гостей вообще не ждала.
– Я думала, здесь только ты, – немного растерянно говорю девушке.
– Ты дочь графа, Ари, и должна всегда думать о своей репутации. Только личные служанки могут видеть тебя в таком виде. Перед остальными ты должна представать ухоженной и полностью одетой.
Э-э-э… что-то я не поняла… Какая разница? Служанки, принесшие нам ужин, – женского пола. Подумаешь, в сорочке меня увидели. Что они, господ в непотребном виде не заставали, что ли? Очень сомневаюсь. Заставали, и не раз.
И в чём отличие между личной служанкой и остальными?
Пока я, нахмурившись, пытаюсь понять, что я не так сделала и от чего моя репутация может пострадать, Лана, решившая, что её слова меня обидели, спешит объясниться:
– Ари, прости, если я обидела тебя. Просто я переживаю за твою репутацию.
– Я не злюсь, Лана, просто не пойму, как может пострадать моя репутация от того, что служанки увидели меня в сорочке?
Несмотря на укоризненный тон девушки, я чувствую, она искренне переживает, что обо мне могут подумать дворцовые слуги.
– Слуги любят сплетничать, – многозначительно говорит Лана, будто это всё объясняет.
А личные слуги не любят? Или они связаны какой-то клятвой и просто не могут болтать всё что вздумается?
Не понять мне местных заморочек… Что для меня нормально, в этом мире может запятнать честь Ариеллы. Придётся впредь быть осмотрительнее.
Тяжело вздохнув, решаю сменить тему.
– Давай завтракать.
Направившись к столу с едой, успеваем сделать всего пару шагов, а потом замираем от удивления.
Белая мышка, про которую я совершенно вчера забыла, набивала своё пузико, нагло шаря в наших тарелках. Почувствовав наше внимание, мышка поднимает обиженный и немного высокомерный взгляд, а потом снова продолжает трапезничать.
– Я и забыла, что ты её с собой во дворец взяла, – обращается ко мне Лана.
– Я и сама забыла. Даже не вспомнила вчера о ней, – испытывая вину, признаюсь я.
– Тогда понятно, почему у неё такой взгляд обиженный, – тихо хмыкнув, говорит Лана. – Подождём, пока она наестся?
– Подождём, – вздохнув, соглашаюсь я. Пусть ест, маленькая… А то кто её знает, вдруг решит отомстить и цапнет, если мы к ней сейчас приблизимся?
Пару минут мы с умилением и возрастающим удивлением наблюдаем, как мышка поглощает наш завтрак.
– Куда в неё столько лезет?! – не сдержавшись, восклицает Лана, наблюдая, как летучая мышь доедает четвертый по счёту кусочек мяса, похожего на жареный бекон.
– Не знаю, – пожав плечами, отзываюсь я.
Что-то мне подсказывает что мышка таким образом, объедая нас, мстит за то, что про неё забыли. Маленькая злопамятная мстительница… Посмотрим, сколько в неё еще влезет. Еды-то много ещё осталось.
Через минуту мышка начинает сдавать позиции. Жуёт медленнее, с неохотой. Окинув глазами недоеденное, грустно вздыхает, после чего, взмахнув крыльями, тяжело поднимается в воздух и перебирается на балдахин.
– Наелась, – резюмирует Лана. – Теперь и мы можем поесть.
Приблизившись к столу, выбираем то, что не заинтересовало мышку, и приступаем к завтраку.
До прихода приставленной ко мне служанки, что вчера провожала до комнаты и приносила ужин, мы с Ланой успеваем вкусно поесть и выбрать из взятых с собой нарядов самые приличные и богатые платья для встречи с королем.
Лана как раз затягивает шнуровку на моем платье, когда приходит дворцовая служанка, чтобы помочь мне со сборами.
Где её раньше носило, понятия не имею. Спрашивать даже не думаю. Я тут временно, можно сказать, проездом, поэтому не собираюсь разъяснять и учить, как нужно исполнять свои обязанности.
Ведь если так рассудить, то вина за неподобающий вид, в котором я предстала перед слугами и за который меня мягко отчитала Лана, на ней. Почему она сама не принесла завтрак в мою комнату? Или почему не пришла раньше, чтобы помочь собраться?
Ну да ладно… Бог с ней…
У Ланы же, в отличие от меня, личной служанки не было, да и комната её, по рассказу, хоть и соседствовала с моей, была проще и меньше.
Лану приняли за мою компаньонку, а не за леди, поэтому и поселили рядом, но с меньшим комфортом. Такой вывод делаю я.
Моими волосами уже занималась служанка. Она ловко всего за пару минут соорудила на моей голове сложную прическу. А после, по моей вежливой просьбе, столь же быстро управилась и с волосами Ланы.
Вот что значит опыт.
Рассмотрев себя со всех сторон, остаюсь довольна тем, как выгляжу.
Я всегда предпочитала элегантность яркости и броскости. Впрочем, как и излишнему кокетству и романтизму.
Услышав стук в дверь, служанка спешит открыть.
Как только она это делает, в покои размашистым шагом входит граф Белфрад.
– Вижу, вы готовы, – впервые в его голосе слышу одобрительные нотки. – Король Теодор нас уже ожидает. Лана, ты идешь с нами.
– Хорошо, граф Белфрад, – заметно разволновавшись, отзывается Лана. Она думала, что её пригласят только в том случае, если про неё вспомнит король при разговоре. Но граф решил по-другому.
Может, это и к лучшему.
– Идёмте, – задержав на мне нечитаемый взгляд, бросает граф, после чего первым покидает покои.
Прежде чем последовать на выход, бросаю быстрый взгляд на балдахин. Мышка по-прежнему лежит наверху и, кажется, спит. Вот у кого ни хлопот, ни забот. Поела и спит.
Как бы не забыть её забрать с собой, когда придется покидать дворец. Мышка не пропадёт, в этом я уверена, но всё же некрасиво будет с моей стороны снова забыть о ней. Ведь во дворце она оказалась из-за меня. Значит, и покинуть его она должна со мной.
В коридоре нас ожидает немолодой серьезный мужчина, который, как я понимаю, должен отвести нас на аудиенцию к королю.
– Помни, о чём мы с тобой говорили, Ариелла, – тихо, чтобы нас не услышал провожающий, напоминает мне граф. – Молчи, пока тебя не спросят.
– Я помню, – ровным голосом отвечаю ему, пытаясь унять появившееся волнение. Оно плотным обручем обвилось вокруг грудной клетки и мешает мне свободно дышать.
