как скоро они станут умолять нас, чтобы мы вернулись.
В кафе ввалился перепачканный мальчишка-шона, по его босым ногам текла вода. Он подошел к столику Грея и протянул в его сторону правую ладошку. Мальчишке явно было не больше шести лет.
– Вутсак, отвали, – пробормотала женщина. – Иди отсюда, малек черномазый, каффир. Пошевеливайся.
У Грея отпала нижняя челюсть.
– Что вы сказали?
– Что слышали. Незачем поощрять этих шельмецов.
Грей вскочил со стула.
– Да ради всего святого, он ведь ребенок! – Грей взял за руку мальчика, который тусклым взглядом наблюдал за тем, что происходит. – Пойдем отсюда. Нам с тобой тут не рады.
Он повел ребенка к двери. Анна крикнула ему вслед:
– Думаешь, ты знаешь эту страну? Все еще жалеешь их, да? Знаешь, что они сделали с моим дядей, когда отобрали его ферму? Повесили в его же собственном сарае. Ты ничего не понимаешь, америкашка тупой…
Грей захлопнул дверь кафе, сунул в ладонь мальчика несколько долларов и стал смотреть, как тот бежит под дождем прочь.
* * *
Вскоре дождь прекратился. Стало темнеть, и Грей направился к своей квартире сквозь густой, похожий на суп туман.
Будь проклят Харрис, думал он, будь проклята эта расистка, будь проклят этот мир, где детям приходится попрошайничать на улицах.
Грей чувствовал, как его трясет, одновременно от возмущения и от едва сдерживаемой ярости, готовой выплеснуться наружу. Собственная ужасная вспыльчивость преследовала его еще с тех давних пор, когда он впервые попытался обуздать насилие в родной семье. Грей знал, что унаследовал некоторых отцовских демонов. Но все эти годы твердил себе, что он другой, не такой, как отец. В нем также есть черты матери. Он направит свою злость на добрые, и только на добрые дела.
А потом настал день, которого, как Грей всегда знал, было не избежать. Ему только-только исполнилось шестнадцать, и уже год, как не стало матери. Когда отец явился домой, от него пахло так, будто он одетым искупался в ванне с «Джеком Дэниэлсом».
– Поди’к сюда, сынок. Иди ко мне. Чот я давно пренебрегал своими обязанностями.
Грей не двинулся с места.
– Хочешь сдачи дать? Этто хршо, пора. Раньше ты больше дрался.
Грей уже некоторое время не сомневался, что может дать отцу отпор и победить его. Он практически жил в школе, а джиу-джитсу – искусство разрушительное. Опыт отца и его преимущество в весе могли бы выровнять шансы, не будь родитель каждый раз в таких ситуациях мертвецки пьян. Вот как сейчас, например.
Грей все-таки держал себя в руках. Он и хотел покончить с этим, и не хотел. Потому что в первом случае ему придется уйти. Потому что этот человек все же оставался его отцом, а сам он – пареньком, которому хотелось, чтобы отец изменился. Но с тех пор, как умерла мама, желание остаться уменьшалось с каждым днем.
– Слишком много в тебе от матери, щенок. – Отец ударил Грея по губам. – Бабьего в тебе много. Всегда так было. – Следующий удар пришелся в живот.
Грея затрясло. Разговоров о матери он не выносил. Под ребра пришло коленом.
– Выглядишь, как она, говоришь, как она, и весь в ее слабостях ползучих. Тебе мужиком надо стать.
Грей попытался справиться с гневом.
– Папа, перестань, – сказал он. – Не вынуждай меня тебе отвечать.
Отец пинком отправил его на пол. Грей лежал на животе и надеялся, что родитель уймется и поковыляет прочь, но тот вместо этого выхватил велосипедную цепь, которая хранилась у него в шкафчике, и хлестнул Грея по спине.
Грей поморщился, когда ее звенья вонзились в тело, но вообще он давно перестал обращать внимание на физическую боль.
– Ты – баба, сукин сын, и мать твоя была шлюхой, сучкой, которая своего места не знала…
Грей не выдержал.
Он любил этого человека, как каждый мальчик любит своего отца, каким бы чудовищем тот ни был. Но любовь не исключает ненависти. И в тот вечер Грей обрушил на него шестнадцать лет этой ненависти, выместив шестнадцать лет насилия, физического и психологического. Больше того, он целую жизнь наблюдал, как отец издевался над мамой, и теперь пришло время расплаты.
Когда все кончилось, он постоял над отцом, скорчившимся на полу слюнявым месивом крови и боли. Потом схватил несколько вещей, под отцовские проклятия вышел за дверь и ни разу не обернулся.
С самого детства Грей сомневался в том, что он – хороший человек. После того дня, когда он не сдержался и жестоко наказал отца, вместо того чтобы просто сбежать, вопроса, не обитают ли в нем демоны, больше не существовало.
И он их боялся.
* * *
Подходя к своему дому, он держался за мысль о том, что, кроме демонов, есть в нем и кое-что еще. Это было врожденное желание помогать другим, которое жило у него внутри, сколько он себя помнил. Хотя порой Грей и сомневается в искренности этого желания. Возможно, оно не было подлинным, и просто, как утверждают философы, маскировало эгоизм, а возможно, служило лишним поводом, чтобы просто выплеснуть злость. Но независимо от веры, Грей мог ему следовать. Мог творить добро с его помощью. И сейчас у него была такая возможность. Он найдет Уильяма Эддисона, если там осталось хоть что-нибудь, что можно найти. И сделает это не по службе, не ради посла и уж точно не для Харриса. Он найдет Эддисона, потому что тому нужна помощь. Этого вполне достаточно.
Зазвонил сотовый, и Грей посмотрел на экран. Нья.
– Есть кое-что, о чем вам нужно узнать, – сказала она. – И немедленно.
– В чем дело?
– Кто-то угрожает Тапс. Она цела, но очень напугана.
– Проклятье!
– Криминалисты обработали и изучили снимок протекторов. Это след внедорожника «Мерседес-Бенц ML400 CDI». Модель этого года.
– Их в Зимбабве не так много, на них ездят только правительственные холуи, – заявил Грей. – Только не обижайтесь.
– Угадайте, у кого еще такая машина, – предложила Нья.
– У кого?
– У Лаки.
Грей обдумал эту новость.
– Шины и поменять можно.
– Конечно, можно. Я не собираюсь с этим к адвокату идти. Но вы-то сами верите, что это просто совпадение?
– Нет. Нет, не верю.
– Грей, мы знаем, что нас заметили во время обряда, а Лаки видел вас в своем клубе. Одно послание вам уже передали. Возможно, вам лучше пожить в гостинице. Могу это организовать.
– Я никуда не поеду, – сказал Грей.
– Хотя бы подумайте об этом!
– Нет.
Возникла пауза.
– Ладно, это ваш выбор. Но я решила, что вы должны как можно скорее узнать про Лаки.
– Спасибо, – поблагодарил Грей. – На самом деле, спасибо.
– И еще одно.
