тебе. У меня были отношения с женщинами и до Дины. Достаточно для того, чтобы я сейчас невольно чувствовал себя виноватым перед тобой. В Саоре свободные нравы. Я был наследником. Многие девушки делили со мной постель в надежде однажды разделить и трон. Только ни одна из них не глядела на меня так, как смотрят любящие, – с безграничным доверием, восторгом до боли, волнением и заботой, желанием оградить от любых тревог… Мэль…
Она жадно всматривалась в его глаза, невольно подавшись вперёд… и вдруг вздрогнула:
– Папа проснулся. Пошли, отругаем для порядка этого… штормовестника!
Джэд, действительно, поднялся, потягивался, довольный.
– Отдохнул-то как славно!
– Часа не прошло, – ворчливо откликнулась Мэриэль, – восстановился… укротитель звёзд?
– Прекрасно! Никто меня не искал?.. О, Полог!
– Стэну спасибо скажи! Уговорил поставить.
– Мэль, Стэн… Спасибо, дети! Ладно, я помчался, пока не хватились! – Он исчез.
Стэн растерянно повернулся к Мэриэль:
– Дети?..
– Ну, да.
– Эльгер сказала, они мне с Дэрэком как братья.
Мэль засмеялась:
– Боюсь, мама тебе польстила. Папа с самого начала отнёсся к тебе как к сыну.
– Это как?
– Любил и баловал. Стэн, ты думаешь, он любого взял бы с собой в Артреск? Или любоваться взрывом звезды? Или доверчиво уснул бы, не сомневаясь, что ты не дашь его в обиду? Он тебе руку протянул – тогда, у водопада… Ах, ты же не знаешь! Папа физически не может дотронуться до чужого человека. Клин у него такой, с детства. Людей, которых он касается, можно по пальцам пересчитать, и ты теперь один из них. Подозреваю, он сразу усыновил тебя в своём сердце, и все в Саоре будет завидовать тебе.
– Как тебе?
– Больше. Я просто дочь. Тебе будут завидовать, как Дани. Как Аль. Всем тем немногим, кого он выделил и приблизил.
– Мэль… Что бы ты сделала, если бы отец разбудил тебя посреди ночи и сказал – пойдём?
– Потребовала бы сначала объяснить зачем и куда!
– Я тоже спросил куда… но лишь чтобы заполнить паузу, пока я одеваюсь… И пошёл бы независимо от ответа!
– Так потому он и пришёл к тебе, Стэн.
– А почему ты его не отругала, как собиралась?
– Да ну его… Думаешь иной раз: если б не магия, где б силы брал?! На теле нет ни одного места, не залеченного заклинаниями. Даже глаза! Худющий, кости выпирают. Только рост и спасает. Правильно Арвэ за ним бегает! Его иногда связать хочется и накормить насильно.
– Он очень красивый, Мэль. Его не связывать, им любоваться хочется.
– Слушай, сейчас не Дэрэк, сейчас я ревновать начну!
«Ревнуй, моя королева! Ревность лучше безразличия!»
– Мэль, какие планы на сегодня?
– Вот иди к своему красавцу и спрашивай! И любуйся, коли так нравится! А мне пора… по делам.
Стэн смеялся от души.
«Сумасшедший дом… Весёлый!»
***
– Стэн, вставай… Ты не спишь?!
– И одетый! Так неинтересно…
Он победно распрямился:
– Аль, Вери! И вам доброе утро! А где Мэль?
– У себя сидит и дуется. Кто её обидеть успел? И когда?! Вчера всё было нормально!
– Стэн, мы в Тери смотреть Волну. Пошли с нами!
– Без Мэль не пойду.
Вейра понимающе переглянулась с Ариэль:
– Тогда пошли за ней.
У двери комнаты девушки притормозили и опять обменялись быстрыми взглядами:
– А она вся в отца. Сначала запустит заклятием, потом будет извиняться.
– Если останется перед кем. Братик хотя бы нейтрализующее заклинание успевает отправить.
– Стэн, может, ты сам? Тебя она сильно не приложит.
«Вот уж сомневаюсь!»
– Стэн, правда… Давай ты!
Он набрал побольше воздуху, постучал, вошёл.
– Чего припёрся?!
Синие глаза пылали гневом.
– Думаешь, сейчас всё брошу и пойду с тобой?! И даже не спрошу – куда?!
