Фальшивая аше-ара встревожено взглянула на друга, тот зашвырнул животных как можно дальше, раскинул над водой радужный мост и побежал на другую сторону озера. Туда, где было относительно безопасно. Туда, где в этой самой шаткой безопасности, ждала своих соратников гайя Белоснежная. Туда, куда подтягивались заметно вымотанные аше-ары. И, быть может, им всем удалось бы покинуть проклятое озеро, но… свет двигался быстрее. Холодный, хищный, голодный свет!
Магические щиты трещали, искрились, ломались, пытаясь удержать натиск чужой силы. Первым не выдержал радужный мост, разлетевшись под ногами своего создателя. Гай с разноцветными волосами, охваченный ореолом нестерпимо яркого света, полетел вниз. Но до поверхности воды добрался только обгоревший труп гая. К сожалению, для него и сотоварищей, бессмертие сильнейших в большинстве своем было лишь мифом. А уязвимость — тщательно оберегаемой тайной. Многоликий дернулся, меняясь в лице. Маска «аше-ары» поплыла, как горячий воск, открывая истинное лицо мага. Боль, страх, отчаяние… мужчина разрывался между желанием кинуться к погибшему другу и… убраться прочь с места смертоносного светопреставления.
А пленник, выйдя из леса, стоял и смотрел на своих обескураженных тюремщиков. От его золотистой кожи и одежд шло мягкое свечение, тугие жгуты волос, точно змеи, извивались на ветру, а глаза… бездонные озера расплавленного металла с иглами вертикальных зрачков — эти жуткие глаза горели бешенством. Оба зверя, вернувшись, нырнули в воду, гай же Светлоликий, напротив, остался на берегу. Шанс сжечь ненавистную главу Ордена Повелителей времени, не дав ей сбежать через портал, повелитель Неронга упускать не желал. И у него все получилось бы, не явись в разгар светового шоу целое стадо маануков.
Словно обезумевшие, ящеры бежали навстречу опасности, вспыхивали как гигантские свечи и с диким воем прыгали в воду. Несчастные твари живой стеной прикрыли пару сильнейших от магии пленника. И Многоликий мог поклясться, что привел этих рептилий сюда белокожий всадник на серебристом киприне, чей силуэт мелькнул за деревьями. Короткой передышки вполне хватило для активации портала. Через него визитеры и ушли, оставив Светлоликого наслаждаться воплями все прибывающих маануков.
В то же время где-то в водах одной из подземных рек…
Молчание напрягало, как и эти водянисто-синие глаза напротив. Внимательные, холодные… изучающие. В тусклом свете, льющимся от стен пузыря, крылатое существо напоминало демона. Причем, под этой характеристикой я имею в виду скорее анимешных героев, нежели библейских монстров. Почему-то подумалось, что украли меня не просто так, а с какой-то конкретной целью. Ну, к примеру, для сытного ужина в укромном месте. Стало как-то жаль, что тьма не оценила вкус монстра и благополучно уснула во мне. Я вздохнула, почему-то вспомнила о коровах, обреченных на судьбу котлет… решила представиться. Авось еда с именем для пятнистого создания будет менее аппетитна.
— Я Зоя. А вас как зовут? — спросила, обхватив руками колени и положив на них подбородок.
В большом полупрозрачном шаре было довольно тепло, и относительно сухо… в верхней его части. Мимо этого странного «батискафа», чуть подсвечивающего толщу темной воды, проплывали каменные стены подземного ущелья. Вернее, мы мимо них проплывали, но впечатление от этого не менялось.
Чудище фыркнуло, но ответить не удосужилось. Я вздохнула, понимая, что диалог у нас не клеится, а шар движется все дальше и дальше, унося меня от озера. Если честно, мне и самой говорить не очень-то хотелось. Сидя в довольно комфортных условиях, я все больше улетала мыслями к Кир-Кули и потонувшему шарту, а не обдумывала варианты своего ближайшего будущего. Что-то ведь пошло явно не так, раз дом не втянуло в перстень. Может, стража ранили? Или… Нет, не убили! Я же жива. Вроде бы…
С подозрением посмотрела на существо, усомнилась в последнем выводе еще больше. А вдруг в этом мире собиратели душ именно так и выглядят? Всклокоченные, пятнистые, крылато-хвостатые и… без острой косы.
— Расслабься, — сообщила мне гипотетическая «смерть» и улыбнулась. — Не буду я тебя есть.
— А что будете? — поинтересовалась, пользуясь всплеском ее разговорчивости.
— Торговаться, — все так же радостно скалясь, сказало ЭТО.
— С кем?
Ответа не последовало. Решив, что сеанс кратковременного общения завершен, я отвернулась и вновь сосредоточилась на разглядывании подводного мира за тонкими стенами светящегося пузыря. Вот только видела, вместо мелких рыбешек, водорослей и каменных пород, напряженную улыбку аше-ара — ту самую, которую он подарил мне перед тем, как исчезнуть с зеркального экрана. Неизвестность нервировала, а метка, поставленная мне на грудь братцем крови — жгла. Пощипывать она начала еще минут десять назад, и с тех пор неприятные ощущение только усиливались.
Я чуть отогнула порванный ворот жилета и потерла клеймо, чем-то похожее на блестящую переводную картинку — жжение не прекратилось. И мне подумалось, что может это и есть связь Эо в действии? Вдруг Кир-Кули требуется моя энергия и… он ее получает, а я взамен чувствую такой вот дискомфорт.
— Что это? — дернув меня за руку, спросило существо. — Ты рабыня? Сейлин рабыня? Ра… ой, не могу-у-у-у, — взвыло пятнистое создание и повалилось назад в воду, оно покатывалось от хохота, бултыхалось и дергало длиннющим хвостом, осыпая меня мелкими брызгами.
И я обиделась. Не на брызги, конечно, а так… просто грустно стало. Поджав губы, снова отвернулась. Подумаешь, рабыня. Я еще и сестра крови, и вообще его главный козырь на всю оставшуюся жизнь. Так что нечего тут… ржать, как лошадь… глубоководная.
— А я тебя помню, это ведь ты. Конечно же, ты! — вдоволь повеселившись, селедка демоническая ткнула указательным пальцем мне в грудь. Как раз туда, где под ямочкой на шее «цвела» нежно-голубая шелби. — Ты та самая игрушка эйсарда.
Отлично! Статус рабыни плавно перетек в статус игрушки. Или, в понимании странного создания, это было одно и то же? Стоп! Оно меня помнит, значит, видело, следовательно… мы встречались. Сложить два плюс два оказалось не сложно. Да и эти странные глазищи казались слишком уж знакомыми. Вот только лохматое чудовище, сидящее напротив, мало походило на синеволосую красотку, гулявшую по волнам и покушавшуюся на жизнь киприна.
— Жжет? — указав на метку, спросило… спросила крылатая русалка. И во взгляде ее промелькнуло неудовольствие.
— Допустим, — пробормотала я, понимая, что она и так уже знает ответ.
— Скверно, — скривилась похитительница сейлин и… начала делать странные пасы руками, от которых вода в пузыре забурлила, а вокруг него — потемнела и как будто уплотнилась. Даже свечение от стен не позволяло теперь разглядеть окружающее пространство. Мы словно в плотной скорлупе оказались, и она нехило так на меня давила.
