— Парень, ты словно родился где-нибудь посреди Бэйсина! Подожди, это что, все твои вещи? Ты без седла!
— Не нужно седла.
У Шторма было седло собственного изобретения — лёгкая подстилка, попона… И когда он взнуздал прирученного красно-серого жеребца, те, кто видел сцену объездки, не стали спрашивать, где седло.
На Арзоре все намёки на галактическую цивилизацию заканчивались за границей космопорта. Но вот кучка зданий осталась позади. Группа держала путь на юг. Шторм вобрал в себя терпкий воздух и взглянул на горную гряду впереди. В розовом небе прошелестели крылья — это Баку пробовала на вкус дикую свободу нового мира. Сурра, позёвывая, развалилась в тележке. Её время открытий, ночь, ещё не приспело.
Дорога быстро превратилась в выщербленную от времени каменную кладку. Но Шторм знал, что и это временно. Ларкин собирался пересечь степь напрямую, чтобы, сэкономив время, захватить большую часть краткого сезона, когда в степи ещё есть растительность, для выпаса табуна. Стояла весна, время, в которое степь сплошь покрыта толстыми жёлто-зелёными растениями, мягкими, пока есть влага. Но через три или два месяца, или даже того быстрее, горные ручьи, питающие степь, высохнут. Растительность увянет, и стада некуда будет выгонять на выпас до самой осени — очередного влажного сезона. Осенью на несколько недель снова вернётся трава.
Они стали лагерем на ночёвку, и Ларкин назначил караульных, менявшихся каждые четыре часа.
— От кого караулить? — удивился Шторм. Рэнсфорд пояснил:
— Может быть, здесь, где ещё соблюдают закон, и не от кого. Но Пат правильно делает, что приучает нас к дисциплине загодя. В диких местах некогда будет учиться. Наше стадо хорошее, за него дали бы кучу денег в Бэйсине. Если Горцы Мясоеды подберутся к стаду и напугают животных, они легко смогут отбить сотню-другую голов. И, несмотря на слова Дорта Лансина, следует опасаться и Норби, которые не больно-то расположены работать, зарабатывая себе лошадей. Племена с окраин тоже не прочь отбить молодняк, потому что в их старых табунах всегда нужна свежая кровь на племя. Вот и они тоже рыщут в поисках поживы. И потом, всегда надо помнить про йорисов. Эти твари лакомятся мясом, но всегда убивают больше лошадей, чем им нужно на ужин. Просто от возбуждения убивают и не могут остановиться. Если йориса не остановить, эта гигантская ящерица перекусает весь табун своим скорпионьим хвостом, будет жалить пока никого не останется.
Потянувшись, Сурра вскочила с подстилки и подошла к Шторму. Короткий обмен быстрыми взглядами — и Шторм был предупреждён о близкой опасности. Запахи всех мужчин в отряде были уже хорошо знакомы Сур ре, так же, как и запахи всех лошадей, ручных и необъезженных. Сурра чуяла что-то незнакомое вне лагеря. Рэнсфорд, кивнув в сторону опустевшей подстилки, спросил:
— Ты что, кошку тоже выставил в дозорные?
— Да. Думаю, йорис не справится с нею. Са-а-а!.. — Шторм свистнул, подзывая Хо и Хин га. Те вскочили в круг света возле костра, вскарабкались по ногам Шторма к нему на грудь и принялись любовно облизывать лицо юноши.
— А эта парочка чем у тебя занята? — полюбопытствовал Рэнсфорд. — Коготки у них, вроде, длинные, но для драки они слишком малы.
Шторм погладил меркотов — серые мордочки с чёрными «очками» вокруг живых глазёнок. Ну прямо бандиты в масках.
— Это у нас диверсанты, — сказал он. — Они выкапывают улики, от которых кто-нибудь пытался избавиться, у них нюх на спрятанное. Из вражьего лагеря они всегда приносят замечательные трофеи. А сколько бывает спрятано в их норах наворованного! Это и представить себе невозможно, сколько они могут стащить, когда попадается вражеская диспозиция.
Рэнсфорд присвистнул:
— А это не они обезвредили пост на Сальтаире, дав нашим парням возможность победить деморализованного противника и прорвать окружение? Слушай, тебе с ними надо добраться до Запечатанных Пещер. Вдруг они разыщут вход. Тебе тогда правительственную премию дадут.
— Что такое Запечатанные Пещеры? — в Центре Шторм узнал об Арзоре всё, что можно было почерпнуть из хранилища информации в Агентстве Эмиграции. Про Запечатанные Пещеры там ничего не было.
— Ну, Запечатанные Пещеры — это что-то из области сказок. Но эти сказки упорно гуляют по горам. Ты должен услышать, что рассказывает Брэд Куэйд. Он дружит с Норби, даже был удостоен чести выпить чашу крови с таким-то их большим вождём. Норби и рассказали Куэйду о пещерах. Туземцы утверждают, будто за горами есть большие города. Или что-то, что когда-то было городами. То ли Норби не всегда были такими дикими, то ли мы на этой планете не первые поселенцы. Тех, кто построил города, Норби называли «древними людьми». Якобы они потом ушли в пещеры, а входы за собой запечатали. Помню как-то учёные из Гальвади — большие умники! — прислали экспедицию. Но это было в сухой сезон, они не нашли воду. А потом грянула война, поиски входа в пещеры прекратили, учёные убрались. Но они объявили, что для того, кто найдёт вход в Пещеры, учреждена награда в четыреста акров земли плюс беспошлинный ввоз товаров в течение четырёх лет.
Рэнсфорд поглубже закутался в плед и положил голову на седло:
— Об этом, парень, здорово мечтается, когда объезжаешь стадо в степи.
Шторм уложил меркотов в своё одеяло. Они тут же зарылись под него, тихо мурлыча. Баку дремала на перекладине фургона, выставив чуть вперёд когтистую лапу. И меркоты, и орлица будут спокойны, пока Шторм не призовёт их к действию.
Жеребец, которого Шторм назвал Дождь-в-Пыли из-за особенностей его окраса, был совсем ещё не обучен ночной выездке. Поэтому землянин оседлал другую лошадь, хорошо объезженную, которую он также взял у Ларкина, и отправился на ней в путь без малейшего колебания. За прошедшие годы ночь столько раз служила ему укрытием, что и сейчас, подумал Шторм, её прихода можно не опасаться.
Время дежурства Шторма было почти на исходе, как вдруг Сурра заволновалась. Безмолвно и бесшумно в уме кошки проскочила искра тревоги, пойманная Штормом. На севере передвигается нечто опасное. Но что? Или — кто?
Он повернул коня в направлении, откуда Сурра почуяла угрозу. Кошка взвилась от ярости и предупреждающе зашипела. Шторм уловил ответный возглас из лагеря. Это меркоты и орлица спешили на помощь. Он сорвал с пояса фонарик и, включив его на полную мощность, посветил перед собой. Луч наткнулся на отблески, разбрасываемые чешуйчатой змеиной головой, готовой к схватке. Йорис!
Лошадь под Штормом заупиралась, хрипя от страха перед жутким запахом громадной ящерицы. Зловещее шипение достигло Шторма. Шторм не боялся ни за себя, ни за Сурру. Песчаная кошка привыкла к любым сюрпризам в самых разных мирах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
