Специфика предмета эволютики обусловливает и её связи с различными философскими системами, в том числе и подчёркнуто антисциентистскими, антропологическими, рассматривающими сущность человека как феномен, в принципе не поддающийся научному познанию. Возьмём для примера экзистенциализм. По существу, его рациональная сторона заключается в выявлении философскими и художественными средствами мобилизационных структур психики, которые сопротивляются рациональным и рассудочным, стереотипным и утилитарным воздействиям социальной среды, которые формируют обыденное сознание как совокупность общественных отношений. Фактически экзистенциализм во всех его теоретических построениях и ответвлениях есть учение об экзистенции как иррациональной мобилизации человеческого сознания (в широком смысле этого слова, включающем и бессознательные процессы). Он есть наука для изучения протестного сознания, стремящегося освободиться от парализующего воздействия обстоятельств и от обезличивающего мобилизационного давления общества. В этом смысле экзистенция есть своего рода антимобилизация, источник парадоксальных реакций психики на мобилизующую или даже ультрамобилизационную (тотлитарную) общественную среду.
Таким образом, в сферу онтологии эволютика вносит эволюционное понимание бытия и сознания, материи и духовной сущности человека. Классическая философская онтология изучала ставшее бытие и источник его происхождения в некоем исходном первоначале. Эволютика изучает эволюционирующее бытие и источники его эволюции в неоднородных, бесконечно многообразных мобилизационных структурах, складывающихся в самом бытии, а не где-то над ним, где-то за его пределами. Такой метафизический подход соответствует изменению состояния физики, и не только физики, но и всей совокупности конкретно-научных дисциплин. Если прежняя физика была наукой о физических формах движения, сейчас она становится наукой об эволюции физических форм движения, впитывает в себя эволюционное содержание. То же самое происходит и с другими конкретными науками – астрономией, химией, биологией, психологией, историей человечества. Опираясь на них, философская онтология уже не просто изучает ставшее бытие, и не только становящее бытие, выражаемое категориями диалектики, а эволюционирующее бытие, включающее и самопроизвольно становящееся, и ставшее, и активно структурируемое бытие. Становящееся – ставшее – эволюционирующее: триада, составляющая «святую троицу» в деле реального сотворения мира путём преобразования вселенского хаоса в космический порядок.
Наряду с насыщением эволюционным содержанием онтологическо-мировоззренческого комплекса современной философии, эволютика аналогичным образом воздействует на гносеологию и методологическую эпистемологию. В гносеологическо-методологический комплекс современной философии вводится понятие способа восприятия и представления явлений, подразделяемого на естественный, соответствующий устройству наших органов чувств, и ряд искусственных, которые формируются для воссоздания в теоретизированном, модельном выражении негеоцентрических объектов, не поддающихся исследованию посредством естественного способа восприятия и соответствующих ему представлений. На основе различных способов восприятия создаются различные мобилизационные структуры познания, являющиеся ядрами фундаментальных наук.
В научной методологии второй половины XX столетия был выдвинут целый ряд конкурирующих подходов, призванных объяснить эволюцию научного познания. Наибольшую известность в этой сфере получили работы К. Поппера, Т. Куна, И. Лакатоса, П. Фейерабенда, Дж. Агасси, С. Тулмина, Н. Хэнсона и др. Фактически сменяющие друг друга теоретические конструкции Поппера, парадигмы Куна, исследовательские программы Лакатоса, несоизмеримые альтернативы «эпистемологического анархизма» Фейерабенда, решения проблем Агасси, типы рациональности и формы понимания Тулмина, типы открытий Хэнсона с точки зрения эволютики представляют собой не что иное, как разнообразные мобилизационные структуры науки, действующие на различных уровнях эволюции познания. С. Тулмин в работе «Человеческое понимание» попытался даже построить дарвиновскую теорию развития науки. Особую роль в воспроизведении эволюции научного познания сыграли работы выдающегося российского философа В. Стёпина, выявившего роль научных картин мира и их связь с философско-мировоззренческой и общекультурной основой познания. По своей многогранности и универсальности стёпинская теория эволюции науки, безусловно, превосходит всё, до сих пор созданное в этой сфере. Эволютика намечает пути синтеза методологических сценариев и созданий общей теории эволюции науки.
