воцарится тьма. Пока оранжевые птицы вновь не принесут на своих крыльях солнечный свет. Этот свет ещё никогда не казался Ариэне таким живым и тёплым. Таким материальным. Сильвена говорила, что возле планеты Эрс очень сильная луна. Может, здесь, в этом мире, очень сильное солнце? Странно… Оно было не ярче, чем то солнце, что дарило свет и тепло родной планете Ариэны, но она никогда так явственно не ощущала прикосновение небесного великана, как здесь и сейчас. У неё на родине солнце считали могущественным и капризным богом, которому лучше не докучать молитвами и просьбами. Лучше не тормошить небесного великана, – говорили в Див-Аранхе. – Спасибо ему за то, что он нам даёт, а большего просить не стоит. Не надо играть с огнём, способным спалить целый мир. Лучше не привлекать внимание этого бога даже благодарственными молитвами. Услыхав их, солнечный великан может наклониться, чтобы получше рассмотреть тех, кто воздаёт ему хвалу, и тогда все мы превратимся в пепел.
Создавалось впечатление, что здесь солнечный великан ближе к людям, хотя и не покидает свой небесный чертог. Он просто посылает на землю солнечных птиц. Они весь день незримо летают среди людей, ласково задевая их своими тёплыми крыльями. Увидеть этих птиц очень трудно, но древнему мастеру это удалось. И он запечатлел на стенах этого зала одно из своих самых чудесных видений…
До чего же портили интерьер пёстрые аляповатые ковры, устилавшие мозаичный пол. Всюду стояли курильницы, в которых жгли какую-то душистую смолу. Её сладковатый залах раздражал Ариэну.
Здесь было полно девушек. Разодетые и накрашенные, они сидели на плоских узорчатых подушках и как будто покорно чего-то ждали. Ариэне всё это не понравилось, а когда распахнулись двери и в зал стали входить мужчины, суть происходящего прояснилась окончательно. Похоже, по местному обычаю девушки из племени темноволосых были обязаны ублажать мужчин города. Ариэна заметила, что среди гостей этого «Дома Наслаждений» есть представители обоих племён, но голубоглазые блондины держались более уверенно. О чужеземках знал уже весь город, и большинство мужчин горели желанием поразвлечься именно с ними. Другое дело, что не у всех тут было право выбора. Компанию молодых воинов возглавляли двое красивых юношей, в которых Ариэна тут же узнала не то братьев, не то сыновей правителя. Один двинулся к Лихане, другой, постарше, улыбаясь, направился к Ариэне. Естественно, они могли выбирать первые.
«Ну уж нет! – решительно сказала себе Ариэна. – Лихане это, может, и подходит, но только не мне».
И она отстранилась, когда юноша попытался взять её за руку. Никаких ухаживаний, ни малейшего проявления любезности. Просто взять и всё. Ну и обычаи. В Див-Аранхе даже в Домах Наслаждений было не принято так вести себя с женщиной.
Сын вождя недоуменно вскинул брови. Потом, широко шагнув к Ариэне, попробовал схватить её за плечо. Окружающие ахнули, когда она увернулась и отскочила в сторону. Парень начал злиться по-настоящему. Его красивое заносчивое лицо побагровело. Он не привык к отказам. Во всяком случае в этом доме. Девушки смотрели на Ариэну с таким испугом, словно она совершила преступление, которое карается смертью. Она поняла – сынок правителя может теперь сделать с ней всё, что угодно, и никто не посмеет на неё заступиться. А ей было нечем себя защитить…
Луч солнца упал на алмазную звезду, которая сверкала в ожерелье этого голубоглазого ублюдка, и одновременно с этой яркой вспышкой, на мгновение ослепившей Ариэну, в голове её вспыхнула мысль. Солнце! Он ведь уже помогал ей – солнечный великан. Это, конечно, солнце чужого мира, но не может же солнечный бог защищать мерзавца, готового избить женщину только за то, что она отвергла его бесцеремонные притязания. А в том, что сынок (или братец) правителя намерен с ней разделаться, Ариэна почти не сомневалась. Её мысли работали с лихорадочной быстротой. Она должна была что-нибудь придумать. Или вспомнить… Просматривая материалы пришельцев, Ариэна нашла кое-что и о магии. В одном из давно поги6ших миров маги использовали для концентрации силы драгоценные камни. Ариэна этого не умела. Она в последнее время вообще не упражнялась в магическом искусстве. Уже хотя бы потому, что много сил отнимал растущий в её лоне ре6ёнок. Наверное, драгоценный камень мог концентрировать и энергию солнца… Ариэна постаралась сосредоточиться на солнечном луче, который падал на её противника. Соединив свою силу с силой небесного великана, она направила её на алмазную звезду, и та засияла так ярко, что зажмурились все, кто стоял поблизости. Сын правителя вскрикнул. Звезда в его ожерелье продолжала сиять, даже когда он отступил в тень. Солнечный луч преследовал его, а алмаз разгорался всё ярче и ярче. Парень отчаянно завопил. Его грудь покраснела от ожога. Он сорвал с себя ожерелье, и там, где оно упало, тут же задымился ковёр.
– Хэдда! – крикнул побагровевший от стыда и ярости сын правителя, указывая на Ариэну.
Он ещё что-то кричал – видимо, тре6уя, чтобы её схватили, но никто не смел к ней при6лизиться.
– Хэдда, Хэдда... – повторяли люди. При этом они сплетали пальцы, делая какой-то знак. Наверное, отвращающий зло.
«С какой стати они называют меня именем этой твари? – недоумевала Ариэна. – Может, устроить тут пожар и 6ежать? Только вот куда?»
Она поняла, что в этом мире действительно очень сильное солнце. А может, здешний небесный великан просто охотнее общался с жителями земли, чем солнечные божества других миров… Ариэна знала: если она не справится с солнечным огнём, не сумеет направить его, куда ей нужно, он обрушится на неё. Она всё-таки решила рискнуть. Золотые лучи, пересекая зал и отражаясь от зеркальных колонн, наполняли помещение ослепительным сиянием. Сам этот зал прекрасно удерживал и концентрировал солнечный свет. Оставалось соединить силу света со своей силой и направить этот пучок энергии на легко воспламеняющиеся предметы. Здесь было сухо и довольно жарко. Благодаря усилиям Ариэны ковёр в нескольких местах задымился. На большее её не хватило – она была далеко не в лучшей магической форме.
Огонь потушили, не дав ему разгореться, но паника не утихала долго. Пока мужчины заливали ковры водой, девушки с испуганными воплями спешили покинуть зал. Возле дверей, ведущих в женские покои, возникла давка, так что вопли не утихали, а становились всё громче и громче. Использование солнечной магии вызвало у Ариэны головокружение и слабость. Она опустилась на узорчатую подушку в той части зала, где народу было меньше всего. Она не хотела, чтобы её ненароком толкнули – боялась
