– Знаю… – прикрыв глаза, глухо говорит глава стражей. – Но Салара верит, что выдержит.
– Она любит тебя. Спит и видит себя твоей женой. Поэтому готова рискнуть жизнью. Глупо. Зря она надеется на счастливый исход. Если найдется подходящая одаренная, ты женишься на ней. И Саларе придется покинуть дворец и забыть о тебе. Если же нет, то и тогда твоей женой ей не быть. Так и останется в роли официальной любовницы, – равнодушно рассуждает принц.
– Мне не обязательно после женитьбы отсылать Салару. Если захочет, она сможет остаться во дворце.
– Кейн… – осуждающе начинает говорить Фредерик, но брат не даёт ему закончить.
– Если мне придется жениться на выбранной магией девице, совершенно не понравившейся мне, предлагаешь всю жизнь хранить ей верность? Это будет вынужденный брак. С обеих сторон.
– Возможно, будущая жена сможет тебя зацепить, – прекрасно понимая, что конкурировать с хорошо образованной красавицей Саларой Фортье по силам далеко не каждой, а точнее, вообще мало кому по плечам, произносит принц.
– Сомневаюсь. В качестве жены Салара меня устраивает больше всех кандидаток, виденных мною ранее. Поэтому я не планирую с ней расставаться. В своё время ради меня она отказалась от выгодного брака, пошла против своей семьи, выдержала поток осуждения. Это меньшее, чем я могу ей отплатить.
– Это было её решение, Кейн. Её выбор. Ты был с ней честен с самого начала, – не одобряя привязанности брата к Саларе, говорит Фредерик. Эта яркая красотка всегда вызывала в принце подозрения. Да, беспочвенные, бездоказательные. Но было в ней что-то гнилое, глубоко скрытое за маской истинной леди. – Не стоит из-за неё настраивать будущую жену против себя. Наличие любовницы не лучшее начало для семейной жизни.
– Будущей жены ещё нет и, вероятнее всего, не будет. Так что давай пока отложим этот разговор, – не имея желания вступать в спор с братом, безразлично произносит Кейнар. – Давай лучше обсудим новости, гуляющие по замку. Зачем приезжает граф Белфрад?
– Уже донесли? – одобрительно хмыкнув, спрашивает Фредерик.
Люди Кейнара всегда работали оперативно. Даже в его отсутствие не расслаблялись. Шпионили на зависть.
– Отец вызвал его для приватного разговора.
– Вот как… И в чём причина?
– Кажется, в дочери графа. Он собрался выдать её за старика, не имеющего титула.
– Какое дяде до этого дело? Пусть выдаёт. Дочь графа – его ответственность.
– Не знаю, – пожав плечами, равнодушно отзывается принц. – Что-то в этой истории отца заинтересовало.
– Ясно. Что еще расскажешь? – бросив насмешливый взгляд на принца, намекая, что ему всё известно, интересуется Кейн.
– И про Флорейн донесли? – скривившись, спрашивает Фредерик. Вот она, дворцовая жизнь, ничего нельзя утаить…
– Что на этот раз твою фаворитку не устроило? Колье не по вкусу пришлось?
– Если бы, – закатив глаза, отзывается принц. – Приревновала меня к молоденькой фрейлине королевы.
– А ты повода, конечно, не давал, – кивая головой и с трудом сдерживая улыбку, говорит Кейн.
– Разумеется. Всего-то сделал комплемент. Чисто из вежливости. А Флорейн услышала и закатила скандал.
– Смени фаворитку, Фред. Флорейн стала слишком требовательной, – советует глава стражей.
Кейнар всегда легко расставался с дамами, которые начинали его раздражать. Только Саларе Фортье удалось так долго задержаться рядом с ним. Эта девушка всегда тонко чувствовала его настроение и черту, через которую не следует переступать. Салара никогда не ревновала Кейна и уж тем более никогда не устраивала ему публичных скандалов.
– Найти замену Фло непросто. Она превосходная любовница, – при воспоминании о том, что фаворитка вытворяет в постели, на губах принца расползается довольная улыбка.
За такое можно и потерпеть её истерики. А если уж сильно надоест, там и решит, что с ней делать. Пока пусть всё остаётся как есть.
– Как знаешь, – не настаивая, произносит Кейнар и, не сдержавшись, широко зевает.
Усталость наваливается с новой силой. Все-таки двое суток без сна даром не проходят.
– Ложись-ка ты спать, братец. Поговорить ещё успеем, – отставляя пустой стакан на рядом стоящий столик, говорит Фредерик. После чего встает с дивана и идёт к выходу.
Оставшись один, Кейн одним глотком допивает содержимое бокала и отправляется в постель, где буквально через секунду засыпает крепким сном.
Глава 16
Проснувшись ни свет ни заря, какое-то время нежусь в кровати. А потом, пока есть такая возможность, решаю снова искупаться в бассейне.
Когда еще такой шанс выпадет? Скорее всего, после аудиенции у короля граф решит отправиться домой, и времени на маленькие радости у меня не останется. Не до этого уже будет. Все мысли и силы будут сосредоточены на побеге.
Первое время, пока к нам не доберётся Алма, мы с Ланой поживем у подруги няни. Адрес, написанный на клочке плотной желтой бумаги, и письмо от Алмы хранятся у меня. И я оберегаю его так же бережно, как и шкатулку с украшениями, часть которых принадлежала покойной графине, а часть самой Ари.
Я успеваю вдоволь накупаться, когда в дверь ванной раздается стук. Почти сразу за этим Лана сообщает, что ждёт меня.
– Сейчас выйду! – крикнув в ответ, в последний раз ныряю с головой под воду, а потом покидаю бассейн.
Осторожно, чтобы не поскользнуться, протопав мокрыми ногами до полотенца, насухо обтираю тело и волосы. Натягиваю сорочку и только после этого выхожу.
Лану застаю у двери.
В момент моего появления она открывает дверь для служанок, несущих подносы, заставленные едой.
Стало быть, это наш завтрак. Завтрак, рассчитанный как минимум на четверых в меру голодных девушек нашей с Ланой комплекции.
– Спасибо, – благодарит Лана служанок. Те, поставив еду на стол, поклонившись замершей мне, потом Лане, стоящей у двери, идут на выход.
Закрыв за ними дверь, Лана поворачивается ко мне и укоризненно говорит:
– Ари, ну кто же в таком виде перед слугами показывается?
Теряюсь и медленно недоуменно оглядываю себя. Что не так? Сорочка на мне не просвечивает и сидит свободно, скрывая фигуру. Длиной доходит до самых колен. По мне, так всё вполне прилично.
К тому же я
