ловушку. Теперь граф Белфрад не сможет сбагрить меня или Лану кому вздумается и получить за это деньги. И если у меня с приданым, благодаря покойной графине, всё в порядке, то приданое для Ланы графу придется собирать собственными силами.
Он сам себе могилу вырыл. Теперь пусть где хочет, там и ищет деньги, чтобы снабдить приданным Лану.
С другой, вместе с графом в ловушке оказались и мы с Ланой. Наш планируемый побег мог оказаться под угрозой срыва.
Если раньше, сбежав, мы могли не опасаться погони, так как у графа просто нет средств на неё, то теперь в дело мог вмешаться король. И вот против короля у нас не было и шанса. У него и денег, и людей хватит, чтобы нас из-под земли достать.
Чёрт!!! Не хочу замуж… Так несправедливо: только от одного маячившего замужества избавили, как тут же новое навязали. А как же мнения потенциальных невест спросить? Где справедливость-то?!
– Как прикажете, ваше величество, – придушенным от переживаний голосом говорит граф.
И сразу после его слов из боковой, почти сливающейся со стеной двери появляется высокий широкоплечий мужчина. Он стремительным шагом проносится к столу короля, оказавшись спиной к нам.
– Кейнар, что случилось? – мгновенно забыв о нашем существовании, спрашивает король у появившегося мужчины, что нас даже взглядом не удостоил.
– Прорыв. Мне нужно уехать, – коротко отвечает мужчина.
– Сколько? – напряженно задаёт вопрос король Теодор.
– Три.
О каком прорыве речь и что означает число три, я не имела представления, но внимательно прислушивалась к разговору. И с интересом разглядывала спину мужчины, которого король вроде назвал Кейнаром.
Хороша спина. Широка. Прямо идеально перевернутый треугольник. Ноги, кстати, у мужчины тоже хороши. Как и то место, что вслух неприлично называть.
Не знаю, что на меня нашло, но мужчину я изучала с особым, несвойственным мне обычно интересом.
Заметив, как его спина напряглась, напрягаюсь сама.
А потом начинает происходить что-то неправильное. Мою левую руку, начиная от запястья и доходя до локтя, обдаёт жаром. Печет так сильно, что на глазах выступают слёзы, и я не сдерживаю вскрика, тем самым привлекая внимание всех присутствующих к себе.
Но в данный момент мне совершенно не до них. Рука горит огнем. Дернув рукав платья вверх, шокированно замираю, увидев, как прямо из-под кожи на моей руке появляются огненные витиеватые узоры.
– Что за?.. – не сумев подобрать приличного слова, дрожащим голосом произношу я.
Новая волна боли, прокатившаяся по руке и способствующая проявлению недостающей линии для завершения узора, отправляет меня в темноту.
Но прежде чем потерять сознание, я слышу недоверчивый голос незнакомца: – Не может быть…
Глава 17
Яркий лучик света, пробившийся из-за плотных, задвинутых не до конца штор, медленно скользил по постели, на которой спал Кейнар Нирано.
Глава стражей предпочитал спать на животе, руками обнимая подушку.
Игривый лучик, словно не в силах сдержаться, пугливо оглаживал обнаженную, покрытую застарелыми, уже еле видимыми шрамами спину мужчины. Затем он поднялся выше, к лицу, и, запутавшись в длинных темных ресницах, замер.
Сон мужчины игры лучика не потревожили. А вот тихо скрипнувшая дверь и раздавшиеся после этого легкие, почти неслышные шаги проникли в сознание тревожным звоночком.
Внешне Кейнар выглядел спящим и расслабленным, но на самом деле сон развеялся.
Как только узкая ладошка коснулась спины мужчины, Кейнар быстрым резким движением перевернулся, схватил за руку и потянул на себя испуганно вскрикнувшую черноволосую красавицу.
– Попалась, – снова перекатившись и подмяв смеющуюся девушку под себя, хриплым ото сна голосом произносит глава стражей.
– Сдаюсь, – совершенно не сопротивляясь, игриво отвечает Салара Фортье и, обвив руками шею мужчины, добавляет: – Я скучала по тебе, Кейн.
– Сильно скучала? – поймав в плен её темный взгляд, спрашивает мужчина.
– Очень сильно, – хрипло выдыхает Салара и тут же тянется к Кейну с поцелуем.
Как только их губы соприкасаются, из груди девушки вырывается сладостный стон. Любовников с головой накрывает скопившаяся от долгой разлуки страсть.
Любопытному лучику приходится стыдливо спрятаться.
Тишину комнаты заполняют громкие стоны удовольствия.
Час спустя
Трель амулета связи вырывает Кейна из крепких объятий сна. Рядом начинает ворочаться Салара, но пока не просыпается.
Посмотрев на неё, мужчина залюбовался открывшимся видом и совершенно забыл причину пробуждения. Салара была обнажена и раскрыта. И от этого еще больше, чем обычно, порочно прекрасна. Чем больше взгляд мужчины скользил по идеальному телу, тем сильнее глаза стража темнели от желания. Но прежде чем Кейн успевает разбудить девушку, чтобы она утолила его плотский голод, снова оживает амулет связи.
Поморщившись от громкого звука, Кейн нащупывает рукой амулет, лежащий на тумбе, и активирует связь.
– Слушаю.
– У нас прорыв. Ты срочно нужен. Мы не можем залатать дыры, – напряженным голосом говорит заместитель главы стражей, Адам Брокс. На заднем фоне слышны собранные выкрики других стражей, в данный момент устраняющих последствия прорывов.
– Сколько прорывов? – моментально подбираясь, спрашивает Кейн.
– Три прорыва.
Брах (мелкая тварь, порожденная хаосом, поглощающая жизненную энергию любого живого существа) побери эти прорывы!!
– Раненые?
– Только Танаша задело. Но не сильно, жить будет.
– Понял. Скоро буду. Держитесь.
Кейнар плавным движением перетекает в вертикальное положение и буквально за считанные секунды полностью одевается.
Салара, почувствовав, что любовника нет в постели, открывает глаза. Увидев, что Кейн, полностью одетый, вешает на шею амулет связи, она приподнимается и с тревогой спрашивает:
– Что-то случилось?
– Тебе не о чем волноваться. Мне нужно сейчас уйти, но к вечеру я постараюсь вернуться, – спокойным ровным голосом отвечает глава стражей, бросив быстрый взгляд на любовницу.
– Я буду ждать, – бросает в спину уходящему мужчине Салара, а потом, как довольная кошка, объевшаяся свежих сливок, потянувшись на кровати, переворачивается на живот и почти моментально засыпает со счастливой улыбкой на губах.
Прежде чем покинуть дворец, Кейнар направляется к королю, чтобы предупредить о прорывах и своём отбытии.
