общем, местные толстосумы платили деньги за интересное времяпровождение и хорошую компанию. А изысканные манеры и неизменная обходительность Дейва придавали этим сборищам некий великосветский лоск и ореол элитарности.
— Ставочку не желаете? — подскочивший к столу кобольд, как из под земли вынырнул.
Сидящие игроки удивленно переглянулись — раньше подобной бесцеремонности здесь не наблюдалось. Кобольдов, кстати, тоже.
Дейву чужая инициатива не понравилась: соприютников ему и дома хватало. С излишком! Давно бы от некоторых избавился, да огорчать милую Виеру не хочется, — она такая ранимая. Он вежливо извинился и как-то совершенно незаметно, очень естественно, переместил назойливого букмекера в сторонку.
Напарник немного не к месту, но очень вовремя завел разговор о случившемся сегодня курьезе. Игроки оживились, история о сломавшем то ли ногу, то ли шею чиновнике была у всех на слуху.
— Представляете, он погиб в сточной канаве! Прямо там и захлебнулся!
— Да нет, сначала голову себе разбил, а уж потом…
— Но все равно, какая странная и неприличная смерть! Мог бы и догадаться, какой ущерб она нанесет магистрату!
— Говорят, куратор приюта о какую-то ленточку споткнулся, где только ее нашел?
— Нет, за котенком погнался. Маленьким таким, пушистым, с голубым бантиком.
— Садист! Чем ему милый мурлыка помешать мог?
— Его в детстве кошка поцарапала, с тех пор он за ними постоянно охотился, детская травма. Неужели не знали?
— Я же говорю, садист! Так ему и надо!
О неуместном вмешательстве в игру и его виновнике присутствующие уже не вспоминали, смаковать подробности чужого несчастья было намного интереснее. Дейв едва заметно улыбнулся, напарника он себе подобрал отличного. И очень тактично (если не считать впившихся в чужое плечо пальцев) поинтересовался: какие именно неотложные дела привели глубокоуважаемого кобольда в совершенно неподходящее этому замечательному существу общество? То есть, какого именно черта этот придурок сюда приперся?
— Так за попечительшей следили. А она, то с тобой играет, то чай с булками пьет — скукота! Ну, я и решил время зря не терять, вдруг кто захочет ставочку какую сделать? На победителя в следующей партии, на погоду завтрашнюю, на герцогскую комиссию — снимут нашего градоправителя или опять откупится…
— Прошу простить за некоторые сомнения, но, если мне не изменяет память, Виера облекла своим доверием несколько других существ…
Речь зомби была почти короткой, тон любезным, а воткнувшиеся чуть ли не до кости пальцы — очень сильными. Его собеседнику не потребовалось много времени, чтобы понять: идея со ставочками оказалась не слишком удачной. Да и со слежкой тоже.
Характер у кобольдов скверный и неуступчивый, телосложение кряжистое, кости крепкие, но… Чужая вежливость (и стальная хватка) произвели на самодеятельного букмекера неизгладимое впечатление. Проверять, что сломается первым, хорошее воспитание рассерженного Дейва или собственная конечность, как-то не хотелось.
— Ладно, ладно, извините, уже ухожу. Не надо злиться, мы ж как лучше старались! Вон, посмотрите на этого балабола, какой с него толк?
Шулер вежливо посмотрел в указанную сторону, и его собеседник застонал от боли: взбешенный Дейв непроизвольно попытался сжать руку в кулак, совершенно забыв, что этому может помешать такая незначительная деталь, как чужое плечо.
Следившему за председательшей попечительского совета лепрекону тоже стало скучно, и он тоже решил заняться любимым делом. Поболтать. Благотворительная дама доедала уже третью булочку, ничего интересного вокруг не происходило, так почему бы не поделиться с окружающими парочкой свежих сплетен?
— И вы представляете, какие ужасы у нас случились, и кто оказался во всем виноват? У нас постояльцев магистратские чинов… — Крепкая рука неслышно подошедшего зомби, дружески приобняла не в меру разговорчивого лепрекона. Совершенно случайно прикрыв ему заодно и рот. Излишне разговорчивый шпион забулькал, попытался вывернуться, закричать, укусить, но… Избавиться от новообретенного приятеля не удалось, Дейв держал крепко.
— Прошу извинить меня, уважаемые дамы и господа, боюсь, что мое замечание покажется не совсем соответствующим правилам приличия, но, мне кажется, что столь назойливые попытки пополнить собственной персоной наше скромное общество, не слишком учтивы и совершенно неуместны…
Собравшиеся, наконец-то, отвлеклись от обсуждения тайных грехов злосчастного куратора и одобрительно закивали. Бульканье под рукой затихло. Лепрекон то ли смирился со своей участью, то ли удалось ему не только рот, но и нос закрыть. Было бы удачно. Подоспевший напарник утащил незваного гостя за дверь, кобольд исчез из гостиной еще раньше, так же незаметно, как и появился: ставочки — дело хорошее, но своя шкура дороже.
Шулер, еще раз извинившись, вернулся к прерванной партии. Сидевший за столом чиновник мог рассказать много интересного, а лишняя помощь милой Виере точно не помешает.
Об охоте и соперничестве.
Господин Наррин любил прогуливаться по вверенному его попечениям городу. Наблюдать, как поспешно кланяются и уступают дорогу горожане, приветливо улыбаются дамы, усердно вытягиваются во фрунт стражники. Обронить пару слов о погоде — местная власть близка народу, сделать мимоходом замечание и с удовольствием посмотреть, как вытягивается и бледнеет чье-нибудь лицо. Идущая за спиной охрана, вечные просители и прихлебатели, встреченные по пути знакомцы создавали некое подобие свиты, придавая променаду особую торжественность. Пусть все видят, хозяин города обходит свои владения.
Но сегодня чиновник был не в духе и разогнал всех подхалимов, оставив только парочку охранников. А все эта герцогская проверка, будь она не ладна! Сколько проблем из-за нее, сколько хлопот. К каждому, кроме денег, еще и свой подход нужен. С главой комиссии договориться почти удалось, от приготовленной для него забавы он нипочем не откажется.
Господин Наррин чуть приметно улыбнулся, привычно восхищаясь собственной находчивостью и хитроумием. Придуманная комбинация позволяла поймать в свои сети даже не двух, а сразу трех упитанных зайцев: угодить герцогскому посланнику, получить на него компромат, и хорошенько насолить вызвавшим его неудовольствие. Но усилий для этого пришлось потратить немерено, даже знакомого мага из столичной академии привлечь, на портальную арку потратиться. Сплошные расходы!
Занятый своими невеселыми мыслями градоправитель на вечернее небо и робкие отблески едва проклюнувшихся звезд не смотрел, подобная романтическая чушь ему даже в голову не приходила. Другое дело, проверить, как соблюдается недавно принятый указ об уличном освещении, за этим действительно проследить надо! Но фонари вдоль прогулочного маршрута чиновника горели исправно (еще бы!), даже голову поднимать не надо — и так видно. Давно привыкшая к всеобщему почтению охрана тоже наверх не смотрела, она и по сторонам-то не слишком оглядывалась.
Громоздкие силуэты летящих следом горгулий никто не заметил. Но те, против ожидания, вели себя вполне прилично: ниже крыш не спускались, ни в кого не плевались, ничем не швырялись и даже молчали. Крылатые бестии сделали крупную ставку на то, что