В логике эволютика связана со стремлением проследить «логику» эволюции, преодолевая недостатки своей предшественницы – диалектической логики изменения и развития. Следование человеческой мысли чревато субъективизмом и подчинением личным интересам человека и потребностям той социально-мобилизационной структуры, к которой принадлежит человек. По замечанию Т. Гоббса, если бы в интересах какого-то человека было оспаривать правоту теоремы Пифагора, он с огромной активностью и эмоциональностью стал бы доказывать, что квадрат гипотенузы не равен сумме квадратов катетов. Для раскрытия и демонстрации субъективизма человеческого мышления служат законы и правила формальной логики, основы которых были заложены ещё Аристотелем и направлены против учений современных ему софистов. Эти законы и правила являются, по существу, средствами объективации следования человеческой мысли, позволяющими наглядно показать и отследить не истинность высказываний, а лишь их совместимость или несовместимость между собой, обеспечивая тем самым правильность, последовательность человеческого мышления.
Диалектическая логика претендовала на логическое обеспечение истинности человеческого мышления посредством выявления и адекватного выражения логики самого бытия. Происхождение логики бытия у Гегеля из мыслящей Абсолютной Идеи совершенно понятна: ведь всякое бытие порождается её мышлением, выступающим в качестве её креативного первоначала. Логика бытия изменчива, что порождает конфликт с формальной логикой, которая обеспечивает строгое различение понятий, описывающих бытие. Изменчивость создаёт противоречия действительности, которые являются источником развития и не охватываются формальной логикой, поскольку эти противоречия рассматриваются ею как недопустимые противоречия в мышлении о них.
С возникновением материалистической диалектики весьма проблематичной стала сама постановка вопроса о логике бытия. Откуда берётся логика у материи, которая не мыслит? Мышление ведь присуще лишь мыслящей материи, т. е. мыслящим существом, людям и возможным другим представителям космических цивилизаций? В материалистической диалектике логика материи рассматривается как отражение последовательности диалектических процессов в мышлении людей.
Эволютика вносит в логику эволюционный тип мышления, который связан с переосмыслением диалектической логики и не противоречит современным типам формальных логик. Прежде всего, эволютика вскрывает зависимость различных типов логик от способов восприятия и представления явлений. Логика познания эволюционных процессов расширяется в связи с выходом познания за пределы естественного человеческого способа восприятия и представления явлений. Объекты микромира, пространство-время общей теории относительности, сложные системы ведут себя «нелогично» с точки зрения представлений, базирующихся на образах наших восприятий. Явления, получаемые посредством этих образов движутся и взаимодействуют в соответствии с механическими законами, обладают макроскопическими телами, что обусловливает геоцентрический характер логики обыденного человеческого мышления в рамках механистической картины мира. Современные формальные логики отличаются от классической не только своим вычислительным характером, но и негеоцентрическим способом отвлечения от конкретного содержания высказываний и оперирования их формальными структурами.
Эволютика противопоставляет диалектической логике эволюционную логику, которая отражает направленность и последовательность эволюционных процессов, обусловленную функционированием мобилизационных структур. С этой точки зрения многие положения диалектики нелогичны, так как они нарушают понимание естественного протекания эволюции, что будет показано в соответствующих разделах настоящей книги.
В философской антропологии, т. е. в мировоззренческом учении о человеке эволютика позволяет выявить эволюционные возможности человека, связанные с процессами регулярного психофизического самосовершенствования и запуска направленной автоэволюции. Исследование психологических процессов в эволютике связано с анализом действия мобилизационных процессов в психике человека, и их протекание также находит эволюционное объяснение. Тем самым закладываются философские основы для формирования эволюционной психологии и мобилизационной психотерапии. Цель такой терапии – мобилизовать духовные силы человека и направить их на эволюцию его психики посредством медитативного тренинга. Огромную роль тренинг играет и в эволюционной этике. В сфере этики эволютика изучает способы мобилизации духовно-нравстрвенного потенциала логичности на гуманное решение сложных жизненных проблем, укрепление моральных качеств личности для преодоления неблагоприятных обстоятельств, пути нравственной эволюции человека. Исследуются в эволютике также этапы, способы и пути морального прогресса общества, его критерии.
