— ямищща! Кажется, в аккурат весь Урал туда и влезет! И чем так можно было разворотить-то?! Люди еще с краев объезды кое-где понакатывали. Туда съезжал. Иногда останавливался. Задумчиво башку чесал. Думал, как тут ехать-то дальше?! Пару раз назад сдавал. Разворачивался. Просто по кустам ехал, да ельник мелкий ломал. Дык, нормально-то ехать — никак! Ну невозможные канавы! Теперь понимаю, почему скорая так долго к нам едет... Доберись тут попробуй! Так, то скорая помощь, ей — край, как надо, жизнь человека спасать! А если вот такая, как «Газель» та, что на стоянке под гостиницей была? Да в магазин, чтобы товары новые привести? Отож... Потому и возят тракторами с прицепом товары к нам. И только то, что хранится долго, да не хрупкое! И цены задирают! Попробуй припери это все, да по таким канавам... Эх!
Все. Перегрев пошел! На приборе стрелочка вверх поползла. Остановил машину. Заглушил. Остудить надо малехо, да самому облегчиться. А-то от такой езды, уже и глаза желтые! Ну, отошел в сторону... Стал, стою. Вечер уже полный. Солнышко совсем за буграми скрылося. Ветерок поднялся. Приятный такой. Запахи доносит. Сейчас полынь, да трава свежая попахивает. Ну вот как бывает. Вот разнотравие как пахнет! Вот и не определишь, чем именно, но сразу понимаешь — так трава пахнет! Вот как в сенник заходишь, а там не свежескошенная трава, а пару-тройку дней полежит. Но не сено еще. Не высохло до конца. Вот так пахнет! Нравится мне. Я, когда у дядьки Вия жил, так в сеннике спать любил. Сена полный сенник, в него залезешь, сеном себя укроешь, пахнет так! Спится так крепко — не добудишься! Вот такое дело. Ну, стою, думаю... Стоп! А чего это я делаю? Я же могу это дело и в радиатор сделать! Некультурно оно конечно, дык — воды то нет! А я, как бы с водой! И сам облегчуся и машину остужу. Во как я придумал! Полез под капот моститься. Воронку бы, да нету воронки никакой. Надо так попадать. Я же большой, а горлышко радиатора — не шибко то широкое! Ну, как-то настроился... Гляжу, волчок так смотрит на меня. Удивление в нем такое! Будто диво-дивное увидал! Ну, дык... — Ты уж извини меня серый брат, я ж не от шалости! Для дела — делаю! — Фыркнул волк, да за машину пошел. Ну и славно! Мне так дажить спокойнее. Сосредоточиться смогу. Да расслабиться. Вот, пошло дело!
Стыдно. Стыдно, да делать нечего. Воды тама совсем мало! Боюсь мотор перегреем, да запорим. Оно, хоть и добавил «своего», дык, все равно воду искать надо! Хоть бы с пол ведра... Темнеет уже. Приборную панель почти и не видать. Оно же разбитое тут все! Гадины эти, что в кабину ломились, покоцали. Подсветка пропала, горелым от туда пованивает. Да все равно едет машина. Ох славный этот Урал! Все ему нипочем! Битый, дратый, — да прет! Спасибо Ивану за подарок этот нежданный. Знаю, живы благодаря только Уралу этому! Еду и хвалю машину. Да Ивана поминаю добрыми словами. Вот так! Только потихоньку еду, стараюсь не газовать. Чтобы не перегреть! А у самого глаза по сторонам шарют. Мож лужа, мож канава с водой какая будет? Ну бывает так, что вроде бы и засуха, а в лесочке, да посадочке какой — вечная лужа такая стоит. Немного же надо-то! Дык, и лесок есть. По сторонам тянется! Реденький такой, еловый. Невысокие елочки, да стройные, ладные! И канавы, да хоть завались этих канав! А луж — нету! Зараза...
Еще пару километров проехали. Совсем темно стало. Ночь уже на землю опустилася. Вокруг — ни огонечка! Темень, будто саван глаза накрыл. Ничо не видать, хоть глаза выколи! Вроде и еду, ползу потихоньку, дык, а куда еду? Куда оно, дорога ведет? Нихера. Фары-то побитые и не работают! Затрясло машину, остановился. Вылез из машины. Дык, чуть не упал. Рядом канава, да глубокая. Ногами туда заскочил. Не видно-же нихера! Ну и прыгнул. Да с водой она! Плеснула водица в стороны, а я сразу из нее вылез. Радости! Набирать сразу хотел кинуться, да тормознул. Думаю, надо подождать, пока грязь осядет, только тогда набирать! А чем набирать? Нету ничо... Ни ведра, ни канистры, дык, — каска? Так, и та — разбитая! Ладошками? А хоть бы и так! Ладошки-то у меня здоровые. Чай и начерпаю! Ну, я подождал еще, пока осядется. Да капот открымши — черпать! Черпал и черпал, черпал и лил. Долго черпал! Да начерпал пока, гляжу — ночь уже! Сова над головой кружит. Здоровенная такая. Бесшумно кружит, лишь росчерки в небе видать. Силуэт ее черный. Ну то пусть. Природа, она и есть — жизнь вокруг! Ветер вот только поднялся. Противный такой. Порывами! Прям зябко стало. Не — думаю, хорош! До утра ждать надо. Закрыл капот, да в машину. А там волчок уже на сидении разлегся. Спит. Подвинул его, да сам хотел умоститься. Да никак. Здоровый я сильно, чтобы с волком вместе на сидениях лежать. Оставил эту затею. Сел, сижу. Об руль руками оперся, да на руки голову положил. Ну, вроде так. Умостился. А ветер... Прямо рвет, машину покачивает! Холодно стало. Стекол-то нету. Все нам задувает! А я сижу. Волк тожить лежит, да сам ко мне прижался. Холодно! Обнял его, чтобы согреть. Ничо думаю, потерпим! Хоть до рассвета так и докоротаем.
Тихо стало вокруг. И ветер стих. Казалось, внутри темноты сидим. Вот руку вытяни и нету ее. Ничо не видно! Небо тучами затянуло. Плотно-плотно! Черные, клубятся волны, и ни одной звездочки не видать! Скорее всего дождь будет. Не сейчас, а к утру — точно! Задремал я. Крепко так задремал. Сон мне приснился, будто дома я. Сидим дома. В хате матушкиной. А вокруг — светло! Светло так, словно солнышко утреннее за окнами светит. А с кем сидим? Люди вокруг меня. Присмотрелся, и жена моя тут, и дядька Вий тут, и еще люди в хате собралися. Кажется сосед дажить тут! Тьфу на него, помянешь, дык — икнется. Козел этот окаянный... Только не икается мне. Еще почему-то санитары, те, что пеленать меня приезжали, и они тут! А чо они тут? Может снова по мою душу?! Да вроде — нет! Сидят кругом. Просто сидят, да молчат. Все молчат!
