— Софие чужды эти игры, — ответил Франко. — Она не пустая кокетка. Не заговаривай мне зубы, брат. Там влез кто-то третий. Хельда? Нашла моей невесте жениха из клана и пытается их свести?
Фредерико промолчал в ответ. Так, как умел ещё в детстве. Его проглоченные слова отозвались тяжестью в животе Франко. Брат что-то знал. Но если сам не захочет рассказать, то выпытывать бесполезно.
“О, где ты, мой дар? — в который раз подумал слепец. — Скорблю безмерно и пью вино в память о тебе”.
— Мы идём за книгой? — перевёл тему младший Гвидичи.
— Да. Найди мешочек с камнями, пожалуйста.
Межмировые порталы открывались настолько сложно и долго, что не каждый маг выдерживал нагрузку. Франко придумал хитрость. Подглядел, как элезийцы развешивали петли на артефакты, и сделал также. Только вместо побрякушек, якобы увеличивающих силу мага, взял минералы.
Аметист хорошо держал энергию, розовый кварц, цитрин, гранат. Ещё зрячим Франко тщательно выбирал будущий инструмент. Считалось, что ущербные камни не так хороши, как чистые, но сколы и зазубрины помогали различать их на ощупь. Кто ж знал, насколько это пригодится? Изначально старший Гвидичи хотел подстраховаться. Камни материальны. Когда воронка портала затягивала с головой, он держал себя в реальности, зажимая в кулаке особую разновидность гранита. Едва заметная царапина на его отполированных гранях легко находилась ногтём.
Фредерико двигал мебель, расчищая место для будущей арки. Судя по шороху, убрал даже ковёр. Франко разложил камни, зачерпнул силы, но понял, что не может сосредоточиться.
— Кто он? Кто должен по мнению Хельды заставить Софию забыть обо мне и остаться в Клане Смерти? Ты знаешь его имя, иначе бы не молчал.
— Это смешно, брат, — Фредерико продолжал играть роль весельчака, но бравады в голосе поубавилось. — Ты открываешь порталы в другие миры. Делаешь то, что больше никому не под силу, но до сих пор не уверен в себе.
“Отец постарался, — хотелось съязвить. — Пятнадцать лет называл меня выродком и грозился запечатать силу”.
— Кто он? Обещаю не убивать его… Сразу.
Фредерико упрямо молчал. Покрывал кого-то из своих друзей? Разведчика Шеара? Он, вроде, женат. Нового командира охраны? Бездна, как его звали…
— Что с тобой случилось, Франко? Ты рвался забрать Софию домой, ругался с Кеннетом и вдруг пропал. Передумал жениться? Или считал, что сможешь общаться с будущей супругой на безопасном для тебя расстоянии? Так не бывает. С женщиной нельзя встречаться чуть-чуть. Шаг вперёд и три назад. “Я верю в пророчество, я забрал тебя из родного мира, но пока не договорюсь со своими демонами, ничего между нами не будет”.
— Ты повоспитывать меня решил? — тихо спросил слепец. — Изображаешь отца?
Выдох застрял где-то в груди, в ушах звенело. Действительно ли дело только в Лиане или он испугался? Верил, что смог забыть боль, оставленную Амелией, но до сих пор беззвучно кричал? “Обжегшись на молоке, дуешь на воду”.
— Франко, — младший брат встал рядом и положил руку ему на плечо. — Я помню наш уговор. Не помогать, если ты не просишь. Но опыта с женщинами у тебя нет. Наломаешь дров — потом не вывернешься. Каким бы гением ни был.
— Хорошо, — в груди ещё болело, но узел уже развязывался. — Что ты предлагаешь? Сыграть свадьбу прямо сейчас? Или похитить невесту из особняка Делири и запереть у себя в доме?
— Нет, есть идея получше. — Брат улыбался. Должен был. — Вам нужно переспать.
Слепец фыркнул и расхохотался. Фредерико оставался верен себе. Может, поэтому его так любили женщины?
— А почему ты смеёшься? — притворно негодовал он. — Я серьёзно. Ты же ведь собирался провести ночь с невестой?
— Теоретически да.
— Теоретически? — теперь смеялись оба. — Нет, так не пойдёт. Дети из воздуха не берутся. Дракон должен залететь в пещеру, тычинка найти свой пестик.
