— Спустись с трибуны, Дорт, — перебил его Рэнсфорд.
— Мы все знаем, как вы, Лансины, неровно дышите к Норби. И я согласен, все Норби действительно хорошие следопыты. Беда только в том, что скот, который они пасут, пропадает. Слыхал о таком?
— Да, слыхал. Но ведь никто не доказал, что скот пропадает именно потому, что его крадут Норби. Если любой, кого ты осмелишься задеть плечом, вышибет тебе зубы в отместку, то нечего валить на Норби. Да если с Норби обращаться по-человечески, они самые надёжные помощники! Горцы Мясоеды куда злее Норби.
Шторм вмешался в беседу, надеясь вернуть её снова к личности Куэйда:
— Горцы Мясоеды — это ведь те, кто ворует скот?
— Они самые, — кивнул Рэнсфорд. — Послушай-ка, ты и есть тот Повелитель зверей, которого послали из Центра в наше поселение? Тогда мы тебя просветим прямо здесь, мы наслышаны, кто ты такой и что умеешь. Так вот, Горцы Мясоеды — гроза пастбищ. Они налетают на чьё-нибудь стадо, загоняют и отбивают молодняк, который потом перепродают. Пастухи не могут уследить за каждым акром пастбищ. Поэтому приходится нанимать Норби. Они хорошие следопыты, знают пастбища и горы.
— А где же Горцы. Мясоеды продают украденный скот? — спросил Шторм.
— Это хотел бы знать любой владелец якобыков, любой объездчик, любой пастух этой планеты. У нас есть только один космопорт, через который не пропускают ничего, что избежало бы двойной проверки, вдоль и поперёк. Разве что где-нибудь в холмах есть тайный космопорт, куда контрабандисты заходят за угнанным скотом. Но так или иначе, Мясоеды налетают на стада.
— Или налетают не Мясоеды, а Норби, — вмешался третий пассажир. — А потом, когда мы начинаем задавать вопросы, куда делся скот, Норби вопят о нарушении прав, о незаконных притязаниях…
— Бал вин, это неправда! Стал бы тогда Брэд Куэйд нанимать Норби, как же! Его клан живёт в округе Бэйсин со времён Первого Корабля, он истоптал эту землю до ярда. Налёты с гор Лимпиро — вот что заставило Куэйда изменить мнение.
Шторм пристально разглядывал собственные руки, покоившиеся на столике. Загорелые, худые руки, левую пересекал тоненький неровный шрам. Неподвижные руки спокойного человека. Никто из сидящих не заметил внезапного блеска в опущенных глазах Шторма. Он услышал то, чего ждал. Брэд Куэйд, тот, ради встречи с кем Шторм проделал столь долгий путь. Брэд Куэйд, за которым тянулся кровавый долг из мира, больше несуществующего.
Брэд Куэйд, к которому Шторм стремился, чтобы спросить с него этот кровавый долг. Когда-то, будучи ещё маленьким любознательным мальчиком, Хостин Шторм дал великую клятву другому человеку, сильному и разумному. Гораздо более сильному и разумному, нежели те, кто причислял себя к цивилизованным расам. Потом разразилась война и Шторм вынужден был участвовать в ней. А потом он проделал путь в половину галактики…
«Йат-та-Хей, — он произнёс это не вслух. — Очень, очень хорошо».
Таможенный и иммиграционный досмотр на Арзоре оказался пустой формальностью, коснувшейся только личности прибывшего землянина, да и то интерес таможенников был направлен не на Шторма, а на его животных и орлицу Баку. В глубоком космосе легенды об Отрядах Зверей обрастали такими неожиданными подробностями, что никто из таможенников, наверное, не удивился бы, заговори Сурра человеческим голосом или выпусти Баку лазерный луч из когтя на лапе.
Жители Арзора миновали таможню при полном вооружении. Бластеры и нидлеры были запрещены, однако у всех взрослых мужчин на поясах болтались трубки лучевых станнеров, а некоторые не выпускали этого оружия из рук. Вполне простительная традиция, подумал Шторм, на Земле такое тоже встречалось. Однако пластикретовые стены зданий порта были не земными. Точно так же не был земным купол неба розовато-лилового оттенка; но налетевший с дальних красно-рыжих гор ветер обещал долгожданную свободу.
Под этим ветром Баку приподняла крылья, а Сурра настороженно поводила мордочкой. Шторм остановился, нюхая воздух широко раскрытыми ноздрями. Сурра сделала то же самое. Ветер принёс запах, очень стойкий, неотвязный.
По всей планете паслись якобыки. Попадая в этот мир, люди, зависевшие на других планетах от механического транспорта, обнаруживали, что здешняя жизнь устроена совсем по-другому. Для машин необходимо топливо, запчасти, в новые миры машины приходится ввозить за астрономические суммы денег. Но кое-где сохранился самовоспроизводящийся вид транспорта, средство передвижения, которое когда-то верно служило на родной планете, и которое звёздные эмигранты променяли на другое. Но которое осталось благодаря чьей-то любви к природной красоте и грации. Лошади. Их завезли на Арзор в порядке эксперимента. И для лошадей равнины Арзора стали родным домом. Через три поколения арзорских поселенцев лошади распространились по всему Арзору, изменив жизненный уклад и поселенцев и коренных жителей планеты.
Индейцы племени Дайни веками существовали бок о бок с лошадьми. Это племя хранило в крови дружелюбие к лошадям. Налетевший ветер принёс вместе с запахом якобыков запах лошадей. Шторм вспомнил свой первый выезд. Ему было три года и он чувствовал себя потерянным на равнине огромного крупа старой смирной кобылы.
В загоне близ космопорта паслось достаточно лошадей. Шторма удивил их облик. Здешние лошади не походили на маленьких вьючных пони, к каким был привычен индеец Шторм. Они были гораздо выше и расцветка их была непривычна. Серые или светлые шкуры, украшенные чёрными или красными пятнами, контрастировали с тёмными гривами. Или наоборот, вороной окрас и светлые гривы-хвосты. До сих пор Шторму не приходилось скакать на таких лошадях.
Баку взлетела на ветку ближайшего дерева, Сурра и меркоты устроились возле обширного пня. Шторм подошёл к ограде корраля.
— Симпатичный табун, правда? — стоявший внутри корраля человек снял широкую соломенную шляпу и открыто улыбнулся. — Я их пригнал из Кардола несколько дней назад. Пока что я не снимаю путы, лошадок только завтра будут приучать к наездникам. Нужно подготовить их к аукциону.
— К аукциону? — Шторм залюбовался молодым жеребцом. Длинный шёлковый хвост, упругие бока, животное двигалось, явно наслаждаясь собственной лёгкостью и свободой. Серая блестящая шерсть в рыжую крапину, светлые подпалины на брюхе и груди, красноватые грива и хвост.
Шторм так увлёкся рассматриванием жеребца, что не заметил, как хозяин корраля рассматривает самого Шторма. В этой части галактики редко попадались коммандо в полном обмундировании. Чаще всего солдаты Конфедерации носили простую бляху-значок в виде львиной морды. Направленный на Шторма внимательный взгляд подметил больше, чем могла рассказать зелёная форма Конфедерации.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