«А потом наговорила таких дерзостей, что Джэд сутки в себя прийти не мог…» – невольно вспомнил Стэн.
– Как ты похожа на маму, Мэль, – улыбнулся юноша.
Она опешила:
– Обычно мне говорят, что я копия отца.
– Внешне. Ты такая же прекрасная. Даже лучше. Но дух в тебе – мамин. Эльгер передала тебе дерзость своей души.
– Не подлизывайся.
– Даже не думаю. Просто любуюсь.
Мэриэль опустила ресницы:
– Нечего мной любоваться. Я не картина!
– Однажды твоё изображение украсит зал Совета.
– Ага, после папиного! И все застрянут, рассматривая его!
– Нет, Мэль. Никто не посмотрит на него, когда рядом будешь изображена ты. Все будут глядеть только на тебя.
Она вздрогнула и уставилась на него в упор:
– Ты это серьёзно? Не шутишь?
– Посмотри в зеркало, Мэль. Ты гораздо более… яркая.
Мэриэль глянула на него – и впрямь подошла к зеркалу.
– Ничего, – критически оглядев себя, произнесла она, – но, по мне, папа красивее. У него в каждом движении, жесте – сила! Сознание собственного могущества. Даже у деда такого нет!
– Мэль, любят не за могущество. И не за внешность.
Она быстро повернулась:
– Разве нет? Мама, Дэрэк…
– Мэль, скажи… Если Джэд утратит свою невероятную силу или красоту – они перестанут его любить?
Мэриэль тихонько хихикнула:
– Да они с ума сойдут от радости. Если на папу все вешаться перестанут, и он прекратит во всех мирах неприятности собирать – мама с Дэрэком счастливы будут! Оттого, что их Синеглазый никуда от них не денется!
– Видишь, Мэль, дело не в силе. Да и не в красоте тоже. Любят просто потому… что любят.
Она ещё раз поглядела в зеркало, затем перевела на него свои невероятные глаза:
– Стэн… извини. Кажется, я погорячилась.
– Это у тебя от Дэрэка… Хоть вы и не родственники.
– Точно! Иногда мне кажется, что от моего второго отца я забрала больше, чем от первого!
– Ты зовёшь его отцом?
– Когда не злюсь.
– Мэль, это не злость. Это ревность.
Мэриэль задумалась на секунду:
– Ты прав. Какие же мы все смешные! Стэн, а ты пришёл – почему?
– Там, за дверью, – Вейра и Ариэль. Зовут в Тери. Я сказал, что не пойду без тебя.
– Они к тебе пришли – без меня?!
Она вскочила, распахнула дверь:
– Вери, Аль! Как вы посмели!..
– Мэль… – Изумрудные глаза Ариэль смеялись. – Мы же знали, что Стэн без тебя никуда… А ты с утра не в духе. Была.
– Всё равно вы не должны были!
– Мэль, до Волны меньше четверти часа! Бери Стэна за руку – и прыгаем!
Через секунду, стоя у кромки Океана, Стэн позволил себе спросить:
– Девочки!
Тишина. Три устремлённые вдаль взгляда.
– Сестрёнки!
Безрезультатно.
– Мэль, королева моя синеглазая!
Вот теперь – услышала! И не она одна.
– Как-как? – ехидно переспросила Вейра.
– Вери! Ещё полслова!
– А что, красиво! Раньше было – синеглазый король Саора. А теперь – моя синеглазая королева.
– Аль! Прекратите немедленно!
– Мы-то прекратим… А вот…
– Мэль, Волна!
– Точно!
– Где?
– Вон, видишь тонкую чёрную полоску? Она и есть.
Стэн наклонился, прошептал в самое ухо:
– Моя королева, просвети меня, глупого… Что это за Волна и почему на берегу половина Саора?!
– Стэн, – так же тихо ответила она, – это стало традицией за последние тринадцать лет… Возникая каждый раз в новом месте, Волна идёт к Тери. Папа её гасит.
– И в чём подвох?
– Каждый приход он это делает по-разному. В прошлом году Волна рассыпалась миллионами огоньков. В позапрошлом – стала радугой. Он ещё ни разу не повторился!
– Братик так развлекается, – рассмеялась Вейра. – Мы всегда спорим – за сколько шагов до берега он развеет Волну и
