я и дернула рукой: – Да отпустите вы! Зачем вцепились?
Он нависал, и его близость нервировала, хотелось отодвинуться подальше.
– Потерпите, требуется физический контакт, – удержал меня король, возвращаясь к официальному обращению. Поневоле оценила силу мужской хватки, с которой пришлось считаться. – Сейчас они погаснут, и на два анка мы свободны.
– На два чего?
– Анка. В сутках у нас двадцать пять анков.
– У нас в сутках двадцать четыре часа, – сказала я и спросила: – А что будет через два анка?
– Они засияют вновь, а еще через анк начнут нестерпимо жечь.
– И у меня?
– Не знаю, вы спали.
Ну Купидон, ну удружил!
– Постойте, а ночью нам что делать?! – пришел мне в голову резонный вопрос. Король зло посмотрел на меня, а я воскликнула: – Даже не думайте! Я не буду с вами спать!
– Если не поговорите с принцем, то все равно придется. Как жене, – язвительным тоном просветил меня супруг насчет ближайшего будущего.
От такой перспективы выделываться резко перехотелось, но я не собиралась так быстро сдаваться.
– Мне нужны гарантии, что меня больше усыплять и травить непонятно чем не будут.
– Вас никто не травил! – оскорбился король.
– Да? – А вот имею все основания усомниться. Между прочим, по первому пункту ему хватило совести не возмущаться. – Я сама по себе заснула? А что за гадость подсовывали мне в кубке, как только я проснулась?
– Капли, вам их лекарь прописал как укрепляющее. Их нужно пить в течение пяти дней.
– Чтобы спать беспробудным сном? – вскинулась я.
– Чтобы восстановить здоровье! – начал закипать супруг, и в его голосе явственно слышались рычащие нотки. – Ему не понравилась ваша спина, воспаление полностью не прошло.
Я не верила. Что-что, а спина меня совсем не беспокоила. В отличие от резкого переноса в объятия Морфея.
– Да хотите, я сам их выпью! – вспылил король, видя мое откровенное недоверие.
– Не хочу, – мрачно ответила я. – Айкру мы вместе пили. Не знаю, как вы это сделали, но я больше с вашей семейкой ничего пить не буду!
– Дело ваше. Моего слова вам достаточно?
– Ваша мать по вашему распоряжению меня усыпила? – спросила я, но тут и сама вспомнила его «спасибо» во время чаепития и благодарный взгляд. Выводы сделала. – Ее инициатива была. Значит, вашего слова мне недостаточно.
Мои пальцы больно стиснули, наверное, в это время представляя шею.
А мне было плевать на то, что он бесится. Если их не приструнить, так и буду из себя Спящую красавицу изображать, а слугам только и останется, что пыль с меня стряхивать.
– Значит, так. Требую письменное заверение и магическую клятву, если таковая имеется, что ни вы, ни ваша матушка, ни родственники с друзьями, знакомыми и подчиненными не причините мне вреда. Иначе такой поступок будет приравниваться к государственной измене и строго караться.
– Вы в своем уме? Это переходит все границы! – процедил король.
– Вы первые их перешли! Знаете, как-то неприятно, находясь, можно сказать, в кругу семьи, ни с того ни с сего отключаться на ровном месте. А потом слушать ваше невнятное блеянье о том, что я сама виновата.
– Блеянье? Вы меня сравниваете с козлом?
– Заметьте, вы это сами сказали! Но спорить с таким определением не буду.
Козел и есть! Я к ним со всей душой, а он спокойно наблюдал, как меня опаивают.
Мы с ненавистью уставились друг на друга, и в его глазах горела жажда убийства – с не меньшей силой, чем наши вновь вспыхнувшие татуировки. Наверное, мысленно убивал меня всеми известными способами, а божественная магия не одобряла, напоминая мужику, что я ему живая нужна.
– Я ваша жена, нравится вам это или нет, – тихо произнесла я. – Как мужчина, вы должны защищать меня и оберегать. Но это не ваша сильная сторона, как мы выяснили. Потому мне приходится о своем благополучии думать самой. Я слова принцу не скажу, пока не буду уверена в своем будущем. Думаете, я не понимаю, а: что как только вы получите развод, то видеть меня не захотите? Да и не нужна я вам во дворце – мешаться под ногами и напоминать своим видом о факте нашего короткого супружества. Поэтому мне нужен титул, земли и деньги, чтобы я могла достойно жить и больше не напоминать о своем существовании.
– Вижу, вы все продумали.
Пренебрежение в его голосе не остановило меня и не заставило замолчать.
– У меня нет семьи, родных, никого, кто бы вступился за меня. Я вынуждена полагаться на защиту короны. Но чего стоит ваше слово, если я больше не чувствую себя здесь в безопасности? Поэтому мне нужен официальный документ, защищающий меня и приравнивающий к лицам королевской крови. Чтобы дважды подумали, стоит ли меня обижать, усыплять и проводить эксперименты над моим здоровьем.
Король отшатнулся, резко разъединив наши руки, словно обжегшись.
– Будет вам документ! – зло бросил он и ушел. Так же стремительно, как и вошел.
Как-то это входит у него уже в привычку.
Я немного посидела, ожидая непонятно чего. Татуировка продолжала светиться, но жжения не было. Хоть что-то! Хотя это может быть только вопрос времени. Но я надеялась, что у Купидона есть совесть и в мою сторону репрессий не будет.
Боевое настроение прошло, и я ощутила навалившуюся слабость. Взгляд упал на кубок. Пить или не пить, вот в чем вопрос! С одной стороны, боязно, а с другой – вдруг это и правда всего лишь микстура, прописанная лекарем.
От выбора избавили робко заглянувшие служанки, поинтересовавшись, можно ли войти.
– Да, входите! И позовите мою служанку Ришу.
Я посмотрела на вошедших, отметив, что старшей служанки, которая была днем, среди них нет.
– Ваше величество, вы чего-нибудь желаете? – спросила у меня та, что дежурила у постели, стараясь смотреть в глаза. Все остальные косились на сияющую руку.
– Да, иди сюда.
Вот и проверим, так ли безобидно то, чем она пыталась меня напоить.
– Возьми кубок.
– Прошу. – Служанка выполнила приказ и протянула его мне, подумав, что я решила выпить.
– Это укрепляющие капли?
– Д-да.
– Пей.
– Простите?!
– Пей. Вреда ведь не будет.
Та медлила, и я уже жестко приказала, чувствуя себя при этом едва ли не членом семьи Борджиа:
– Пей!
Девушка чуть помедлила, но под моим требовательным взглядом выпила.
Несколько долгих мгновений мы смотрели друг другу в глаза. Она чуть испуганно, а я выжидающе. Но в конвульсиях биться она не спешила, даже румянец на щеках стал появляться. Поняв, что с ней все в порядке, я внутренне выдохнула.
Конечно, и у нее может быть какой-то артефакт, или что там у
