Но он также пожелал быть рожденным. Его рождение предвещалось на изначальной заре. Он был рожден как Гнев, он был рожден как Пуруша, Космический Человек, он был рожден как Господь, Экавратья, он был рожден как дитя, сын Праджапати.
С самого начала Рудра, Неистовый Бог, не был похож на других богов. Он желал быть с ними на одном ритуальном уровне. Его статус как бога должен был быть утвержден жертвенно. Кроме того, его метафизическая реальность требует космической материализации. Он должен был родиться в мире для того, чтобы космос стал его телом.
С. Память об изначальном зле
Брахмана Ста Путей рассказывает о Праджапати, который вначале был одинок. «Он пожелал: „Да буду я существовать и воспроизведу себя!"»25 Он предался тапасу, подвижничеству26. Его сын не стал бы плодом безудержной страсти, охватившей Отца в начале вещей, как повествует Раудра-брахман, Напротив, Праджапати в усердной медитации предавался тапасу, методу сосредоточения внутреннего жара, жизненной энергии, мощь которой, при чрезвычайных усилиях, поддается управлению. Эта техника аскетизма или йоги подобна технике поднятия и удержания семени
