Та подалась ему навстречу так, что голова Депре уткнулась в груди женщины. Ринго не успел увидеть, что произошло дальше, так как отец все же увидел сына, улыбнулся немного виновато и, пошатываясь, поднялся из-за стола:
- Сыын мой. Ты пришел на зов отца.
«Как будто у меня есть выбор!», - подумал юноша.
- Конечно, отец, такова обязанность сыновей: слушать отцов своих и выполнять их волю.
- Вооот, - Баприн хлопнул по спине одного из гостей: невысокого мужчину с могучими плечами и коротко остриженными волосами. - Воот, что значит верное воспитание!
Ринго подошел ближе и заметил, что сорочка отца, расстегнутая на шее и груди, выглядит далеко не свежей, на штанах пятна от пролитого вина и пива. Но король, несмотря на выпитое, держался на ногах и говорил четко, хотя и медленнее, чем обычно. Ринго ненавидел его в эти моменты. Ненавидел больше матери-колдуньи.
Варвар, которого хлопнул по спине Баприн, встал на ноги: почти карлик, но небольшой рост компенсировался шириной торса. Бочка из мышц. Лицо - смуглое, с крючковатым носом - из-за множества морщин и обветренной кожи, не позволило юноше определить его возраст. Но варвар — вождь или что-то похожее, с другим отец явно не стал бы распивать вино, а вожди у восточных племен долго не живут, так как войны между кочевниками и Иными не прекращаются ни на одно мгновение - вряд ли намного старше короля. Дикари, едва попадающие под определение человека.
- Знакомься, сын, это царь Реена, Укенга. Он прибыл вчера, уже после своих послов, так что ты не мог видеть его на официальном приеме.
- А ты не хлипкий! - заявил царь варваров, обращаясь к Ринго, пока тот собирался достойно поприветствовать предводителя дикарей. Услышать, что он не хлипкий, от воина, хоть и варвара, юноше было приятно: не зря он много времени уделял гимнастике и занятиям с оружием.
- И стану еще крепче, - ответил Ринго, глядя в темно-зеленые глаза восточного гостя. - Крепче стали и тверже алмаза, царь Укенга.
Отец засмеялся, и варвар тоже ухмыльнулся. Ринго подумал, что восточный гость, хоть и держал в руке кубок с вином, но выглядел бодрее всех остальных. Хотя, он пропустил два дня пиршества, так что нечему удивляться.
- Сын мой, я не просто так позвал тебя... - начал отец, а юноша подумал: «Конечно, не просто так, а выставить меня в дурацком виде, побахвалиться перед грязными дикарями». - Царь Укенга любезно предложил мне, чтобы ты погостил у него некоторое время. И я согласился: всегда полезно узнать, как живут твои друзья, побывать в их доме и, кроме даров, наградить их своим присутствием.
Ринго постарался не изменить выражения лица. Если отец действительно решил отправить его к варварам, то это не может быть вызвано ничем другим, кроме как вином, затмившим разум.
- Сочту за честь, но хочу напомнить тебе, отец мой и король, что обучение мое пока не завершено.
- Агерден никуда не денется! - Баприн не любил, когда с ним спорили.
- Он очень стар, отец, - Ринго решил прямо высказать свои опасения по поводу того, что пока он будет гостить у варваров, то наставник может оставить этот мир.
- Агерден был стар еще в те времена, когда учил моего отца. Он не умрет, пока не закончит твое наставление. Я не пущу к нему смерть.
Это высказывание развеселило царя дикарей, а Ринго заставило грустить еще больше: пьяный отец начал пьяно бредить.
- Когда? - поинтересовался юноша.
- Недели через две, может, три. Нам нужно будет подготовить твое путешествие.
- Да, отец, конечно же, я с радостью выполню твою волю, - Ринго решил закончить встречу. Но у короля имелись иные планы.
- Ты уже почти взрослый муж, сын мой, так что останься с нами и пируй.
- Отец, - Ринго надеялся, что ему удастся убедить отца, отпустить его. - наставник сегодня приготовил очень важный урок, поэтому не сочти сам, да и не сочтут наши гости, мой отказ неуважением. Завтра я присоединюсь к вам.
- Отпусти его, друг мой, - вмешался варвар, - твой сын знает, что для него важнее. Не строй преград для него.
Если бы подобное сказал кто-то из придворных, то Баприн рассвирепел, так как перечить королевскому желанию не позволялось никому, но спорить с гостем он не стал, только принц заметил, как дернулась верхняя губа отца. С трудом сдерживаемый гнев, не обуздать который он не мог.
- Я рад, что развлечениям ты предпочитаешь учебу, сын. Ступай.
- Благодарю тебя, отец, и хорошо повеселиться вам, царь Укенга, - Ринго поднял правую руку к груди и повернул тыльную сторону ладони в сторону варвара — жест прощания, понятный всем цивилизованным людям. Царь дикарей попытался изобразить подобный жест, но вышло у него довольно неуклюже. Ринго сдержал рвущийся смех, повернулся и медленно направился в сторону выхода. Отец крикнул в спину:
- Помни, сын, завтра ты с нами.
Ринго подумал, что, возможно, удача улыбнется ему завтра, и король просто забудет о приглашении, а если совсем повезет, то, может, и идея отправить единственного наследника в гости к дикарям, покажется ему не самой лучшей.
Юноша наступил на чью-то руку: спавший на полу человек недовольно заворчал. Один из шахтерских баронов. Ринго не помнил его имени, не из самых знатных и богатых. Мужчина лежал на животе, а в районе ног образовалась лужа: обмочился под себя. Ринго с самым невозмутимым видом покинул Тронный зал. Вайг, все это время стоявший возле входа, спросил:
- Тебя проводить обратно, принц?
- Я не забыл дорогу.
- Как знаешь, - телохранитель отца потерял к нему интерес.
Ринго медленно начал возвращение к учебной зале. Голова от диких запахов рвоты, мочи, вина и пота немного болела. А еще его переполняла злоба. Унизительно терпеть такое отношение не только со стороны отца, но и от тех, кто рядом с ним: телохранителей, советников и прочих придворных лакеев. Они настолько глупы, что не думают о том, что когда-нибудь Баприн покинет этот мир, и королевство станет принадлежать ему, королю Ринго Справедливому. Юноша уже давно решил, что не забудет тех, кто вел себя с ним пренебрежительно.
То, что он вырвался
