гений, которого не видывал свет. Состоя в секте, ты делаешь ее лучше… Давай поговорим о награде за зелье.
— Лучшей наградой будет, если вы не станете выделять меня из учеников, — признался я. — Этим вы меня очень обяжете.
— Такого я обещать не могу, — даже растерялся настоятель. — Не знаю, почему я раньше не замечал твою гениальность, но эликсир раскрыл мне взгляд на суть вещей. Честно говоря, прежде я думал… хм… упросить тебя создать бомбы, после чего убить. Уж прости, но я думал, что живой ты менее полезен нам. Я думал, что ты мстительный, мелочный, не терпящий приказов и авторитетов, местами глуповатый, себе на уме. Только сейчас я понимаю, насколько ошибался.
— Тем не менее, больше желаний у меня нет, — твердо сказал я. Только потом настоятель кивнул и с великой неохотой согласился не показывать на людях особого отношения ко мне.
Я попрощался и вышел из кабинета.
Мне было не по себе. Одно зелье — и я вдруг стал для настоятеля кем-то вроде пророка или старого друга. Проверять границы этого влияния мне совсем не хотелось, и уж тем более не хотелось им злоупотреблять. Если я запущу руки в хранилища, Линь и Сталевар это заметят, и у обоих появятся ненужные вопросы гораздо раньше, чем могут появиться из-за странного поведения Свен Дэя.
К слову, на днях нужно посетить столицу — отрапортовать, что все в порядке и навестить тамошних артефакторов. Возможно, с помощью принца удастся продвинуть километровую очередь и заказать защитные артефакты для родных. За себя я могу и сам постоять, но мама, Самир и остальные абсолютно беззащитны.
Кстати, бомбу из платформы секты я убрал той же ночью. Использовать её как крайний аргумент в переговорах с настоятелем уже не требовалось.
От школы не было никаких вестей. Я знал, что ее руководство тоже зло на меня, и регулярно проверял почту, но кроме письма от травника Роя (сердечно благодарил меня за новости о сыне и сообщал, что выдвигается к Фейляню) до меня никакая корреспонденция не доходила. Не думаю, что школа Небесного Гнева забыла обо мне. Скорее всего, они были достаточно осторожны, чтобы не провоцировать принца. Либо затаились и выжидают удобный момент для удара.
Постепенно жизнь возвращалась в привычное русло. Теперь не требовалось сломя голову бегать в поисках избавления от проклятия, и я снова начал посещать занятия у преподавателей, к большинству из которых не испытывал ни малейшего уважения и которых уже перерос по рангу. Они учили давно пройденным вещам.
Я наблюдал, как Сталевар устраивал мастер-классы и пытался донести до учеников важность правильного сброса ингредиентов в котёл, объясняя необходимость точного тайминга и контроля температуры пламени. Но мои приятели осваивали эту дисциплину с грацией пьяных детей.
— Какая разница — бросить чешую в котёл сейчас или через минуту? — пожимал плечами Гар Рус, смотря на Сталевара недоумевающим взглядом. — У меня матушка при готовке таким не заморачивается.
Сталевар почти рычал от злости, но ученик продолжал:
— Даже если мясо не дожарилось до конца, матушка говорит: «Горячее сырым не бывает».
От подобного кощунства меня тоже передёргивало. Поэтому на занятиях по прикладному зельеварению я предпочитал занять дальний угол и варить что-нибудь простое, ровно по выданному рецепту. После бешеных полутора дней варки, когда я готовил эликсир для Свен Дэя, подобное воспринималось медитативным занятием, где мои руки двигались не быстрее черепашьих лап. И даже по такому рецепту не у каждого получалось сварить зелье — Сталевар по язвительности и нагоняемому страху не дотягивал до Снейпа, и потому не мог приструнить почти десяток Невиллов Лонгботтонов.
В общем, я не был уверен, стоит ли мне продолжать ходить на занятия. Раньше учёба приносила пользу, но теперь я застопорился. Руны я знал немногим хуже наставницы Мэй Лань, а материал, который давал Сталевар, давно прошёл самостоятельно. Не могу сказать, что по опыту и знаниям сравнялся с наставником по зельеварению — у него за плечами десятилетия экспериментов, но в тех направлениях, которыми я занимался (например, в создании бомб или, с недавних пор, эликсиров культивации) я вполне мог бы с ним потягаться. В остальном — вряд ли. Я до сих пор даже приблизительно не представлял, как создавать эликсиры метаморфоз, которые Сталевар варил десятками порций за раз.
Дисциплина освоения техник и тонкости обращения с ними меня тоже не слишком интересовали. Всё, что объясняли наставники, я уже усвоил сам. Эликсиры сродства со льдом и тенью дали мне куда больше, чем их сухие монотонные лекции. Единственное, что по-прежнему оставалось для меня действительно полезным в секте — это занятия с мечницей.
Каждое занятие я думал, что вот-вот смогу победить Сяо Фэн, но и она, кажется, прогрессировала — или просто с каждым разом показывала чуть больше своих умений. Без зелий я не дотягивал до ее уровня.
Сяо Фэн — единственный наставник, который ничего не сказал о нескольких моих пропусках. Не знаю, была ли она в курсе ситуации между мной и настоятелем, но когда я снова вышел к плацу утром, не ожидая, но надеясь встретить там мечницу, Сяо Фэн уже разминалась с деревянным мечом, как и в предыдущие дни перед нашими тренировками.
— Здравствуйте, — поклонился я, дойдя до края плаца.
Утро было серым: небо затянули низкие тучи, а камень плаца был мокрым от недавнего дождя.
Вокруг было непривычно тихо — сегодня на занятия пришло меньше учеников, чем обычно.
«Чем обычно», — тут же мысленно передразнил я себя. — Пора привыкать, что после того, как на границу отправились пять десятков, теперь здесь другое «обычно».
— Надеюсь, короткий отдых пошёл тебе на пользу, — сказала Сяо Фэн без всякой насмешки. — Хватай свой шест, будем работать.
Увы, короткий отдых мне на пользу не пошёл. То ли сказалась усталость после варки эликсира, то ли общее нервное напряжение последних дней (а может, проклятье и правда частично подействовало), но в этот раз я продержался против мечницы меньше трех минут — половины своего предыдущего рекорда, и в очередной раз оказавшись на холодных камнях плаца, понял, что я не в силах подняться.
— Плохо, — лязгнула мечница и направилась прочь с площадки.
Не знаю, что задело меня больше — её пренебрежение или постоянные проигрыши. Однако я сразу окликнул её:
— Куда вы уходите? У меня еще остались силы! У меня еще осталась Ци. Может, проведем бой с техниками?
Практики в
