Им еще ни разу не пришлось остаться наедине. Собственно говоря, они не имели даже возможности побеседовать друг с другом. И тем не менее… она знала, что именно чувствовал Джино. Он был в этом уверен. Он замечал ее взгляды, которые она бросала на него, сидя за столом напротив: се голубые глаза следили за каждым его движением, изящно очерченные губы подрагивали, рука невольно поднималась к лицу, чтобы отбросить в сторону локон.
Джино вовсе не вожделел ее тела: он испытывал к ней совсем иное чувство. Хотелось защищать ее, заботиться о ней. Может, даже жениться на ней.
Боже! Эта мысль вызвала у Джино улыбку. Да кто он такой, в свои девятнадцать лет только что выпущенный из тюрьмы и не имеющий никаких перспектив? Л после того как он расплатился с адвокатом, которого нанял, чтобы защитить свои интересы в суде, в кошельке у него осталось ровно две тысячи семьдесят пять долларов. Состоянием это не назовешь. Но не так уж, по сути, и мало. Ведь с его честолюбием рано или поздно, законными путями или нет, он добьется своего, он знал это… А когда такой день наступит, Джино хотелось, чтобы Леонора находилась рядом с ним.
В конце концов, ему еще представится случай поделиться с нею своими планами. Через две недели он должен будет сесть в поезд, который доставит его назад, в Нью-Йорк. Миссис Дзеннокотти он пришелся по нраву, а вот с главой семьи дело обстояло совсем наоборот. О, он был вежлив, даже щедр. Но глаза его ясно давали понять, как именно Франклин Дзеннокотти расценивает сложившееся положение. Ему страстно хотелось, чтобы Джино как можно быстрее убрался из его жизни. Это было написано на его лице столь недвусмысленно, что ошибиться Джино не мог.
Леонора Дзеннокотти прекрасно отдавала себе отчет о природе тех взглядов, которые бросал на нее Джино, они смущали и возбуждали ее одновременно.
— Он кажется мне таким привлекательным, — призналась она своей лучшей подруге, Дженнифер. — Но он ни разу мне ничего не сказал. Только смотрит на меня через стол. Что мне делать?
Дженнифер посчитала все это в высшей степени романтичным.
— Хотела бы я, чтобы кто-нибудь так смотрел на меня, — в задумчивости произнесла она. — Коста даже не знает, наверное, что я существую.
— Коста? Да ведь он моложе тебя. Неужели он тебе нравится?
— Всего на семь месяцев, и он мне правится, ты и сама знаешь об этом.
— Тогда приезжай к нам на воскресенье. Повеселимся! Дженнифер и в самом деле приехала вместе с Леонорой на уик-энд, и в тот вечер за столом завязалась оживленная перестрелка взглядами. Мэри и Франклин Дзеннокотти оставались в полном неведении относительно настроений сидевшей в комнате молодежи. К тому же у отца разболелась голова, и он встал из-за стола еще до того, как был подан кофе. Мэри не потребовалось много времени, чтобы последовать за мужем.
Впервые Джино оказался в одной комнате с Леонорой, когда рядом не сидели ее родители, бдительно следящие за его манерами.
— Как дела? — промямлил он. — Как школа? Она провела языком по бледным губам.
— Спасибо, там все отлично. — И после короткого молчания:
— А ты? Нравится Сан-Франциско?
— Он отлично проводит время, — влез Коста. Леонора поджала губы. Как сильно изменился Коста после приезда Джино. Она вовсе не была против того, что се сводный брат расцветал и набирался уверенности в себе, однако ее ничуть не приводило в восторг то, что он лез отвечать на вопросы, заданные его другу.
Установившееся молчание нарушила Дженнифер.
— Почему бы нам всем не пойти искупаться? Здесь так жарко. Это было бы здорово.
— Да, — согласился Джино. — Отличная идея.
— Папа никогда не разрешит… — начала Леонора.
— Папа никогда не узнает, — перебил ее Коста. — Он уже выпил свои пилюли от головной боли, и если мы тихонечко…
— Но почему обязательно в бассейне? — поинтересовался Джино. — Если пойти на пристань, то там нам не придется беспокоиться о том, чтобы тихонечко…
— Конечно же! — Дженнифер любила всякие приключения. — Ну пожалуйста!
— Мы не можем оставить дом, — твердо заявила Леонора.
— Эй, неужели тебе не хочется узнать меня получше? — На нее в упор смотрел Джино.
Она явственно ощутила, как по телу пробежал разряд, и тут же переменила свое решение.
— Мне нужно надеть купальник. Пошли, Дженнифер, я одолжу тебе какой-нибудь из своих. Мы переоденемся наверху, а сверху натянем платья.
— Послушные девочки. — Джино с одобрением кивнул. Не прошло и получаса, как они уже вовсю плавали в черной воде доков.
— Как здорово! — воскликнула Дженнифер. — Коста, давай наперегонки!
Джино подплыл ближе к Леоноре, заколовшей высоко свои роскошные волосы. Они вместе плескались в воде у борта чьей-то рыбацкой лодки.
— Я не очень-то мастер говорить разные слова, — вдруг вырвалось у Джино, — но хочется сказать тебе, что я сейчас чувствую.
У Леоноры участился пульс.
— Да? — едва слышно выдохнула она.
— Ну… знаешь… ну… О Боже! Не представляю себе, на что может быть похожа любовь. Но, Господи! Если это вроде бы как замерзнуть в воде, то я уже замерз — понимаешь? — Он протянул ей руку. — Это правда.
— Я знаю, что ты хочешь сказать, — прошептала она в ответ. — Мне кажется, что у меня такое же ощущение.
— Эгей! — Джино подумал, что сейчас захлебнется от счастья. Никогда ранее не доводилось ему испытывать ничего подобного.
Они плыли к берегу до тех пор, пока не ощутили под ногами дно. Там он очень нежно сжал в ладонях лицо Леоноры и поцеловал. Он старался не коснуться се своим телом, но Леонора прижалась к нему, возвращая поцелуй;
Джино почувствовал, как в него уперлись ее мягкие груди, как теплые бедра соприкоснулись с его ногами. Он знал, что она неизбежно ощутила несгибаемую твердость в его плавках, твердость, с которой даже холодная вода ничего не могла поделать.
— Я люблю, люблю, люблю тебя, — шептал он между поцелуями. — Люблю, люблю, люблю.
— Я тоже, Джино, я… тоже.
Руки его непроизвольным движением легли ей на грудь, и она не оттолкнула его. Он не общался с женщиной с того самого момента, как вышел из тюрьмы, но ведь сейчас рядом с ним Леонора, и ему удавалось держать под контролем свои инстинкты.
— Господи, — негромко проговорил он. — Мне не хочется, чтобы все это было так.
— Почему? Будем делать то, что хотим делать. — Она покрывала его страстными поцелуями. — Никогда мне не было так хорошо.
В этот момент, брызгая друг в друга, к ним подплыли Дженнифер и Коста.
— Давайте с нами, — жалобно сказала Дженнифер, — без вас скучно. Я-то думала, что мы поплаваем наперегонки.
Джино неохотно отдалился от Леоноры.
— Ну конечно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
