Ну же, соберись, Ари. Подумаешь, король… Он тоже человек.
Граф бросает на меня хмурый взгляд, но больше не произносит ни слова.
Весь не близкий путь, занявший у нас не меньше семи минут, мы проводим в молчании. Слышен только звук наших шагов, эхом отдающихся по просторному дворцовому коридору.
Что меня немного удивило, так это отсутствие людей. Нам даже никто из слуг не встретился. То ли все заняты, то ли нас поселили в какое-то отдаленное крыло, чтобы лишний раз глаза не мозолили благородным обитателям дворца. Если так, то неприятненько конечно, но стерпеть можно.
Прежде чем нас впустили в кабинет короля, туда зашел наш проводник, вежливо попросив подождать.
Граф на просьбу недовольно поджал губы, но смиренно остался дожидаться разрешения войти.
Через недолгие секунды провожатый снова появляется в поле нашего зрения. Он распахивает дверь и, придержав её, говорит:
– Король Теодор вас ожидает.
Первым, одарив мужчину-слугу недобрым взглядом, в королевский кабинет, гордо расправив плечи, входит граф Белфрад. Следом, одарив благодарной улыбкой держащего для нас дверь мужчину, следую я. За мной, отставая всего на два шага – Лана.
– Ваше величество, приветствую вас, – склонив голову, уважительно произносит отец Ари.
Подражая Лане, опускаюсь далеко не в таком изящном, как у неё, книксене. А после бросаю на короля любопытный взгляд.
Не могу удержаться. Жуть как интересно на настоящего короля посмотреть.
Его величество сидит во главе широкого, выполненного из темно-красного дерева стола. Его поза расслабленна, но взгляд внимательно изучает в данный момент говорящего графа.
Король не молод, скорее, средних лет. Точнее сказать не берусь. Скажу с уверенностью лишь, что в молодости этот мужчина разбил не одно девичье сердце, ведь даже сейчас его внешность притягивает взгляд. Заставляет рассматривать его пристальнее.
Тонко почувствовав момент, когда король собрался обратить взгляд на меня, опускаю ресницы.
– Леди Ариелла, рад снова вас видеть, – безошибочно определив, кто из нас с Ланой является дочерью графа, приятным голосом обращается ко мне король. – С нашей последней встречи вы повзрослели и стали настоящей красавицей.
– Благодарю, ваше величество, – смущаюсь я совершенно искренне. Не каждый день мне короли комплементы делают.
– А вы, юная леди, кем являетесь? – обращается уже к Лане король Теодор.
– Ланара Сфилл, – тихо пищит Лана, заливаясь краской смущения под пронзительным взглядом короля.
– Ах, Сфилл… Помню-помню… Граф Белфрад взял вас под своё крыло, когда ваши родители трагически погибли.
– Именно так, ваше величество, – вклинивается в разговор граф. – Я вырастил Ланару. Она мне как дочь.
Лана, услышав слова графа, судорожно вздыхает. Но так тихо, что только я, стоящая рядом с ней, это слышу.
Градус моей неприязни к графу достигает предела. Какой же он подлый и лживый человек! Не выношу таких.
Он о Лане забыл сразу, как только завладел её наследством, и не вспоминал до моего с ним разговора.
Бросив на расстроенную девушку ободряющий взгляд, возвращаю внимание к королю.
– Рад слышать, что вы добросовестно, не роняя чести, выполняете взятые на себя обязательства по воспитанию юной леди Сфилл, – спокойно и, как мне кажется, с небольшой иронией говорит его величество. И после переходит к главной теме, из-за которой нас, собственно, сюда и вызвали. – Тем для меня удивительнее, что вы решили выдать дочь за пожилого, не имеющего титула купца. Что сподвигло вас, граф, на заключение договора с Реймондом Хрудом?
– Ваше величество, я давно и очень хорошо знаю господина Реймонда. Он порядочный уважаемый человек. И всегда был добр и учтив с моей дочерью. Поэтому, когда он выразил желание взять Ариеллу в жёны, я дал разрешение. Разумеется, предварительно спросив согласия дочери.
Всё время, что граф разливался соловьем, я наблюдала за королём. И сделала вывод, что он не верит графу. Ни на грамм не верит.
Почему этого не видит сам граф, не знаю. Но для меня это очевидно.
Может, не так и умён он, как я думала. Хитёр, скорее. А вот с умом и наблюдательностью, выходит, у отца Ари не всё в порядке.
– Вы знали, граф, что Реймонд Хруд подозревается в отравлении второй жены? – всё таким же спокойно-доброжелательным голосом спрашивает король Теодор.
Граф после вопроса заметно бледнеет и не сразу находит что ответить.
– Я думаю, это недоразумение… Господин Хруд уважаемый человек, он не стал бы травить жену…
– То есть, вы думаете, что все преступники, совершающие убийства, из низов? Разочарую вас, граф, многие из них, те, кого вы считаете уважаемыми людьми – не раз преступали закон. Среди них немало убийц. Сейчас в отношении вашего давнего знакомого идёт расследование, и, как мне недавно доложили, его вина почти доказана.
– Клянусь, я не знал! – восклицает граф.
– Уверены? Вы же только что утверждали, что давно и хорошо знаете Реймонда Хруда, – точно издеваясь над графом, произносит король.
– Не знал. Даже не догадывался, что он способен на убийство. Иначе на порог бы его не пустил, – взволнованно говорит граф.
После небольшой, заставившей графа покрыться испариной паузы король Теодор говорит:
– Я вам верю, граф Белфрад. Зная, какой участи подверглась прошлая жена господина Хруда, вы бы не стали обещать ему свою дочь. Ведь так?
– Разумеется! Я бы и близко его к Ариелле не подпустил.
Ну да, ну да… что-то с трудом верится.
Возможно, во мне говорила неприязнь к графу, но я не верила ни единому его слову. Даже той части, где он клялся, что не знал о причине, по которой скончалась вторая жена господина Хруда.
– У вас красивая и прекрасно воспитанная дочь, граф Белфрад. Думаю, вам не составит труда подыскать для неё достойную партию. Я даже готов вам в этом посодействовать. Мой личный слуга передаст вам список мужчин из благородных семей, отобранных лично мною. Ознакомьтесь с ним и выберите для своей дочери будущего супруга. И для леди Сфилл тоже. Обе девушки уже вошли в подходящий для создания семьи возраст.
С одной стороны, меня прямо распирало от того, как ловко и грамотно король загнал графа в
