сто миль в округе или купить яиц и молока в ближайшей лавке?
– Можно выразить задачу яснее? – попросил он, не надеясь на успех мероприятия.
– О нет! – застонал Мамс. – Сейчас он вернётся к началу: «Мы эльфы, первый народ…»
– Короче, рядом есть деревня, – вдруг решительно заговорил один из близнецов, одинаковых лицом, – Малые Кирпичи называется. Сделайте так, чтоб жители встретились с нами для заключения нового договора, на условиях, пригодных для выживания. Встреча должна быть серьёзной, без насмешек.
Кир выжидающе посмотрел на друзей. Их лица ничего не выражали. Поэтому он тут же согласился взяться за дело спасения Эльфитама.
– Пусть ваш подвиг увенчается славой и успехом. – Эльфийский глава раскланялся. – Наши сказители сочинят славную песнь о героях, а Эльфитам никогда вас не забудет.
Кир мило улыбался, тщетно пытаясь вспомнить, был ли в их коллекции хоть один подвиг, увенчавшийся успехом в хорошем смысле слова.
***
– Не нравятся мне эти эльфы, – Мамс решил поделиться мнением, пока разыскивал в походной сумке последний сухарь. Эльфы ушли так же внезапно, как и появились: еле уползли, шаркая столетними ногами.
– Но их понять можно. – Кир тоже вспомнил о еде и стал прощупывать в спешке созданный тайник, куда этот сухарь втихаря запихнул.
Казион молчал, посмеиваясь над кировским «втихаря». Рот его был занят едой.
– Гордые слишком. Надо проще быть. – Мамс оставил бесполезные попытки и стал готовиться к путешествию на голодный желудок. – Наша столица… Былая слава… Что за название такое – Эльфитам? По-моему, ни один город не зовётся Людиздесь. Любят себя они очень.
– Надо над планом подумать, – предложил Кир, тоже осознавший бесплодность поисков сухаря. Оба с подозрением глядели на Казиона.
– Что?! – невозмутимо отозвался маг. – Сам согласился. Теперь – думай.
– Да уж, задачка непроста: на каждом углу эльфам дифирамбы петь.
– Не поможет. – Казион угрюмо стряхивал крошки с колен. – Кто поверит? Над ними смеялись, издевались, их ненавидели – так и будет до конца времён.
– Тогда сами станем эльфами! – радостно провозгласил Кир.
Идеи Кира обычно не так сильно вдохновляли спутников, как его самого.
– Ну, что мы умеем? Воевать? Петь?
Мамс и Казион озадаченно смотрели на одинокое бревно, пытаясь хоть в нём найти ответ.
– Правильно: лучше всего у нас получается терпеть. Мы будем сносить насмешки, издёвки, будем упрямо жить средь людей в Малых Кирпичах. К нам привыкнут. А потом… пригласим туда эльфов. И всё пройдёт гладко, без конфликтов. По-моему, отличный план. Вы готовы?
Кир перекинул мешок через плечо и поспешил навстречу приключениям. Друзья решили немного обождать, погреться на полянке в лучах летнего солнышка. Прошёл час – Кир не вернулся. Прошёл ещё один, и они поняли серьёзность его намерений. Потом встали и с недовольными минами отправились в сторону деревни.
***
Кир знал, что они всё-таки придут: с отрадой жевал яблоко, сидя на бревне, на дороге, ведущей в Малые Кирпичи. Рядом лежала куча хлама: три увесистых посоха, обмотанные золотистыми лентами, такого же цвета ободок, три парика со спутанными длинными волосами – их можно ещё использовать как одеяла. И, конечно, три рваных рубища и шесть огромных накладных ушей. Кир от нечего делать насадил уши на остриё меча и воткнул его в землю. Забавно было время от времени поглядывать на испуганное лицо одинокого пастуха, которому выпало счастье пасти коз неподалёку.
– Ага, вот и вы, – улыбнулся довольный Кир. – Я сделал почти всю работу. Дело за малым!
– Где взял эльфийские шмотки? – вместо похвалы спросил Казион.
– Помнишь тех актёров? Ну, Джо там, Уилл, их хозяин, ещё Молли.
– А, Молли, – протянул со смаком Казион. Имена, лица и формы девушек он не забывал.
– Как там Заг поживает? – поинтересовался Мамс.
– Нормально. Теперь пишет исключительно комедии. Правда, с последней неувязка вышла. Заг решил сделать ставку на актуальщину: узнал, что в округе живут эльфы и быстренько накропал пьесу о любви эльфийки и человека. Комедия не успела даже начаться: ушастых актёров закидали яйцами.
– Я заметил. – Казион презрительно разглядывал рубище. Неужели Кир и вправду мечтает, чтобы он надел вот это? Потом перевёл взгляд на мантию первокурсника и понял: особой разницы-то и нет. В очередной раз маг проклял себя за связь с отсталыми людьми. А вдобавок проклял их.
Деревня Малые Кирпичи виднелась за невысокими холмами. Надо было переодеться, чтобы ни один житель не заметил. Кроме пастуха, конечно, который увиденное на всю жизнь запомнил.
– А зачем уши мечом проткнул, идиот?! – не выдержал Казион, когда они понесли маскировку в сторону леса.
– Не знаю, – поделился Кир. – Весело показалось.
Мамс указал на выстроенный кем-то шалашик и предложил переодеться там. Внутри царило запустение, словно его бросили очень давно и заново обживать не собирались: прутья заросли паутиной, на полу валялась ржавая коса, а на камнях, служивших столом, лежала рукопись с заголовком «Государство и революция».
– Серьёзные люди жили, – пробормотал Кир, рассматривая свиток.
Он и Мамс бросили на пол одежду и оружие, Казион бережно сложил на стол свёрнутую мантию и с ворчанием принялся натягивать вонючие лохмотья. Мамс еле влез в рубище и смотрелся комично.
– Мамс, переодевайся, – твёрдо решил Кир. – Слон не будет походить на страуса даже в перьях. Извини за грубую метафору. Просто, чтоб ты понял.
– Ладно, чего на тебя обижаться, – махнул рукой мельник. – Правда, меня ещё не сравнивали со страусом…
– И кем он будет? – поинтересовался без интереса Казион.
– Собой, – загадочно ответил Кир. – Кажется, у меня созрел план безболезненного прохода в Малые Кирпичи.
– Да чтоб тебя, а! – взвыл Казион. – Почему сразу не сказал, что можно и просто быть собой, а не носить лохмотья!
Его возмущение заглохло на корню.
Кир увлёкся планом.
***
Первыми их заметили мальчишки. Ребятня играла в домике на дереве, что росло вдоль дороги в Малые Кирпичи. С радостными воплями пацанята сползли по стволу и помчались в деревню, чтобы увидеть представление.
– Придурки идут! Эй, выходите!
У Кира впервые возникли сомнения в гениальности плана и вообще всей затеи помощи эльфам.
Люди потихоньку выползали из дворов и спешили с рынка. Сегодняшний день обещал хорошее веселье. Чтобы сбить тревожные мысли, злоборцы принялись рассматривать заборы, изгороди, дома. Кирпичи и правда здесь малые. Но частые.
Люди шли за ними молча, будто провожали бойца на войну. Кир, выбирая дорогу, старался не сворачивать, чтобы не спутать очередь в клубок. Он, а за ним Мамс и Казион, выбрались наконец на открытое пространство, ярмарочную площадь, где толпа могла уже оформиться и взять чужаков в кольцо. Люди хлынули на скамейки, в пустые торговые палатки, даже на деревья и заборы полезли.
Кир искал главного,
