нетерпеливо. — Есть еще правила Диксон, или я могу быть свободен? Моя мебель сама себя не соберет.
— Это все. Хотя, на самом деле, есть только одно правило Диксон, которое важно. Никаких Шейнов.
— Никаких Шейнов где?
— Везде и нигде. Но особенно в моем окружении. — Она снова улыбается, но без следа юмора. — Ладно, мы закончили. — Она указывает на выход. — Можешь идти.
— Значит, все будет вот так, да?
— Да, я буквально только что сказала тебе, что все будет вот так. С новосельем, Линдли.
Я послушно выхожу из ее квартиры и возвращаюсь к себе, где Уилл и Беккетт собирают мой новый угловой диван. Уилл использует нож, чтобы разрезать пластик, в который упакованы большие подушки, а Беккетт сидит на деревянном полу, пытаясь разобраться, как соединить основную часть с шезлонгом. Я выбрал темно-серый цвет, потому что его будет легче чистить. Хотя я, скорее всего, сам не буду убираться — моя мама настаивает на том, чтобы раз в две недели ко мне приходила уборщица. Она делала то же самое для таунхауса, который я делил с парнями. По ее словам, мои способности к уборке всегда будут ниже среднего. Я не согласен. Думаю, я мог бы хотя бы достичь среднего уровня. Нужно ставить высокие цели в мире уборки.
— Простите за это, — говорю я ребятам. — Диксон нужно было меня немного пожевать. Это ее способ выражения любви ко мне.
Уилл фыркает.
Беккетт поднимает голову с улыбкой. — Да, прости, приятель, но это единственная птичка, которую ты не завоюешь своими ямочками.
Наверное, он прав.
— Чувак, она действительно тебя не любит, — добавляет Уилл, еще больше подчеркивая этот момент. — Я ужинал с ней и Джиджи на прошлой неделе, и когда твоё имя всплыло, Диана закатила глаза так сильно, что казалось, они вот-вот выпадут из лица.
— Ох, спасибо. Услышав это, я чувствую себя намного лучше.
— Ага, уверен, твое огромное эго действительно пострадало.
Я иду, чтобы помочь Уиллу с подушками, и потом мы втроем тащим диван на новое место после того, как Беккетт решает, что его нельзя ставить под окно, потому что зимой будет слишком холодно. Мы ставим диван так, чтобы он теперь смотрел на открытую красную кирпичную стену, которая составляет дальнюю стену гостиной. Я отступаю, чтобы осмотреть расположение. Это идеально.
— Нам нужно повесить телевизор там, — говорю я, указывая на кирпич. — Мы можем просверлить его?
— Да, думаю, будет нормально, — отвечает Беккетт, подходя ближе, чтобы изучить стену. Он откидывает несколько неаккуратных прядей светлых волос с лица. — Ларсен, принесешь дрель?
— Посмотри-ка на тебя, — издеваюсь я. — Мистер Мастер на все руки.
Беккетт подмигивает. — Ты серьёзно удивлён, услышав, что мои руки хороши?
Хороший вопрос.
Когда мы закончили с диваном и телевизором, мы направились в спальню, чтобы собрать кровать. Это была кровать размера queen, хотя здесь бы поместилась и king-size. Уилл распаковал фурнитуру, а мы с Беккетом организовали разные части из темного вишневого дерева. Пока мы работали, Беккет рассказывал о том, что он собирается делать, когда этим летом вернется домой. Технически его дом находится в Индианаполисе, куда его семья переехала, когда Беккету было десять, но родился и половину своего детства он провел в Австралии. В воскресенье он уезжает в Сидней.
— Жаль, что никто из вас не поедет со мной, — говорит он уныло. — Понимаю, почему не может Райдер. Но серьёзно? Ни один из вас не смог выкроить время?
Я пожал плечами. — Да, прости. Не могу свалить в Австралию. Лето — это действительно единственное время, когда я могу проводить время с семьей. — Это правда. В течение остального года я сосредоточен на хоккее и, в меньшей степени, на учебе, чтобы оставаться в команде.
Беккет кивает. — Понимаю. Семья важна. — Я знаю, что он очень близок со своими родителями и с кузенами в Австралии. Он единственный ребенок, так что они ему как братья и сестры.
— Удивлен, что ты не едешь, — говорю я, глядя на Уилла.
Он пожимает плечами. — Летом я работаю. После выпуска хочу отправиться в путешествие по Европе. Может быть, проведу там от шести месяцев до года.
— Круто. Звучит здорово.
Беккет фыркает, глядя на меня. — Исходя из того, что ты никогда не отправишься туда.
— Это неправда. Я бы вполне мог.
— Правда? — недоверчиво спрашивает Беккет.
— Конечно. Я бы носил рюкзак, пока мы исследуем какую-нибудь крутую часть города, а потом снял бы его, когда мы вернемся в мой пятизвездочный отель.
— Проклятый буржуа.
Я усмехаюсь. Если честно, мне не трудно быть в спартанских условиях. Кемпинг — это круто. И путешествие по Европе звучит классно. Но зачем путешествовать на бюджетные средства, когда у тебя их в избытке?
— У тебя какая-то работа с ландшафтным дизайном или что-то вроде этого? — спрашиваю я у Уилла.
— В компании, занимающейся бассейнами.
У меня отвисает челюсть. — Ты чистишь бассейны?
Уилл кивает, и Беккет громко вздыхает.
Я с интересом смотрю на него. — Хочешь что-то добавить?
— Просто... не строй иллюзий. Ты узнаешь, что твой друг чистит бассейны, и у тебя создается целая история в голове, а потом бац, он разбивает твой пузырь, и твои мечты улетают прочь, как перо на ветру.
— Это было много странных метафор только для того, чтобы сказать, что я не сплю с клиентами. — Уилл закатывает глаза и повторяет это мне. — Я не сплю с клиентами.
— Почему нет? — В моей голове возникают образы одиноких женщин в крошечных бикини, которые приносят Уиллу стаканы с лимонадом, а затем, о, мой верх от купальника упал. Хочешь развлечься?
— Потому что меня уволят, для начала. — Его тон сух.
—
