— Этот табун предназначен на племя, незнакомец. Нам приходится привозить лошадей с планет, где их когда-то разводили. Так что это не чисто земные лошади, а немного другая порода. Я собираюсь выставить этот табун на большой весенний аукцион в Ирравади Кроссин.
— Ирравади Кроссин? Это в округе Бэйсин, не так ли?
— Точно так, незнакомец. А ты сам чем думаешь заняться? Возьмёшь кусок земли или пока что поработаешь у кого-нибудь на ранчо?
— Думаю поработать на ранчо для начала. Можно ли здесь устроиться пасти скот?
— Ты ведь уволился из каких-то войск, да? И с нашими условиями, по-моему, не знаком. Ездить на лошади умеешь?
— Я землянин, — слова Шторма не вызвали никакой реакции. Только лошади топали по загону и фыркали. Шторм, не сводя взгляда с красно-серого жеребца, продолжил. — Да, я умею ездить на лошади. Мой народ объезжал лошадей. И у меня квалификация Повелителя зверей.
Но на хозяина корраля это сообщение не произвело впечатления:
— И что с того? Ты лучше покажи, как ездишь на лошади. Если умеешь, я тебя нанимаю, прямо сейчас. Это мой корраль, меня зовут Пат Ларкин. Платить буду лошадьми. А коня для работы объездчиком ты получишь бесплатно, таковы условия договора.
Шторм уже перепрыгивал через ограду корраля.
— Погоди, они же совсем дикие, — поймал его за руку Пат Ларкин.
— Да? — засмеялся Шторм. — Но я ведь должен доказать, что не даром буду есть свой хлеб.
И он направился к жеребцу, которого приметил.
Глава 2
Шторм распахнул ворота прямо перед красно-серым жеребцом. Тот несколько мгновений не осознавал, что свободен, шагая вперёд по инерции.
Ларкин глазом не успел моргнуть, как Шторм обнял жеребца, запустив руки в пышную гриву и наклоняя голову коня к своей. Животное попыталось вырваться — индеец ласково дунул коню в ноздри, не ослабляя хватки.
Жеребец дрожал, но не сопротивлялся. Шторм погладил благородную морду, почесал за ушами, ласково прошёлся ладонью вокруг широко раскрытых глаз, огладил высокую шею, бока, круп. Каждый мускул, каждая клеточка тела животного ответили на тёплое прикосновение загорелых человеческих рук.
— Есть кусок верёвки? — тихо спросил Шторм Ларкина. К этому времени тот был уже не единственным зрителем, подошли и другие владельцы лошадей. Один из них протянул плотный моток верёвки.
Шторм перекинул верёвку через жеребца, связал на конской груди большую петлю и вскочил на коня, обхватив его ногами и крепко держась за гриву.
Не то чтобы жеребец протестовал. Он всего лишь пустился вскачь в открытые ворота. Жёсткая грива хлестала Шторма по лицу. Но он не отпускал конскую шею, он шептал проникновенные заклинания, соединявшие когда-то людей его рода с лошадьми, позволявшие животным преодолеть страхи, подчиняясь нежной силе.
Вскоре космопорт остался позади, словно рассыпанная нитка жемчужных огоньков на жёлто-красном ландшафте. Ласковым поглаживанием, тихим словом, убедительной настойчивостью интонации Шторм, наконец, заставил жеребца успокоиться. Конь перешёл с испуганного галопа на спокойный шаг, и некоторое время спустя Шторм неторопливой рысью прискакал в корраль.
Возле круглого ствола толстого дерева, где отдыхала команда Шторма, уже собралась толпа зевак. Жеребец почуял незнакомый запах и вновь задрожал, занервничал. Шторм не стал останавливаться, шепнув коню ободряющее словечко. В их сторону направилась Сурра.
Конь взвился и прыгнул к Сурре, явно собираясь атаковать. Шторм сжал его шею ногами, зашептав на ухо коню очередную команду. Сурра поступила не менее убедительно. Подняв передние лапы к морде коня, она оскалилась, жёлтые злые глаза оказались прямо напротив вспененной конской морды. Жеребец замотал головой и понурился. Шторм засмеялся.
— Так вы нанимаете меня? — крикнул он Ларкину. Тот, не скрывая восхищения, ответил:
— Парень, всякий раз, как тебе захочется заночевать в моём владении, знай — я нанял тебя укротителем необъезженных лошадей. Если бы я своими глазами не видел, как ты управляешься, я не поверил бы во все эти байки, будто Повелители зверей могут всё. Этот жеребец твой на весь путь до самого Кроссина. А кто у тебя вот эти звери?
— Баку, африканская чёрная орлица, меркоты Хо и Хинг, и Сурра, песчаная кошка. Все они с Земли.
Услышав своё имя, Баку распустила крылья, а меркоты высоко подняли мордочки, как бы принюхиваясь.
— Кошки с лошадьми не уживаются.
— Разве? — усмехнулся Шторм. — Вы говорите так, потому что видели, как Сурра знакомилась с жеребцом. Но она прекрасно обучена ладить со всеми. К тому же она великолепная разведчица.
Ларкин усмехнулся:
— О'кей, сынок. Ты настоящий Повелитель зверей. Мы выступаем в степь сегодня после полудня. У тебя снаряжение готово?
— Я успею всё собрать.
Шторм завёл жеребца в корраль и отпустил его к другим лошадям.
Перегон табуна был продуман до мелочей. Шторм и сам был не промах, но даже он через два часа езды по степи отметил чёткую слаженность работы небольшой группки наездников. Ветераны сопровождения Рэнсфорд и Лансин скакали рядом со Штормом из чистого желания поскорее ввести новичка в привычную для них обстановку. Свою поклажу они сложили в купленную тележку на двух колёсах, прицепленную к фургону. Когда поклажа была упакована, меркоты взобрались поверх тюков. Сурра и Баку пожелали следовать собственным ходом — бегом и на крыльях.
Шторм последовал совету Лансина, купив собственное снаряжение в небольших лавочках близ Порта. Он выбрал то же, что и старожилы. Он купил широкие брюки из шкуры йориса, прошитой нитями из шерсти якобыка. Ткань была плотная как металл и почти такая же прочная. Затем он приобрёл высокие ботинки из такого же, но вдвое утолщённого материала. Зелёную тунику он сменил на рубашку из шерсти якобыка. Подражая старожилам, он не стал зашнуровывать застёжки на груди, оставив телу возможность вольно дышать под мягкой одеждой.
Покидая Центр, он вынужден был оставить бластер, взяв взамен обычный лучевой станнер и охотничий нож, как и у всех пионеров. Зеркало в лавочке отразило высокого юношу в широкополой шляпе на густых тёмных локонах. Шторм лишний раз подивился, насколько же одежда меняет человека. И чуть позже снова вспомнил об этом, когда Ларкин не узнал его при сборах.
— Вы наняли меня укротителем, помните? — улыбнулся Шторм.
Ларкин хмыкнул:
— Парень, ты словно родился где-нибудь посреди Бэйсина! Подожди, это что, все твои вещи? Ты без седла!
— Не нужно седла.
У Шторма было седло собственного изобретения — лёгкая подстилка, попона… И когда он взнуздал прирученного красно-серого жеребца, те, кто видел сцену объездки, не стали спрашивать, где седло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
