и аристократическая отстраненность. — Настоящая графиня!» И где-то глубоко внутри снова шевельнулась мысль: «Вот кто достоин титула герцогини Лидинг эр-Креймод!».
Элла с трудом сдерживая себя дошла до своей комнаты. Там она дала волю слезам, отчего ее глаза приобрели цвет нежной майской листвы. В груди стоял твердый, колючий ком обиды, словно там поселился злобный еж. Она не ожидала от своего жениха такого предательства! Ее Ингвар, ее любимый, самый лучший в мире дракон, развлекался с какой-то рыжей красоткой. Элла узнала ее: она как-то заходила в школу вместе с бонной.
«Значит, все его слова о любви — вранье! А предложение руки и сердца- ничего не значащее для него развлечение!» Элла резким движением сняла с пальца помолвочное кольцо с алым бриллиантом и швырнула его в ящик стола.
«Всему конец! — думала девушка. — Завтра возьму отпуск, уверена кайя Римлиг мне не откажет. И уеду домой, в Сноварген!»
На ее плечо легла маленькая рука. Она обернулась. Перед ней стоял малыш Ингвар. Вчера он опять неожиданно исчез. И вот так же внезапно появился в ее комнате. Элла еще вчера поняла, что этот ребенок- призрак. Призраков она не боялась, насмотрелась их в родном замке.
Мальчик глядел на нее огромными серыми глазами и молчал.
— Что ты хочешь сказать мне, малыш? — спросила Элла, глотая слезы.
— Это еще не конец, не плачь, — серьезно, как взрослый, сказал ребенок, погладил ее по голове и…. растворился в воздухе.
Глава 36. Ингвар Лидинг эр-Бригген. Сбежавшая невеста
Мало того, что Элла не пришла на свидание! Так еще какая-то рыжая бестия надумала тонуть прямо в то время, когда я поджидал любимую на нашем месте. Конечно, пришлось броситься в Ольдрим, чтобы вытащить эту сумасшедшую из воды. Вела она себя в высшей степени странно для утопающей: то визжала, то стонала. Я уже было подумал, что, может быть, водяной уж залез ей под юбку, или она ударилась головой при падении с берега. Но она начала шаловливо обвивать мою шею руками и тыкаться в нее губами. Я вынес ее на берег, едва не оглохнув от производимого ею шума и визга, поставил на ноги и, тяжело дыша, присел на перевернутую лодку.
— Я вижу, любезная кайя, у вас вполне достаточно сил, несмотря на постигшую вас неприятность, — съязвил я, разглядывая ту, что чуть не стала утопленницей.
Девица, глупо хихикая и лопоча благодарность, отжимала роскошные рыжеватые локоны и подол платья, довольно высоко его задрав. При этом стройная нога, голая выше колена, опиралась на днище лодки рядом со мной. Она нарочито нагибалась так, чтобы были лучше видны ее белоснежные груди, так и норовившие выскользнуть из декольте. На меня повеяло воспоминаниями о юношеских похождениях в борделе мадам Кики.
— Любезная кайя, — спрашиваю, с иронией наблюдая за ее жалкими манипуляциями. — Вы случайно не знакомы с мадам Кики?
Рыжая бестия перестала улыбаться и резко одернула подол влажного платья.
— Мне, пожалуй, пора, — заторопилась она, вдруг оставив все попытки очаровать меня своими, вынужден признать, недурственными прелестями. — Надеюсь, вы поможете мне нанять экипаж, разлюбезный дей? — девица злобно стрельнула на меня глазами.
— Вот профурсетка-то! — отозвался доселе молчавший Дрок, после того, как я усадил несостоявшуюся русалку в экипаж, дал денег вознице и, наконец, сбыл с рук навязчивую девицу. — Я ничего не хочу сказать: ты парень видный, да еще геройски не дал ей утонуть. Но все-таки не кажется ли тебе, что как-то уж очень быстро она перешла к соблазнению? Те, кто тонут по-настоящему, поначалу еще долго приходят в себя, понимая, что едва избежали смерти. А эта сразу давай сверкать телесами!..»
— Дрок, дружище, вот и мне это показалось странным, — делюсь сомнениями с драконом и все больше понимаю, что я когда-то эту девицу уже встречал. — Слушай, а я ее вспомнил! Несколько лет назад видел ее в салоне мадам Кики. Тогда она была еще новенькая, приехала откуда-то из другого лана. Хорошенькая, но мне не понравилась: ты же знаешь, я люблю брюнеток.
Больше часа заняло у меня это происшествие, а потом пришлось заехать во дворец, чтобы сменить влажную одежду на сухую и привести себя в порядок: не мог же я показаться любимой в таком виде. В «Дрокен сколан» меня ждал неприятный сюрприз. Директриса сообщила, что Элла попросила у нее отпуск на три дня, чтобы срочно уехать на родину, в Сноварген.
— А еще у нее глаза распухли от слез, — сокрушалась директриса, покачивая головой. — На расспросы мои и дея Ангуса ничего не ответила, только молча собралась и уехала.
— Дей Ангус? Он что, был здесь? — от упоминания имени кузена неприятно кольнуло в груди.
— Да, он приходил по делам попечительского совета, — кайя Римлиг словно спешила поделиться всеми известными ей деталями. — Провожал Эллу до парка, а потом через некоторое время вернулся в школу. А там и Элла пришла, сама не своя.
Слушать все это было невыносимо. Я слишком хорошо знал своего кузена, чтобы не заподозрить какой-нибудь скверной каверзы с его стороны.
— А не он ли подослал эту рыжую девку, чтобы рассорить вас с Эллой? — предположил Дрок.
В самом деле, все это выглядело очень странно: бездарная актрисулька из борделя, суетливая беготня Ангуса по парку и школьному двору, особенно если учесть, что он обычно нетороплив, его усиленное внимание к моей невесте… Что ему от нее вообще надо?! Он старше ее на целых пятнадцать лет!
— Дружище, кому это мешало? — возразил Дрок. — Тем более годы у него подошли, надоело по борделям шататься. Пора уже привести в дом молодую герцогиню. Вот он и углядел нашу Эллу, мерзавец! И он может пойти на все, чтобы разлучить вас!
— Ладно, с этим подонком я еще разберусь! Сейчас главное — увидеть Эллу, все объяснить ей, хотя это будет нелегко, если она видела, как ко мне приставала эта рыжая шлюшка. Скорее всего, видела, иначе с чего бы ей плакать и срываться в Сноварген? Ну что, дружище, как свечереет, летим в страну оборотней?
Глава 37. Скелеты выползают из своих шкафов
Элла ехала в почтовом дилижансе и всю дорогу крепилась, хотя слезы почти застилали глаза. Но чувство собственного достоинства не давало ей расплакаться перед почтенной пожилой четой, сидевшей напротив. Они сидели рядышком и так мило держались за руки, что только усиливали и без того мрачное настроение девушки.
«Вот, пожалуйста, — размышляла она, — прелестные старички, которые дожили до преклонных лет, наверняка у них уже есть внуки и, по-видимому, все
