— Что? — он прекрасно меня понял, но говорить не хотел, я это видела.
— Всё. Я хочу знать.
Отец кинул быстрый взгляд на Зою и поморщился.
— Да что рассказывать? Обычная история. Встретились, поженились — не сложилось. Вот и всё.
— Всё? — не поверила я.
Он едва сдержался, чтобы не выругаться.
— Саша, это правда, не трогательная история!
— Как вы познакомились? — меня это почему-то очень интересовало.
Мне казалось, что это какая-то невероятная история, но отец лишь саркастически усмехнулся.
— А она жила в общежитии ткацкого техникума напротив моего дома.
— Где? — поразилась я.
Папа кивнул.
— Да, она по образованию швея. Училась в техникуме. Познакомились случайно, начали встречаться, потом поженились.
— А потом?..
— А потом родилась ты.
Я подняла на него глаза.
— Папа, ты специально, что ли?
— Да Боже ты мой! — всплеснул он руками. — Она всю жизнь мечтала стать актрисой. Бредила этим! В кружок театральный ходила, всё мечтала, как в Москву поедет поступать! А тут ты родилась! Какая уж тут Москва? Я на её бредовые мечты мало внимания обращал, не до этого было. Работал, тебя растил, думал, что у неё это со временем пройдёт… Но не прошло!
— Ты её выгнал?
— Я? Ну что ты? Она сбежала сама. К нам в город приехала новая театральная труппа на гастроли, и она с ними спелась. И, в конце концов, вещи собрала и уехала.
Бросила нас, мысленно проговорила я. Меня бросила.
— А ты?
— А что я? Мне не до её выкрутасов было. Мне жить надо было.
— И она… никогда?..
Отец с сожалением посмотрел на меня.
— Саша… Она появилась лет через пять. Проездом… Хотела показать, какая она стала! Поняла, что получилось не только у неё, и изъявила желание вернуться. Ко мне! Наглости ещё хватило!.. Пришлось откупаться!
Я вытерла слёзы, но улыбнулась.
— И что, до сих пор откупаешься?
— А ты думаешь, она из-за своего таланта так востребована? — зло хохотнул отец. — Да кому она нужна?
— Надо же, — проговорила я тихо, — а я-то считала, что у меня жизнь скучная… И ничего в ней нет оригинального…
— Саша, — отец подошёл и сел рядом, — я тебя только об одном прошу — не наделай глупостей! Я понимаю, то, что ты сейчас узнала… это тяжело, но это не твои ошибки. Не надо взваливать на себя чужие грехи. И она… да, она твоя мать, но это чисто биологический факт и не более…
Я посмотрела на него.
— Я ей не понравилась.
Отец прерывисто вздохнул и обнял меня.
— Ну и чёрт с ней! Она тебе очень понравилась?
Я заревела, уткнувшись носом в его плечо, и покачала головой.
— Тогда о чём ты плачешь? Не плачь, принцесса моя! — он погладил меня по голове, а потом поцеловал в лоб. — У нас ведь всё хорошо, правда?
Я кивнула и вытерла слёзы.
— Всё хорошо, папочка.
Всё хорошо. Но с Луганской… нет, с "мамой", мне встретиться надо. И выяснить всё до конца.
17
Было уже поздно, когда я подъехала к дому Большакова. Вышла из машины и махнула рукой Косте. Охрана дождалась, пока я войду в подъезд, и только после этого уехали.
К Максиму я собралась как-то спонтанно. Не могла никак успокоиться, металась по квартире, ещё больше пугая папу и Зою. Душа разрывалась от боли и непонимания, я просто не знала, куда себя деть. Надо было выговориться, а кому нужны мои проблемы, как не Максиму? Я сказала отцу, что мне надо к нему и он нехотя, но отпустил.
И вот сейчас я звонила в дверь Максима, он долго не открывал и я опять начала нервничать, даже заревела и забарабанила кулаком в дверь. Испугалась, что его нет, что не смогу его увидеть. Он мне сейчас так нужен!
Максим распахнул дверь, увидел меня зарёванную и остолбенел. Я к этому моменту уже ревела вовсю, размазывая слёзы по щекам и хлюпая носом.
— Саш, что случилось? — испуганно спросил он.
Я заревела в голос, переступила через порог и обняла его. Максим прижал меня к себе, ногой захлопнул дверь, а потом приподнял меня от пола и отнёс в комнату. Усадил на диван, а сам присел передо мной на корточки и с тревогой заглянул мне в глаза.
— Саша, что случилось?
Я опять всхлипнула, вытерла слёзы и сказала:
— Я поговорила с отцом.
— И… ты из-за этого такая? — осторожно поинтересовался он.
Я кивнула и почувствовала, что к горлу опять подкатывает горький комок.
— Что он тебе сказал? Ты меня пугаешь, не плачь!
— Не могу я не плакать! — воскликнула я. — Ты даже не представляешь, что он мне сказал!..
— Что?
Я замолчала. Язык не поворачивался произнести это. Да и не верилось до конца… До сих пор не верилось!
— Саша, что? Что он тебе сказал?
— Она моя мать, — еле слышно произнесла я и облизала пересохшие губы от волнения губы.
Максим непонимающе смотрел на меня, потом помотал головой.
— Кто?
Я подняла на него несчастные глаза.
— Луганская.
Большаков неприлично вытаращил глаза, а потом странно покачнулся и сел на пол. А я опять заревела.
Так прошло несколько минут.
Когда слёзы иссякли, я взглянула на потрясённого Большакова и нахмурилась.
— Что молчишь?
Он потряс головой по-собачьи, а потом усмехнулся.
— Что за бред?
Я кивнула.
— Я так же отреагировала. Действительно, бред…
Максим подался ко мне.
— Саш, это что, правда?
Я закусила губу и пожала плечами.
— Откуда мне знать? Папа сказал, что да…
Большаков удивлённо присвистнул.
— Ничего себе!
Я немного разозлилась.
— Это всё, что ты можешь сказать?
— Сань, я просто в шоке!..
Я пригорюнилась.
— Я тоже. Она меня бросила, Максим! И меня, и папу… И никогда обо мне не вспоминала! Я не нужна ей!
Большаков меня обнял, и я опять разревелась у него на плече.
— Значит, она дура, — вдруг сказал он и очень уверенно сказал, я даже растерялась.
— Что?
— Дура, говорю. Если ты ей не нужна, значит, она тебя не стоит!
— Максим, что ты говоришь?
— Правду, — кивнул он, серьёзно глядя на меня. — Ты умница, красавица, она сама не понимает, что она потеряла!
Я от умиления опять заплакала и обняла его за шею.
— Я так тебя люблю, Большаков!
Через какое-то время он попросил:
— Расскажи мне.
Я рассказала. Что сама знала. А знала я немного, только то, что рассказал мне отец. Максим молча выслушал, а потом только головой покачал.
— Бывает же такое…
— Он столько лет скрывал!
— Его можно понять.
Я удивлённо посмотрела на него.
— Ты можешь?
Он кивнул.
— Я могу. Он защищал тебя. Думаешь, тебе было бы легче, если бы ты росла с мыслью, что она тебя бросила?
