и представлял, как Нуар потешается, наблюдая за нами. Отомстил так отомстил, с особой изощренностью! Лишь опасение, что бог еще сильнее разгневается, если я ее убью, сохраняло ей жизнь. В некоторые моменты я уже готов был смириться даже с отсутствием в своей жизни детей!
А раньше-то я гордился своей способностью держать эмоции под контролем!
Свалившаяся на мою голову жена раз за разом лишала меня привычного самообладания. Я привык к почтительности и повиновению. Одного взгляда порой достаточно, чтобы собеседник вспомнил о том, с кем разговаривает, и не переходил черты. Этой же чужеземной принцессе было плевать на субординацию. Она смела разговаривать возмутительным тоном, требовать и отчитывать, словно я слуга, а не правитель страны, куда ее занесло.
Лишь ее излишняя самоуверенность убеждала меня в том, что она принцесса. Никто иной не посмел бы разговаривать с королем на равных. Она же ведет себя с уверенностью человека, привыкшего к уважительному отношению и никого не боящегося. Бесстрашно требует к себе отношения согласно занимаемому положению, и это при всей шаткости своей позиции. Удивительный апломб!
Как же я был зол, когда увидел ее в покоях, подготовленных для Элизабет. Шел с твердым намерением выставить нахалку, если потребуется – даже с помощью стражи, а в итоге меня самого выставили!
И я бы с удовольствием вычеркнул наш разговор из памяти, чтобы не вспоминать, что она мне говорила, как говорила и в каком виде!
Да, она горячо убеждает, что не желает становиться королевой и быть мне женой, но при этом в свой изменившийся статус вцепилась мертвой хваткой, не позволяя о нем забыть.
Ей удалось своим поведением испоганить даже встречу с Элизабет. На девушку, показательно стоящую рядом с королевой-матерью и не склонившуюся в реверансе, смотрели все. Я горько пожалел в тот момент о том, что разрешил ей присутствовать. Была мысль запереть ее в покоях, но представил, в каком гневе будет эта фурия после, и не решился. Рано с ней ссориться, рано. Мне необходимо от нее добровольное согласие на расторжение связавших нас уз.
Даже не совсем это, ведь можно и принудить при надобности. На данный момент мне жизненно необходимо, чтобы о нежелании сохранять наш брак она заявила и Элизабет, и ее брату, и всем их сопровождающим, когда правда откроется.
Только понимание этого заставило меня сдержаться и оставить ее в королевских покоях. Стерпеть, когда она открыла рот, приветствуя гостей, словно хозяйка. Всему свое время! И тогда я припомню ей каждое дерзкое слово.
Она же после развода собирается остаться жить здесь. Только упускает пока одну маленькую деталь: тогда я стану ее королем, но она уже не будет королевой!
Я даже свадьбы с Элизабет ждал меньше, чем момента, когда смогу приструнить чужачку.
Вот так живешь, считаешь, что управляешь своей жизнью, а в один прекрасный момент забытый божок играет твоей судьбой, словно детскими кубиками. Не наградил он меня такой женой, а изощренно наказал! Главное, я пока не нашел, как избавиться от брачных татуировок…
Было бы хоть чуть-чуть больше времени! А так все одно к одному. Не успели вернуться, как приехала и невеста. Если бы мы не потеряли день в глуши из-за пошатнувшегося здоровья новоявленной жены, я бы успел предложить гостям из Лимасса хоть какой-то приемлемый выход. Сейчас же я хожу по краю. Если брат Элизабет вспылит и посчитает, что их смертельно оскорбили, дипломатические отношения с Лимассом будут разорваны.
Нельзя этого допустить! Брак с Элизабет, помимо милой и угодной сердцу жены, принесет немало выгод для страны. Мы так долго вели переговоры, и я не позволю какому-то Нуару все разрушить! И без этого в Лимассе есть противники нашего союза, им только дай повод.
Я думал объяснить ситуацию Дамиану и попросить об отсрочке свадьбы, не посвящая остальных в подробности. Но поведение жены при встрече гостей спутало все планы. А сейчас мы соберемся на обед, и она наверняка рассчитывает сидеть рядом со мной за столом. Это без всяких объявлений скажет всем о ее статусе.
Дамиан и так уже что-то подозревает. Я кое-как успокоил младшего принца и согласился, что нам нужно обязательно поговорить наедине. Чуть позже. Хорошо Элизабет, это невинное дитя не подозревает, какие страсти бушуют вокруг. Я не мог позволить, чтобы сложившаяся ситуация ранила ее. Нежно попрощался с ней и отпустил отдохнуть с дороги.
Расставшись с гостями, зашагал к матери. Видел, как она уводила за собой Элису, и надеялся, что сумеет ее приструнить, чтобы не привлекала к себе внимания. Мне только скандала не хватало во время обеда!
Уточнив у лакея, где сейчас королева, поднялся в ее личные комнаты. И меньше всего ожидал, что она будет мирно сидеть за столом с моей женой!
– Матушка?!
– Проходи, дорогой. А мы с Элисой решили лучше узнать друг друга. Я как раз показывала, какой прекрасный вид открывается отсюда.
Это так. Окна выходили на парк, позволяя с высоты оценить красоту ухоженной территории. Мать в свое время приглашала лучших садовников и архитекторов. А некоторые эскизы даже сама делала.
– Выпей с нами чашечку айкры.
Заинтригованный, я прошел к столику у окна и присоединился к ним. Судя по довольному блеску глаз, матушка что-то задумала. А вот жена при моем появлении напряглась и смотрела настороженно. Зря опасается, я не собирался ругать ее за своеволие. Мне еще нужно уговорить ее быть тише воды за обедом.
Королева сама налила мне отвар из айкры, но стоило взять чашку в руки, как артефакт в кольце сообщил еще об одном ингредиенте. Я бросил взгляд на мать, а она ответила мне многозначительной улыбкой. В груди словно пропал давящий груз. Все решилось само собой.
– Благодарю! – тепло сказал ей.
– Рада помочь.
Я пригубил из чашки, наслаждаясь вкусом. Добавленная травка не окажет на нас никакого действия, артефакт подавит его, а вот чужачка не защищена. Нужно будет на будущее обеспечить временную жену защитой, ее здоровье имеет для меня первостепенное значение. Пока. Да и потом ей в жизни пригодится. Останется подарком. А сейчас грешно не воспользоваться столь удачно сложившимися обстоятельствами.
– Вы так красноречиво переглядываетесь… Если бы не пили одно и то же со мной, я бы решила, что мне что- то подсыпали.
Я вздрогнул от столь откровенных слов, посмотрев на Элису. Никак не привыкну к ее манере прямо высказывать свои мысли.
А она не глупа! Но даже если и заподозрит что-то потом, доказательств у нее нет. Зато мы выиграли время.
Элиса неожиданно зевнула, поспешно
