том числе сосед с попугаем, который сейчас дает показания полиции. Он знает, где ты живешь? — Она мотнула головой. — Хорошо, значит, фора у нас есть.
— Но мне некуда податься! — запаниковала Лида.
— В ближайшем Ливорно легко можно затеряться.
— Где я там поселюсь? В отеле потребуют паспорт, а я боюсь его предъявлять.
— В портовом городе снять жилье без паспорта — раз плюнуть. Не переживай, я помогу. Ты, главное, не психуй. Выпей успокоительного и ляг. Если кто-то постучит в дверь, не открывай. Телефон на всякий случай отключи. Я заеду за тобой, как только смогу. Когда кину камешек в окно, выходи уже с сумкой.
Филипп был абсолютно спокоен. Уверенный тон, невозмутимый взгляд, в движениях никакой суетливости, нервозности, ни признака раздражения в поведении. На него свалились проблемы посторонней тетки, но он решает их, будто это само собой разумеющееся. Не рефлексирует, не мнется, не сомневается. И не ждет благодарности. Сейчас в нем не было ничего от инфантильного подростка, более того, Фил напоминал Лиде деда, для нее самого надежного мужчину на свете.
— Спасибо тебе, — тихо сказала она.
— Пока не за что, — ответил он и, легонько приобняв ее, ушел.
Лида в изнеможении опустилась на диван, закрыла глаза и мгновенно уснула.
А Фил, покинув ее квартиру, открыл тетрадь.
— «Плачь, влюбленный палач», — прочел он название романа. Оно было написано печатными буквами (и очень подходило бульварному чтиву девяностых), остальной текст прописными.
Шагая по ступенькам, Фил побежал глазами по строчкам…
Глава 3
«Плачь, влюбленный палач».
Она с малых лет знала, кем станет, когда вырастет.
— Моделелом, — гордо сообщала Женя интересующимся этом вопросом взрослым.
— Кем-кем?
— Наряды хочет создавать, — поясняла мама. — Как Слава Зайцев.
О нем Женя узнала из журналов. Мама работала на почте, и там их можно было не только купить, но и полистать. Девочка только этим и занималась, когда попадала туда.
Шить одежду для кукол Женя Костина тоже рано начала. Жаль, их было немного у нее, и играть в показ мод не получалось. В школе ее любимыми предметами были рисование и домоводство. На внешкольных занятиях она училась вышивать и плести макраме. Наряды изготавливала себе сама, перешивала из старого, украшала тесьмой или бисером, красила бросовыми красками и иногда ходила с зелеными или желтыми ногами. Женя все еще мечтала стать модельером, но все больше понимала, что это вряд ли получится.
Она жила в небольшом городке, в частном доме с мамой, отцом и старшим братом. Мужики пили. Не беспробудно, но много. Работу прогуливали, дрались, но, как считали они сами, не скатывались, держались. На фоне остальных алкашей выглядели более или менее, а с нормальными мужиками себя не сравнивали. Да и не было таких в ближайшем окружении!
Отец умер, когда Жене исполнилось тринадцать. Замерз в сугробе. С ним был сын, но тот выжил, только лишился одной ступни и кончиков пяти пальцев. Легко отделался, как говорится. Другой бы за ум взялся после такого, а брат, наоборот, на судьбу осерчал, что она его инвалидом сделала, и запил всерьез (будто до этого только по праздникам стопочку выпивал).
Костины хорошо никогда не жили, но и не голодали, и одеты все были, и в доме все необходимое имелось. Но за полгода скатились. Брат все продал, что можно, начиная от лопат и грабель, заканчивая банками с солеными огурцами. Мама на почте вторую ставку взяла, Женя прихватки шила из обрезков да продавала на трассе, пока не лишилась старенькой своей машинки — брат пропил и ее, как ни берегла. И в какие ей модельеры идти? На швею бы отучиться.
Так после восьмого класса (школьная реформа только начиналась) Женя пошла в ПТУ. Отучилась, устроилась в ателье. Брат к тому времени сел за воровство. Вроде спокойнее жить стали, но не богаче. Мама отправляла сыну на зону «барские» передачки и так его жалела, что извела себя. Сердце шалить стало, деньги еще и на лекарства пошли.
Первым умер брат. По официальной версии, неудачно упал и сломал шею. За ним мама ушла. И осталась Женя одна на белом свете.
Тогда ей было двадцать с половиной.
Но горевать было некогда, выживать надо. Первое, что сделала Женя, это купила крутую швейную машинку. В кредит. Да такой хитрый, что проценты начислялись не с остатка, а с общей суммы. Но приобретение себя быстро окупило. Продолжая работать в ателье, девушка стала брать заказы на дом. Она и раньше это делала, но чаще чинила одежду или джинсы подрезала, теперь же начала шить выходные наряды. Только их! Хватит с нее сломанных молний и обтрепанных штанин.
Женя создавала выпускные платья, свадебные, коктейльные для дам из высшего света. В их городке были и такие, супруги членов администрации, бизнесменов, участницы гремевшего тогда на всю Россию танцевального коллектива «Уралочка». Женя поверила в себя и начала строить планы на будущее. В Пермском крае она оставаться не собиралась, но и в Москву больше не хотела, только в Милан. Теперь ее кумиром стал не Слава Зайцев, а Джанни Версаче. Она хотела учиться моделированию в Италии, там же творить. И это была не химера, а вполне реальная мечта. Благодаря перестройке даже девчушка из провинциального городка может попасть в Европу, нашлись бы деньги. А Женя их обязательно заработает!
Она вкалывала, чтобы платить по кредиту, а еще и откладывать. На себе экономила и все же смогла сшить себе достойный наряд. Он нужен был для выхода в люди. Женю в кои веки пригласили в бар. Нет, неправильно…
Ее пригласили в БАР!
В городке открылось несколько заведений, но то были, скорее, пивнушки. В столовой заводской еще ночной ресторан появился. Как и раньше, продолжали работать дискотеки. Но в БАР ходили только избранные. Там на входе стоял чернокожий охранник, который мог не пустить плохо одетого человека, там смешивали коктейли с загадочными названиями «Пина Колада» и «Куба Либре», там стриптиз, в конце концов, показывали!
Пригласила Лиду в БАР одна из постоянных клиенток, дочка председателя леспромхоза Аннет (Аня по паспорту). Она решила отметить день рождения не в Перми, где училась, а в родном городке. Позвала друзей и… Лиду! С портнихами нужно приятельствовать, считала она. Тем более с такими, как Женька Костина. Шьет вещи, каких на городских модницах не увидишь. Взять то платье, что она сострочила за пару часов к вечеринке. Это же загляденье! А впереди выпускной в институте, помолвка, свадьба. Жениха у Аннет пока нет, но долго ли ей, завидной невесте, его найти.