— Не спорю, — от смеха уже болел живот, но стало невероятно легко. — И не собираюсь увиливать от зачатия. Однако как ты это себе представляешь? Я на ощупь едва нахожу твой затылок, чтобы взъерошить волосы, а тут целая сцена близости. Я буду выглядеть неуклюже и нелепо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Нашёл, о чём волноваться, — растягивая слова, ответил Фредерико. — Все такие. У меня в первый раз то падал, то вставал. Я старался скрыть неловкость, покрывая поцелуями грудь и живот девушки. Бормотал ей какую-то ерунду, даже стихи читал. Битый час мучился, потом сделал, что собирался, и сбежал. Думал, не переживу позора. Всё, жизнь кончилась, я был феерически плох, как мужчина. А девушка подругам рассказывала о лучшей близости в её жизни. “Никто ещё не уделял мне так много внимания”. А Кеннет? Он вообще не донёс. Коснулся бедра девушки и сразу кончил. Не растерялся же. “Прости, дорогая, я потерял голову от твоей красоты. Следующий раз будет только для тебя”.
Франко окончательно расслабился. Хотел пошутить, что если он станет подкалывать Кеннета, вспоминая его “не донёс”, то брат лишится места главы совета. Но вряд ли Делири можно смутить чем-то подобным.
— Ладно, я учту. И постараюсь последовать совету. Хоть и не понимаю до конца, почему он сработает.
— Мужчине, чтобы влюбиться, достаточно взять на себя ответственность, — философски заметил Фредерико, — а женщине почувствовать себя счастливой в постели. Не жди свадьбу. И помолвку тоже не жди. Иначе глазом не успеешь моргнуть, как потеряешь невесту.
Франко кивнул в ответ и снова взялся за камни. Портальную арку в другой мир открыл легко. На вдохновении, как говорил Плиний. Квартиру Софии, хвала богам, ещё не разнесли новые хозяева. Вещи шаманки лежали на своих местах.
— Пыли стало больше, — рассказывал Фредерико, гуляя по комнате. — Цветы засохли в горшках, но в целом всё такое же.
— Ищи синюю папку с книгой. На обложке написано "Всадники Укока".
— Подожди. Заклинание-переводчик повешу. В их языке слишком много букв и выглядят они не так, как наши.
Франко запнулся обо что-то. Чуть не уронил, но поводив руками по отполированному дереву, понял, что это стул. Уселся без помощи брата. Высшая магия требовала предельной сосредоточенности. Пока старший Гвидичи держал портал, младший читал заклинание, посрамившее усилия ведьм.
— Так-то лучше. Устраивайся удобнее, ага. Книг на полках много, папок тоже, мы здесь надолго.
Слепец не возражал. Украдкой тянул носом воздух, пытаясь уловить тонкий, присущий одной Софии, аромат, но комната слишком долго простояла без хозяйки. Как она выглядела? Что любила?
— Что ты делаешь, Фредерико? Я слышу шелест страниц.
— Нашёл "всадников", копирую подглядой. Решил, что надо. Софию выдернули из дома внезапно. Ни вещи не дали собрать, ни опомниться. И все, что она попросила принести из её мира — эта книга. Она обязана быть ценной.
— Логично, — Франко заёрзал на стуле. — А прочитай, что там. Пожалуйста.
— Легко. "На Укоке, одном из самых высокогорных плато Алтая, окруженном крупнейшими ледниками Центральной Азии, скованные льдом древние могилы выглядят естественным продолжением окружающей природы, частью картины мира. Лед и холод присутствуют в этой картине постоянно, даже в летние месяцы не тают огромные наледи по берегам рек, к утру корочка льда покрывает гладь озер, а выпавший внезапно снег или низкая ночная температура парализуют на время растительную и животную жизнь”.
Младший Гвидичи выхватывал абзацы из текста, читал, переворачивал страницу и снова читал. Ещё одни древние кочевники. На первый взгляд ничего особенного. Исследования учёных, набившие оскомину пространными рассуждениями и бесконечными ссылками на другие исследования. Зачем они Софии? Ради подтверждения фальшивого образа кочевницы сквозь грань миров не проходят.
— Там есть рисунки? Схемы, таблицы, карты?
— Всё есть, — отозвался Фредерико. — Даже растения, дурманящие разум, и наскальное творчество.
В животе что-то щёлкнуло.
— Драконы? Там нарисована девушка, сидящая верхом на драконе?
— Нет, — цокнул языком брат, — но звери такие же древние и уже не существующие. Рога — моё почтение. Тела у всех перекручены. Передние ноги внизу, а задние вывернуты наверх. Никогда такого не видел.
