заклад, он превратил ее в стереотипное логово мужчины, чтобы соответствовать своим вкусам плейбоя.
И поверь мне, я хорошо знаю эти вкусы. Они включают (на данный момент, но я все еще считаю) двух с половиной моих товарищей по команде чирлидеров — половину потому, что с третьей он только целовался. Тем не менее, он проходит через них, как фермер после сезона уборки урожая. Джиджи сказала мне, что у него было разбито сердце в прошлом году, и это первый раз, когда он одинок за долгое время. Она говорит, что он наверстывает упущенное время. Но это звучит как куча отговорок, и я не думаю, что для плейбоев нужно придумывать отговорки. Они просто рождаются с этим геном.
— Тебе не нужно изображать из себя крутую девчонку перед ребятами, — говорит мне Шейн. — Все знают о твоей симпатии.
Я фыркаю. — По-моему, единственный, кто испытывает к тебе симпатию, — это ты сам.
Честно говоря, я бы не удивилась, если бы этот парень проводил свое свободное время вне льда, любуясь собой в зеркале. Хоккеисты известны своей одержимостью двумя вещами: хоккеем и собой. И Шейн Линдли не исключение.
Меня не завораживает его привлекательность, хотя он бесспорно красив. Высокий и статный. Широкий, чувственный рот и коротко стриженные черные волосы. Накачанное тело атлета и ямочки на щеках, которые появляются, когда он пытается заманить тебя своей дерзкой улыбкой. Сегодня днем это рельефное тело одето в баскетбольные шорты и красную футболку, которая отлично сочетается с его темным оттенком кожи.
Когда я замечаю, что серые глаза Беккетта снова скользят по моему телу, обернутому полотенцем, я направляю на него хмурый взгляд. — Можешь смотреть сколько угодно, но обещаю, что полотенце больше не соскользнет.
— Ну, если соскользнет, я предпочел бы не пропустить это, — его зубы буквально сияют в свете ламп, когда он одаривает меня своей хочешь-меня улыбкой.
— Это твоя квартира? — спрашивает Уилл, указывая на дверь позади меня.
— К сожалению.
— Черт. Когда Джиджи сказала, что вы с ним будете соседями, я не думал, что вы настолько соседи, — замечает он, переводя взгляд с моей двери на ту, что в конце коридора.
— Пожалуйста, не надо меня подкалывать, — бурчу я. Шейну говорю: — Если ты ждешь торжественной встречи, тебе не повезло. Моя новая цель — научиться жить так, чтобы никогда не сталкиваться с тобой.
— Удачи в этом. — В темно-карих глазах Шейна мелькает юмор. — Потому что моя новая цель — стать лучшими друзьями и проводить вместе каждую свободную минуту. О, кстати, я устраиваю вечеринку на этих выходных. Мы могли бы стать соорганизаторами. Оставим обе двери открытыми и...
— Нет. — Я угрожающе поднимаю палец. — Нет, этого не будет. На самом деле, вы двое, — я бросаю сердитый взгляд на Уилла и Беккетта, — идите ждите его в его квартире. Мне с Линдли нужно обсудить правила взаимодействия.
Глава 2
Шейн
Лето Шейна
Я смеюсь про себя, следуя за сердитой блондинкой в её квартиру. Когда мы выходим из прихожей в основную комнату, мне приходится несколько раз моргнуть, потому что это совершенно не то, чего я ожидал. Гостиная обставлена мебелью, которая совершенно не сочетается, и на полу лежит бордовый ковёр, который совсем не гармонирует с бледно-голубым диваном в цветочек. Такой диван, который можно найти в доме умершей бабушки, когда приезжаешь разбирать её вещи. Как будто никто из семьи не будет ссориться из-за этого дивана, разве что спорить, кто отвезет его в благотворительный магазин.
— У этого места определённо есть атмосфера кошатницы, — замечаю я.
— Мяу, — раздаётся из кухни.
— Чёрт возьми. У тебя действительно есть кот. — Моя челюсть отвисает, когда серый полосатый кот появляется из-за узкого острова и смотрит на меня, как будто я убил его котят.
Выражение лица Дианы отражает лицо кота. — Это Люси. Она любит улизнуть, когда наш сосед снизу принимает одного из своих клиентов на терапию.
— Привет, — говорю я кошке, кивнув в знак приветствия.
— Не стоит даже пытаться. Она демон из ада, — говорит Диана в тот момент, когда Люси подходит ко мне и трётся о мою ногу.
Кошка довольно мурлычет, обвивая мою голень своим пушистым телом.
Диана смотрит на нас с мраком. — Почему я не удивлена, что вы двое ладите? Уходи, Люси. Линдли и я должны поговорить.
Люси просто сидит у моих ног, продолжая мурлыкать.
— У неё отличный вкус к людям, — говорю я, продолжая изучать это странное место.
Тут есть антикварный шкаф, полный стеклянной посуды, который совершенно не сочетается с суперсовременной книжной полкой рядом с ним. И это...
— О, боже. У тебя есть рыба? Кто заводит рыбу в качестве питомца? Уважай себя, Диксон.
Её изумрудно-зелёные глаза сверкают огнём. Я практически чувствую жар. — Оставь мою рыбу в покое. Он не идеален, но он мой.
Я сдерживаю смех. Я не могу не заметить, что она всё ещё в одном лишь полотенце. И... ну, я не буду врать... она выглядит действительно чертовски хорошо. Диана — красавица с широко посаженными глазами, платиновыми волосами и дерзким ртом. Она немного ниже, чем мне обычно нравится, едва достигая пяти футов, может, пять и два, если быть щедрым. Маленькая красотка с большим характером. Хотя, кажется, большая часть этого характера включает в себя издёвки надо мной.
— Я пойду переоденусь. Но нам нужно поговорить, так что никуда не уходи.
— Я могу помочь тебе одеться, — предлагаю я невинно.
— Фу. Никогда.
Я подавляю смех. У нас с Дианой отношения люблю-ненавижу. То есть, она ненавидит меня, а я люблю её раздражать.
Когда она уходит, я восхищаюсь тем, как полотенце поднимается на её подтянутых бёдрах. Я клянусь, что мельком видел нижнюю часть её ягодиц. Её светлая кожа обладает глубоким летним загаром, что говорит мне о том, что она часто использует бассейн на улице. Чёрт возьми, у меня теперь тоже есть бассейн. Это место просто шикарно.
Мне даже неважно, что мои друзья и товарищи по команде продолжают насмехаться над тем, что мой богатый папочка купил мне квартиру.
