я.
– Ничего странного, не удивляйтесь, молодой человек, просто это очень тихое место.
– Да уж, действительно, – согласился я после того, как, оглядевшись по сторонам, не увидел больше ни одного человека, – но я отчетливо слышал стук колес, когда подходил к станции.
– О, это вам показалось, – спокойно отвечала она.
– Но, я уверен, что слышал! – возмутился я.
– Вам показалось, – снова, абсолютно невозмутимо, ответила кассирша и улыбнулась мне.
– Вы думаете, что у бродяги, стоящего перед вами, не все в порядке с головой? – сказал я ей, имея в виду себя.
– Ну, что вы, господин, какой же вы бродяга? – спросила удивленно она.
Вместо ответа, я опустил глаза, осматривая свою одежду.
– Ну! Это ни о чем не говорит! – заявила она, осмотрев вслед за мной мою одежду.
Я вопросительно посмотрел на нее, а она продолжала:
– А вот с головой, только не сердитесь, у вас, действительно, есть небольшие проблемы, – сказала она и скрылась в своем окне.
Если бы на ее лице не было дружелюбной улыбки, я бы решил, что она издевается надо мной. Я был совсем измучен и не стал вступать с ней в спор по поводу своей головы. Я, просто, снова наклонился к окошку и спросил:
– Вы уверены, что здесь проходит только один поезд?
– Абсолютно, – сказала женщина и добавила, – вам показалось, что вы слышите стук колес и гудок поезда.
– Я вам про гудок ничего не говорил! Как вы догадались?!
– Знаю, что не говорили. Все очень просто, люди иногда так сильно хотят чего – то, что им начинает казаться, что это происходит на самом деле. Вот так и с вами произошло. Вы так сильно хотели услышать гудок поезда и стук колес, что в конечном итоге, он вам и послышался.
Хотя я был уверен в том, что мне ничего не послышалось, я не стал с ней спорить, так как усталость, просто валила меня с ног.
– Может быть, вы подскажете мне, где я могу продать свои часы? – немного погодя, я снова обратился к женщине.
– Здесь часы у вас никто не купит, это точно, поэтому вам не стоит даже и тратить на это время.
– Вот дела, – подумал я про себя, а потом снова спросил у кассирши:
– Может быть, здесь есть какой – нибудь ломбард?
– Какой здесь может быть ломбард. Место здесь тихое. Людей можно встретить не часто. Нет здесь никакого ломбарда. Мне очень жаль.
– А на какой путь прибывает поезд?
– На первый, конечно же, на первый.
– Почему «конечно же», – полюбопытствовал я, понимая, что уже изрядно надоел кассирше своими вопросами.
– У нас других нет, здесь вообще только один путь, – не смотря на мою назойливость, спокойно отвечала кассирша, – поторопитесь, стоянка поезда всего пять минут.
Я посмотрел на железнодорожное полотно и обомлел. Моему взору предстала всего одна пара рельсов, которая возникала из неоткуда и уходила в никуда. Мне было совершенно не понятно, как же такое возможно, ведь, рельсов, как минимум, должно быть две пары. Не может же поезд идти только в одну сторону, он же должен и возвращаться. Меня в конец одолело любопытство, поэтому я снова нагнулся к окошку, чтобы в очередной раз пристать к кассирше с очередным вопросом. Но, каково же было мое удивление, когда, в окне я никого не увидел, там было совершенно пусто. Я начал стучать, но на мой стук, никто не отзывался.
Вдруг, я увидел прямо перед собой прибывающий поезд. Мне нужно было торопиться, ведь стоянка поезда была всего пять минут, как сказала кассирша, а мне еще предстояло найти свой вагон. Я взглянул на билет, который она мне продала, и увидел, что мне нужен шестой вагон. Я поспешил к поезду. Прямо передо мной остановился вагон, как раз, с номером «шесть». Из него вышел проводник и сразу уставился в мою сторону. Я подумал, что ему не понравился мой внешний вид, ведь я был похож на бомжа после этой изнурительной пробежки, и, разумеется, ему вряд ли хотелось бы, чтобы мое место оказалось именно в его вагоне. Так я объяснял по – началу причину его повышенного внимания к своей неприглядной персоне. Но, присмотревшись к проводнику внимательнее, я понял, что ошибся. Его глазки были слегка прищурены из – за того, что он широко улыбался. Вообще, этот проводник, тоже показался мне не совсем обычным, по – тому, что он, как и та исчезнувшая кассирша, был подозрительно дружелюбен. Я подошел к нему и, поздоровавшись, протянул билет.
Он, продолжая улыбаться, ответил:
– Добрый день, молодой человек, добро пожаловать, – он слегка наклонился и показал рукой на вход в вагон.
Я снова попытался передать ему свой билет, он кивнул мне головой, но билет не взял.
– Ваше место номер шесть, – сказал он мне вслед.
Мне снова показалось это странным, откуда он знает, что мое место номер «шесть», если он не взял у меня билет. Я молча стал продвигаться вперед по вагону. Но, взглянув на табличку с номерами мест, висевшую на двери первого купе, сразу остановился. Почему – то шестое место находилось в первом купе. Я подумал, что это ошибка, но дверь купе была приоткрыта, и я заглянул внутрь. Действительно, напротив нижней полки я увидел табличку с цифрой «шесть». Я взглянул на держащий в своей руке билет. Однако, ничего особенного там написано не было, кроме того, что мое место, действительно, оказалось шестым, впрочем, после слов проводника, я в этом мало сомневался. Похоже, что здесь, в этом тихом местечке были какие – то ясновидящие люди, которые все про всех знали. Все это было ужасно странно. Возможно, все это казалось мне таким странным еще и от дикой усталости, которая стала абсолютно невыносимой. Я подумал, что именно из – за нее у меня и разыгралось такое болезненное воображение, поэтому, первым делом, мне следовало бы немного поспать.
Поезд тронулся. Оказалось, что попутчиков у меня нет. Я был один в купе. Я подумал, что так оно даже лучше. Никто не помешает мне выспаться. Да и не надо чувствовать себя дискомфортно из – за моего совершенно неприглядного внешнего вида. Я отодвинул шторку и выглянул в окно.
На станции совсем не было народа. С этого поезда совершенно никто не сошел. Более того, я был единственным пассажиром, совершившим посадку на этой станции. Поезд медленно отъезжал, оставляя позади невысокое здание с окошком, над которым было написано слово «касса». Это слово было написано не очень крупными буквами, но я смотрел на него и мог
