никакого интима. Это принципиально. Вы меня устраиваете как работодатель, в перспективе как господин. Это для меня ценно, и я не хочу это потерять. Временная связь может затмить мой разум и после расставания испортить моё отношение к вам и вашим проектам. Я не хочу, чтобы личное мешало профессиональному. Потому сразу обозначаю свою позицию.
— Принимается, — степенно кивнул я. — Я тоже считаю, что очень опасно спать с женщиной, у которой есть доступ к твоим счетам, но на которой при этом ты не собираешься жениться.
Мне хотелось улыбнуться, но я сохранил каменное выражение лица и внимательно наблюдал за реакцией Марины. Девушка покраснела, чуть отвернулась и нервно кивнула.
— Да, благодарю, что понимаете, Александр Ярославович. Такие дела недопустимы и отвлекают от работы.
— Но! — повысил я голос.
Марина подпрыгнула и уставилась на меня во все глаза.
Забавно, что она сама завела серьёзный разговор, однако тема выбивает её из колеи.
И хочется, и колется, да?
— Что? — пробурчала девушка. — Какие тут могут быть… «но»?
— Одно может быть, — улыбнулся я. — С чего ты вдруг решила начать «выкать» и обращаться ко мне по имени-отчеству? Нормально же общались?
— А? — растерялась девушка. — Да, но… — Она мотнула рыжей шевелюрой и, подобравшись, серьёзным тоном произнесла: — Разве допустимо неуважительно обращаться к работодателю или тем паче господину?
— Я обращаюсь к тебе на «ты», ты думаешь, я тебя не уважаю?
Марина подвисла и замолчала.
— Очень даже уважаю, — решил ей помочь я. — Мне импонирует твоё упорство, твой ум. То, что ты извлекла максимум из сложившейся ситуации. Глядя на тебя, я могу сказать, что за три года здесь ты выучилась у местных преподавателей лучше, чем многие студенты. Так что я тебя определённо уважаю, без каких-либо «выканий». Наедине можешь звать меня, как раньше.
— Спасибо… — пробормотала она и неловко улыбнулась. А затем хитро добавила: — Я подумаю.
— Думай, — хмыкнул я. — Итак, насчёт интима мы разобрались — ты не спишь со мной, я не сплю с тобой. Что дальше?
— Далее — зарплата, — снова покраснев, пробурчала Марина.
Но, как и прежде, она быстро взяла себя в руки и деловым тоном продолжила:
— Я хотела бы оклад в размере трёхсот рублей в месяц и премиальную часть в размере одного сотого процента от прибыли тех проектов, в которых я буду задействована. Ну и от дополнительных премий, на усмотрение работодателя, я тоже отказываться не буду.
Я задумчиво стукнул пальцами по столу.
Одна сотая процента звучит ничтожно мало, если речь идёт, скажем, о ста рублях… Но когда мы выйдем на уровень княжества? Когда прибыль будет в размере нескольких миллионов в месяц? При том что средняя зарплата для простолюдинов в Империи составляет сто сорок рублей.
Марина поджала губы и с вызовом посмотрела на меня, ожидая решения.
— Идёт, — легко ответил я. — Размер оклада и мотивационной части меня вполне устраивает. Жду не дождусь, когда настанут те времена, когда ты у меня в месяц будешь зарабатывать столько же, сколько средний дворянский род за год.
Я поднялся и протянул ей ладонь.
Марина тоже встала на ноги, и мы пожали друг другу руки.
— Поздравляю, ты принята. А теперь давай уже перейдём к планированию наших ближайших дел.
— Конечно, — с серьёзным видом кивнула она. — Я подготовила шаблон договора найма. Ознакомься с ним, если всё устраивает, мне нужно вбить твои данные. После подписания договора я хотела бы узнать сумму, который мы располагаем в данный момент. И уже после я готова предложить тебе начальную стратегию.
На возню с договором мы потратили минут двадцать. Распечатали всё прямо здесь — у Марины имелся старенький принтер, который девушка купила через «А-виту», сервис объявлений номер один в Империи.
Ну а после всех мелочей приступили к обсуждению способа заработка. Марина предложила прямо сейчас начать вкладывать свободные деньги в акции. Мол, для заработка без больших физических усилий, долгого поиска поставщиков и персонала это лучшее решение. Чтобы убедить меня, девушка продемонстрировала мне свой личный инвестиционный портфель. Пусть суммы были маленькие, но подавляющее большинство сделок Марина закрывала успешно и держалась в крепком плюсе.
Я дал добро, но настоял на том, что все«свободные» деньги в акции мы вкладывать не будем. Пусть часть денег продолжает лежать в банке под ежедневный процент, пока Марина подбирает и другие варианты заработка — мы оба были сторонниками диверсификации доходов. Не стоит держать все яйца в одной корзине.
После того как обсудили дела, я заметил, как устало выдохнула Марина и будто бы осунулась.
Ну да, всё-таки сегодня у неё выдался крайне тяжёлый день.
— Я говорил тебе раньше, но повторю ещё раз, Марина, — тоном, не терпящим возражений, начал я. — Если что-то подобное произойдёт ещё раз — сразу звони мне. Ты теперь мой человек. А за своих людей я готов убивать.
Она устало улыбнулась и ответила:
— Спасибо. Но лучше всё же воздержаться от нарушения законов. Это нерационально.
Я кивнул, но обещать ничего не стал.
Пару секунд девушка молчала, а затем нахмурилась и произнесла:
— Знаешь, что меня во всей этой ситуации поразило больше всего?
— Хотелось бы послушать, — честно признался я.
— Не его наглость и попытка выставить меня воровкой. И даже не твоё блестящее появление… Хотя оно было впечатляющим и запомнилось мне на всю жизнь. Меня очень поразило, как он испугался, когда понял, что ты в самом деле позвонил в ОКЖ. Даже мне был слышен голос подполковника через трубку, а этому мерзавцу и подавно. Когда он напал на меня, он был в бешенстве. Но во время того звонка он будто испытал ужас. Для такого самодовольного типа такой сильный страх, мне кажется, нехарактерен, если речь идёт «всего лишь» об издевательствах над простолюдинкой.
Её взгляд стал пристальным. Она внимательно смотрела на меня, ожидая моей реакции.
— Я тоже так думаю, Марина. Что-то странное творится в Академии, и местным злодеям есть что скрывать.
Я усмехнулся.
Она поправила очки, а затем тяжело вздохнула и покачала головой.
— Лезть в это дело нерационально.
— Ну это смотря с какой стороны посмотреть, — усмехнулся я.
А затем посерьёзнел и добавил:
— В этом мире есть вещи, Марина, которые нельзя прощать. А есть те, которые вообще нельзя допускать.
Мне снова вспомнилась
