а потом одновременно спускали соколов, чтобы выяснить, чей сокол первым притащит добычу!
Приехавшие альфы, эмир и замдиректора, после приветствия поинтересовались, где находится знаменитый Хани. Эмир пошел выразить ему свое почтение, как местной достопримечательности, а вот замдиректора был решительно настроен разнести в пух и прах «зарвавшуюся выскочку», который посмел принимать решения без его личного одобрения и разрешения! А еще вдобавок ко всему распоряжаться его сотрудниками!
Замдиректора практически не помнил тихого ботаника, который никогда не лез в глаза, и поэтому перед вылетом на Сабах он просмотрел его личное дело. На фотографии был маленький, толстый омега с перепуганным лицом. Он еще удивился, что на такого мог кто-то позариться. А в этом парнике находился невысокий, гибкий, как кошка, омега с бирюзовыми глазами. Пахло от него обалденно - новогодними праздниками и радостью. Он, как все местные омеги, был одет в наглухо закрытую одежду. Из-под полы верхней накидки выглядывал шелк платья, а на руке был браслет с замысловатой резьбой. Он был явно гаремным омегой! Да они издеваются над ним что ли? Гаремный неуч и чья-то подстилка будет тут командовать?
Замдиректора едва ли не с порога начал кричать, обзывая Хани неучью и бездарем. Хани неожиданно растерялся. За время, проведенное на Сабахе, он уже отвык от хамства и подобных выражений! Он попытался возразить, что, мол, имеет соответствующее образование и сам долгое время работал в том же институте, что и все приехавшие специалисты. Это ему первому была выписана «командировка на Сабах» и по его просьбе прислали всех остальных!
Подобной наглости со стороны гаремной выскочки замдиректора стерпеть не смог! Он стал обвинять омегу в том, что тот обманщик! Он, мол, знал прежнего Сашши и видит, что его именем здесь прикрывается самозванец! Альфа начал оскорблять растерянного омегу, и в довершение ко всему, он попытался сорвать с лица Хани край шейлы, чтобы доказать свою правоту! Эмир, который приехал с ним, растерялся от подобного поведения всегда надменного и холодного человека! Он пытался прекратить поток оскорблений в адрес супруга Айюба ад Дина! Но приезжий альфа совсем потерял голову! Он кричал, как будто был одержим демонами!
Альфа резко дернулся с места, крича, что откроет подлог и собрался сорвать шейлу с головы омеги! Эмир, который приехал вместе с ним, больше не сомневался, что приезжий сошел с ума! Он сбил его с ног и скрутил, обездвиживая. Хани тем временем резко шагнул назад, пытаясь увернуться от летящего к нему альфы. Он схватился за лицо, чтобы удержать шейлу на месте, в итоге запнулся за собственные ноги и, не удержав равновесия, упал навзничь, сбив при этом пару работников, которые не успели увернуться!
Именно в это момент влетел разъяренный Айюб. Он одним взглядом окинул всю картину целиком: альфа, которого скрутил сосед-эмир, бесценный Хани, который слабо барахтался, лежа на двух работниках, а те боялись даже вздохнуть и пошевелится, чтобы их не обвинили в непочтительном прикосновении к омеге! У Хани сползла шейла, закрыв полностью лицо и перекрутившись на голове так, что стало видно скулу и алое ушко! Никто не мог помочь подняться омеге, вокруг были одни мужчины и альфы, а Хани растерялся, пытаясь справиться с одеждой и при этом подняться! От падения платье задралось, открыв тонкие щиколотки! Хани был просто в отчаяньи!
Айюб, рыкнув на всех, подхватил и поднял свое сокровище, своего ненаглядного Хани. Тот, поняв, что рядом муж, уткнулся в него носом и расплакался, как девчонка! Он совсем отвык от подобного! И не ожидал, что на него могут так кричать! За время, проведенное на Сабахе, он привык, что к омегам относились уважительно.
Все быстро выскочили из парника, чтобы омега мог привести себя в порядок. Быстрее всех убежали работники, чтобы не оказаться крайними в альфьей разборке. Хани, оставшись наедине с Айюбом и получив несколько ободряющих поцелуев, успокоился и, умывшись из лейки, быстро привел себя в порядок. Он привычно перевязал на голове платок, и, заколов угол шейлы, чтобы скрыть от посторонних взглядов лицо, вышел следом за Айюбом на песок под палящие солнце.
Там альфы скрутили замдиректора, держа его на коленях, со склоненной головой, а два эмира над ним спорили друг с другом за право казнить негодяя! Он посмел оскорбить омегу! И не просто омегу, а супруга уважаемого человека. И в довершение ко всему, все видели результат работы Хани, они слышали его спокойные и разумные речи. Все люди, которые сталкивались с Хани, говорили о его уме и деликатности! А от этого наглого и высокомерного инопланетянина, кроме нелепых высказываний и завышенных требований к окружающим, они не видели ничего. Ах да, под его руководством было много испорченных семян и черенков, загубленных посевов, что произошло, как выяснилось, не по вине работников эмирата, а из-за небрежности самих приезжих! А, следовательно, неверный, возводя поклеп на уважаемого человека, сам был невеждой и дилетантом в своем деле!
И этот неверный посмел повысить голос на супруга эмира? Выдвигать нелепые обвинения, которые ставили под сомнение честность супруга эмира? За клевету ему полагалась казнь на месте! Эмир, у которого он жил, сокрушался, что неоднократно закрывал глаза на его гордыню и тщеславие, списывая это на плохое воспитание, но сегодняшнее его поведение было просто недопустимым! Некогда заносчивый альфа выглядел жалким и испуганным, он растерянно глядел на эмиров, которые совершенно серьёзно обсуждали, как и кто казнит его!
Когда Айюб вышел из парника, они обратились к нему с вопросом: кто имеет большее право казнить негодяя? Тот, на чьей земле было совершенно преступление, или тот, который привез преступника и тем самым подвел хозяина земли, и, казнив преступника, сможет смыть позор недостойных высказываний? Айюб заявил, что только он имеет право казнить преступника, который посмел возвести хулу на его супруга! И этот гнусный негодяй не достоин даже честной дуэли! Его следует казнить постепенно: вначале отрезать язык за хулу, которую он возвел на Хани, а потом голову, в которую пришла идея обвинять порядочного человека. Более того, он попытался открыть лицо омеги, тем самым обесчестив его! Нет, только он, как муж, обязан провести эту казнь!
Хани чуть не упал, когда услышал подобное! Да, замдиректора тот еще хам и козел, но казнить за подобное? Это, пожалуй, перебор! Он вцепился в Айюба, но увидев у него на лице спокойную уверенность в том, что он не только может, а просто-таки обязан так поступить, чуть было не сдался. Но хитрость жада и умение Ясмина вывернуть ситуацию из катастрофической
